В экономике существует два понятия: rent seeking behavior и profit seeking behavior. В первом случае стремятся получить ренту, во втором — прибыль. Когда речь идет о прибыли, на рынке работает конкуренция, когда о ренте — доходы поступают от злоупотреблений политической и/или экономической властью.


Проблема украинской олигархической системы в том, что во многих сферах rent seeking превалирует над profit seeking. И это заметно на каждом шагу. Приехав в Киев, я был удивлен, насколько высок уровень тех сфер экономики, где есть свободная и сильная конкуренция — рестораны, такси и т. д. Но во всех сферах, где государство что-то регулирует и где есть возможность злоупотреблять политической и экономической властью, сохраняются огромная коррупция и неэффективность.


В каждой системе существуют формальные и неформальные правила. Последние — это ценности, сложившиеся не только во времена неэффективной, коррумпированной, олигархической системы за 26 лет, но и в советские времена. Смена ценностей — долгосрочная задача. Они меняются, прежде всего, при смене поколений. Но можно менять формальные правила, и сократить таким образом пространство для злоупотреблений политической и экономической властью.


Самыми эффективными, с этой точки зрения, являются реформы, нацеленные на либерализацию, дерегуляцию, приватизацию и демонополизацию. У Украины, на мой взгляд, есть два пути: либо продолжать движение, как сейчас, с ростом экономики 2-3% в год, либо ускориться, углубить реформы и получить рост на уровне 5-7%. И это очень важно. Потому что при росте экономики на 2% в год понадобится 35 лет, чтобы вдвое увеличить ВВП, при 5% достаточно 15 лет, а при 7% — всего 10.


Это тяжелая задача. Но я оптимист и верю, что для Украины нет пути назад — после войны, после российской агрессии.


Когда мы в начале 90-х начали делать реформы в Словакии, некоторые считали, что демократия может стать препятствием для преобразований. Мол, люди боятся реформ. Но опыт постсоветского пространства показал, что те страны, которые имели демократические, плюралистические правила, оказались более успешны и в экономическом развитии.


Важнейшее условие успеха — политическое лидерство. Потому что за реформы нужно бороться. Потому что система не хочет изменений. И когда мы говорим «система», речь идет не о пяти-семи людях. Многие боятся и не хотят перемен. Такова психологическая особенность. Поэтому очень важно, чтобы были лидеры, способные эмоционально заразить идеями остальных. Люди будут верить лидерам только тогда, когда они сами в это верят, когда борются за это.


Словакии это тоже давалось нелегко, было сильное сопротивление. Когда мы делали реформы 2003-2004 годов, социологические опросы показывали, что 90% граждан нам не доверяют. Они боялись. Но когда опрос провели среди экспертов, цифры были прямо противоположные — 90% аналитиков нас поддерживали.


И мы провели реформы. Я это говорю к тому, что не стоит ждать, пока в стране изменятся ценности, пока все поймут, что изменения необходимы, нужно начинать что-то делать, иначе ожидание станет вечным.


Приведу пример: одной из самых вредных вещей для Украины была регуляция энергетических тарифов. Это был огромный источник коррупции, подпитка олигархов, зависимость от России, неиспользование украинских газа и нефти (Украина является третьей страной Европы по запасах газа и нефти, и тем не менее до Майдана 50% газа ввозилось из России). Энергетическая эффективность украинской экономики на тот момент была в два раза хуже, чем российской, и в 10 раз хуже, чем в странах OECD. Если бы у Украины была энергетическая эффективность хотя бы на уровне России, не нужно было бы ничего ввозить. А почему была настолько низкая эффективность? Потому что не было реформ и были низкие, регулируемые тарифы на энергоносители.


Недавно исполняющий обязанности министра аграрной политики Украины сказал, что земельной реформы может не быть, потому что нет поддержки со стороны населения и со стороны парламента. Это, мол, непопулярная реформа. Если следовать этой логике, то люди не хотели и повышения энергетических тарифов. Тем не менее, если бы Украина дерегулировала энергетические тарифы в 1992-93 годах, как это сделала Эстония, и провела другие реформы, не было бы сейчас олигархов.


Да, согласен, что многие внешние эксперты, которые не имели опыта работы с постсоветскими странами, не понимают, почему провести реформы здесь настолько тяжело. Почему невозможно все изменить за один год или два. Но, как я уже сказал ранее, с одной стороны это тяжело, а с другой — правила можно и нужно менять. Для меня индикатором успеха реформ на Украине будут прямые зарубежные инвестиции. Они необходимы, без них не будет роста. Но инвестиции придут только тогда, когда будут успешные реформы, когда будет верховенство права, приватизация, демонополизация, защита прав инвесторов и т. д.


По сути, это не так сложно. Что нужно сделать? Нужны новые правила, чтобы была справедливая конкуренция там, где конкуренция возможна, и справедливая профессиональная и независимая регуляция — там, где она невозможна.


Все знают, что нужно делать, но политически это очень тяжело. Иными словами, реформы являются более политической задачей, чем технической. Для реформ нужно лидерство, осознание того, что они делаются для себя, а не для кого-то, и коммуникация. Последнее значит, что нужно объяснять людям реформы, бороться с популистами. Как сказал Лешек Бальцерович, нужно бороться!


Иван Миклош — экс-министр финансов Словакии, сопредседатель Стратегической группы советников по поддержке реформ (SAGSUR).