Недавно на туристическом небосклоне в Москве зажглась еще одна звезда: агентство, которое предлагает индивидуальные и групповые туры в соседнюю страну — Северную Корею, которую от России отделяет граница длиной в несколько километров. Туроператор Nkorean призывает освоить «самую неизведанную страну в мире». Во время пресс-конференции в Москве подчеркивался потенциал этого туристического направления, хотя, по официальным данным, в прошлом году страну посетили всего 423 россиянина, что на 51 туриста меньше, чем в 2015 году. Представитель посольства Северной Кореи подчеркнул, что ядерные силы страны «полностью гарантируют безопасность и мир на корейском полуострове», что идет на пользу и туристам. О судьбе молодого американца Отто Уормбира (Otto Warmbier), который полтора года назад был приговорен к 15 годам лишения свободы за кражу плаката, а в июне, находясь в коматозном состоянии, был освобожден «по гуманитарным причинам» и вскоре после этого скончался на своей родине, другой северокорейский представитель сказал, что каждый турист должен соблюдать законы страны, Уормбир же их нарушил.


После случая с Уормбиром Вашингтон объявил запрет на поездки в Северную Корею для своих граждан, он вступил в силу с начала сентября. Однако, видимо, российские туристы находятся в Северной Корее под меньшей угрозой. Потому что Москва, хотя и присоединилась к санкциям ООН, выступает как адвокат Пхеньяна. Корни этого союза восходят к эпохе правления Сталина, крестного отца захвата власти Ким Ир Сеном, дедом сегодняшнего правителя Ким Чен Ына. По словам специалистов, ракетная программа страны основывается на технологиях, переданных Советским Союзом. В отчете Международного института стратегических исследований недавно было выражено предположение о том, что двигательные установки недавно протестированных ракет Hwasong-12 и Hwasong-14, возможно, происходят из раннего Советского Союза, а именно из запасов украинских или российских ракетостроительных организаций, и, скорее всего, попали в руки режима через «черный рынок».


Москва официально присоединилась к международной цели отговорить Северную Корею от ее ядерной и ракетной программ и «денуклеаризировать» корейский полуостров. Ей не по душе перспектива делить статус ядерной державы с очередным государством. С другой стороны, как в начале августа в одном отчете подчеркнул Александр Габуев из Московского центра Карнеги, цель остановить стремления Северной Кореи к развитию ядерного потенциала оценивается как недостижимая. Потому что, в конечном счете, только статус ядерной державы, которая может ответить Соединенным Штатам своими ракетами, защищает страну от интервенции, которая имела место в Ираке или Ливии. В Москве понимают опасения режима Кима, и даже сами культивируют их под лозунгом «цветных революций». Хотя, как подчеркнул Горбуев, и видят риски несчастных случаев, например, в районе города Владивосток, расположенного совсем близко от общей границы; тем более что ранее уже были случаи ошибочных пусков ракет в российском направлении. Конечно, с этой точки зрения, Россия должна быть заинтересована в повышении точности пуска северокорейских ракет, и действительно, по словам Габуева, в последнее время было установлено «резкое улучшение» в этой области. К тому же, Москва видит риски при продаже технологий террористам, обусловленной финансовыми проблемами. Но это делает санкции против Пхеньяна даже опасными. Эта точка зрения имеет резон, когда, например, министр иностранных дел Сергей Лавров выступает против «экономического удушения» Северной Кореи или Константин Косачев, председатель комитета по международным делам, заявляет, что в случае с Северной Кореей санкции могут произвести обратный ожидаемому эффект.


Еще один аспект в санкциях беспокоит Москву: следование заявленной цели развития двусторонней торговли с Северной Кореей, которая, по официальным данным, составляет менее 1% оборота внешней торговли России. По-прежнему лелеется мечта о строительстве транскорейской железной дороги и транскорейского газопровода при участии соответствующих российских государственных предприятий. Недавно президент Владимир Путин снова озвучил эти идеи. На прошлой неделе, во время его «Восточного экономического форума» во Владивостоке Путин выступил на стороне таких гостей, как президент Южной Кореи Мун Чжэ Ин и премьер-министр Японии Синдзо Абэ, которые после последних ядерных испытаний Северной Кореи настаивали на ужесточении санкций. Однако Путин отметил, что ответственность за данную ситуацию одинаково лежит и на режиме Пхеньяна и на руководстве Вашингтона. «Конечно, все, что сейчас происходит — провокация со стороны Северной Кореи», — сказал президент России. Но руководство Северной Кореи состоит не из «глупых людей», они делают это для того, чтобы вызвать «соответствующую реакцию» и достигают своей цели. «Почему вы подыгрываете?» — обратился Путин в адрес Соединенных Штатов. Он, Путин, надеется, что в Вашингтоне перевесит «здоровый здравый смысл». «Нужно постепенно вовлекать Северную Корею в сотрудничество в регионе», — сказал Путин, а затем повторил российские идеи по развитию инфраструктуры. Это контрпродуктивно, «разжигать атмосферу войны и истерию», потому что Северная Корея рассматривает ядерное оружие и ракеты как «единственное средство самозащиты», сказал Путин. Нужно намного больше говорить о сотрудничестве и выражать северным корейцам готовность «обеспечить их безопасность». Путин сказал, что «российско-китайский план действий» по Северной Корее предусматривает снижение напряжения и начало диалога.


Представители России во Владивостоке не пожелали высказаться на тему того, как Москва относится к американскому проекту резолюции по Северной Корее в Совете безопасности ООН, который был разработан после последних ядерных испытаний. С их стороны прозвучало то, что сначала надо изучить содержание проекта. Но советник Путина по внешней политике Юрий Ушаков высказался против предусмотренного в проекте запрета экспорта нефти в Северную Корею. «То, чего мы хотим, этим мы не добьемся», — сказал Ушаков и напомнил о высказывании Путина о том, что северные корейцы скорее будут «есть траву», чем откажутся от своей ядерной программы. Россия до сих пор сама экспортирует нефть в Северную Корею; по официальным данным за 2015 год, экспорт нефти и нефтепродуктов составил целых 83% от общего объема российского экспорта в Северную Корею. Правда, объем поставок сравнительно небольшой, всего лишь на 77,5 миллионов долларов.


Любая альтернатива для Москвы была бы хуже


Если санкции против Кореи, по мнению России, не только неэффективны, а даже контрпродуктивны и, кроме того, вредят собственным интересам на полуострове, то почему же их по-прежнему поддерживают? Потому что, как пояснил Александр Габуев из центра Карнеги, с российской точки зрения альтернатива еще хуже. Опасность увеличилась бы, если бы Совет безопасности ООН обесценился бы как арена для российской мировой державы, если бы комитет оказался недееспособным в деле Северной Кореи. Для Москвы это значит препятствовать односторонним шагам Вашингтона, например, таким, как последние американские санкции, в частности против российского предприятия, которое должно было поставлять металлические детали северокорейской компании. Санкции в основном рассматриваются как средство сдерживания Вашингтона, а не Пхеньяна. Так, в начале августа до ужесточения санкций ООН Косачев говорил о «сигнале не только для Пхеньяна. Это очень убедительное послание всем тем, кто в последнее время участвовал в обострении северокорейской проблемы и спекулировал на ее военном „решении", под тем предлогом, что Россия и Китай, якобы, не были готовы к переговорам». С российской точки зрения, угрожающие жесты американского президента Дональда Трампа в то же время дали шанс представить себя как сравнительно серьезного и умеренного игрока.


В союзе с Китаем Россия препятствует угрозе существования режима Кима; ее действия согласовываются с Пекином. Москва не только, как Китай, хочет воспрепятствовать «смене режима», но и пытается не допустить усиления американских войск на корейском полуострове. Критика слышна, когда Вашингтон не поддерживает предложенные Россией формулировки, после того, как члены Совета безопасности не ставили цели изменить «имеющийся строй» Северной Кореи или военное вторжение в Северную Корею, подвергаются критике и совместные маневры Южной Кореи и Соединенных Штатов, которые воспринимаются Северной Кореей как провокация. При этом говорится, что кризис должен был быть решен с помощью диалога, а не давления и угроз. Американские предварительные условия для диалога, прекращение испытаний ракет, отклоняются.


Российская общественность твердо стоит на стороне Пхеньяна. На государственном телевидении откомандированные в Северную Корею репортеры восторгаются мнимым разнообразием продуктов в магазинах и привлекательностью горнолыжного курорта. Кроме того, северокорейский режим получает прибыль и благодаря ограниченной в настоящее время из-за санкций отправке своих рабочих в Россию: считается, что в России трудятся от 30 до 50 тысяч северных корейцев. Они пользуются хорошей репутацией, считаются надежными, выносливыми и старательными. Режим, якобы, взимает с каждого рабочего своего рода выездной сбор в размере 700 долларов. Также южнокорейская группа по правам человека сообщила, что северокорейские власти конфискуют 80% дохода лесорубов и 30% дохода строителей. Таким образом, режим только благодаря отправке рабочих в Россию получает, по крайней мере, 120 миллионов долларов в год.


В конечном счете, в начале недели Москва, как обычно, после согласования с Пекином, проголосовала в Совете безопасности ООН за представленный Соединенными Штатами проект резолюции по дальнейшему ужесточению санкций против Пхеньяна, который в частности ограничивает импорт нефти и нефтепродуктов в страну и запрещает режиму экспорт текстильной продукции, что должно принести существенные убытки. Но из Нью-Йорка последовало заявление о том, что Россия и Китай заблокировали в вязких переговорах такие предложения как, например, полное эмбарго на поставки нефти и санкционирование попыток американцев захватывать торговые суда для пресечения контрабанды. Российское Министерство иностранных дел сообщило, что «красные линии» Москвы не были нарушены, не предусмотрена и «депортация» северокорейских «трудовых мигрантов». Москва по-прежнему воспринимает себя как адвоката Ким Чен Ына. Российский специалист по Корее Константин Асмолов сказал, что санкции оказались не такими жесткими, как ожидалось, что «во многом является заслугой России и Китая». Положение Кима, по словам Асмолова, несмотря на санкции, неплохое. «Но если он предпримет какой-нибудь опасный, неосторожный шаг, можно ожидать жесткого решения от Трампа». А депутат нижней палаты Госдумы Михаил Емельянов считает, что политика Москвы является удобной для нее формальностью, новые санкции служат не для того, чтобы вынудить Северную Корею отказаться от ее ядерной программы, «а для того, чтобы удержать США от ядерного удара».