Автор рубрики Trans-Pacific View Мерси Куо регулярно общается с экспертами по военным делам, с политиками и стратегическими мыслителями из разных стран мира, получая от них поучительную информацию по вопросам американской политики в Азии.


Эту беседу она провела с доктором наук Сарой Кирхбергер (Sarah Kirchberger), которая возглавляет Центр азиатско-тихоокеанской стратегии и безопасности при Институте политики безопасности Кильского университета (Германия), а также является старшим научным сотрудником Рурского университета, где занимается восточно-азиатскими исследованиями. Это 114-я беседа из серии The Trans-Pacific View Insight.


Мерси Куо: Объясните предысторию эмбарго на поставки оружия в Китай, введенного США и ЕС.


Сара Кирхбергер: Эмбарго было введено после того, как китайское правительство приказало военным жестко подавить протесты безоружной оппозиции в июне 1989 года. Это эмбарго сохраняется, несмотря на китайские протесты и заявления о его предполагаемой несправедливости, а также вопреки периодическим попыткам европейских оборонных предприятий добиться облегчения санкций. Если американское эмбарго является юридический обязательным, то ЕС предоставляет право каждой стране-члену реализовывать его по собственному усмотрению, что ведет к различным толкованиям. В Европе мало кто знает об этих различиях и об их последствия, и странам Евросоюза было бы нелишне синхронизировать свои подходы.


Данное эмбарго привело к срыву целого ряда китайских закупочных проектов, которые были нацелены на приобретение западных компонентов и деталей. Внезапно они стали недоступны для Пекина, скажем, американские газовые турбины, которые устанавливаются на надводных кораблях ВМС. Это вынудило Китай создавать аналоги старых импортных систем по образцам, а также приступить к отечественному производству оружия, осуществляя эти работы на довольно отсталой производственной базе. Кроме того, сегодня самые современные системы вооружения разрабатываются и производятся совместно несколькими странами. Однако у Китая выбор ограничен, и по этой причине Россия и в некоторой степени Украина стали естественными поставщиками военной техники, которую Китай пока не может создавать своими силами.


— Что выиграл Китай от разрыва связей между военно-промышленными комплексами России и Украины после Крымского кризиса?


— После распада Советского Союза Украина унаследовала предприятия по производству стратегических видов вооружений, специализирующиеся, например, на изготовлении деталей тяжелых ракет, транспортных самолетов, реактивных двигателей, газотурбинных двигателей для военно-морского флота и бронированных машин. Между Украиной и Россией существовали почти симбиотические отношения в сфере производства вооружений. Кроме того, Россия арендовала военно-морскую базу в Севастополе и учебный комплекс для летчиков палубной авиации «Нитка», расположенный в Крыму. Разрыв этих отношений в 2014 году оказал очень негативное воздействие. Две страны одновременно потеряли важнейшего поставщика оружия и крупный экспортный рынок. Лишние производственные мощности в России и на Украине создают дополнительную нагрузку на предприятия, которым не хватает денежных средств, и заставляют их оперативно искать новых покупателей. И Китай может этим воспользоваться к собственной выгоде.


Далее, как в России, так и на Украине появились политические стимулы для переориентации в сторону китайского рынка из-за западных санкций. Китай стал важным политическим и экономическим противовесом, позволяющим России лучше преодолевать последствия от санкций. А Украине нужна внешняя поддержка против дальнейших российских посягательств. Поскольку в ближайшем будущем Украина не может даже надеяться на вступление в НАТО и Евросоюз, а Россия продолжает свою агрессию, китайская поддержка может стать ценным рычагом воздействия для Украины.


— Китай поставил перед собой цель создать первоклассные вооруженные силы, что подчеркнул недавно 19-й съезд партии. Какова роль Китая на международном рынке производства оружия?


— Китай занимает третье место в мире по экспорту вооружений после США и России. Что касается качества, то он перешел от поставок простых видов вооружений в бедные развивающиеся страны к продаже довольно сложных систем (корабли и истребители), причем поставляет он их сегодня в страны со средними доходами. Недавно Китай получил контракты на поставку от Алжира, Пакистана и Таиланда, победив в конкуренции с западными странами. Поскольку качество китайской военной техники и оружия устойчиво повышается, и поскольку Китай предлагает привлекательные цены и выгодную политику финансирования, в будущем он может завоевать еще большую долю рынка, особенно в тех странах, которые закупают оружие в России и участвуют в китайской инициативе «Один пояс — один путь». Эта инициатива объединяет важные в стратегическом отношении проекты в области инфраструктуры, производства энергии и военных разработок. Пекин предлагает привлекательные схемы финансирования, которые облегчают осуществление этих масштабных и дорогостоящих проектов. Прочные военно-технические отношения со странами, находящимися вдоль маршрута «Один пояс — Один путь», существенно укрепят позиции КНР на международной арене, будут способствовать укреплению благорасположения китайских клиентов и дадут Китаю больше доступа к ресурсам, которые являются необходимым условием для создания глобального военного присутствия.


— Как передача важнейших производственных технологий ВПК может повлиять на международную политику в сфере безопасности?


— Важнейшие технологии оказывают колоссальное воздействие на боевые возможности, поскольку они позволяют покупателю добиться тех характеристик, которые в противном случае являются недостижимыми. Вот лишь один пример. Украина оказала существенную помощь в конструировании первой в Китае РЛС с фазированной антенной решеткой, и эта система легла в основу китайской системы, ставшей аналогом американской боевой системы Aegis. Это был важный шаг в направлении сетецентрических операций, и необходимое условие для военно-морской экспансии КНР, поскольку такие РЛС крайне важны для защиты ударных авианосных групп.


Есть также гражданские технологии двойного назначения, дающие важнейшие возможности военным. Китай получил от западных стран технологии такого рода из целого ряда областей, включая специальное оборудование для океанографических и гидрографических исследований, которые необходимы для подготовки к действиям подводных лодок, Он также получил технологии из аэрокосмической области. Это спутниковые группировки и станции загрузки данных, играющие ключевую роль в раннем обнаружении, навигации, наблюдении и целеуказании. Зачастую государству и промышленности очень трудно предвидеть непреднамеренные последствия от такой передачи технологий двойного назначения. Это та область, которая заслуживает гораздо большего внимания и изучения, чем в настоящее время.


— Какие последствия этот военно-промышленный треугольник может иметь для интересов безопасности США?


— Западные санкции против России и Китая, несмотря на свою важность и необходимость, произвели неудачный побочный эффект, вынудив эти страны объединить усилия. Мы видим, как они развивают сотрудничество в производстве оружия, в добыче сырья, в политике на международной арене и даже в разработке гибридных стратегий против военного превосходства Запада. Китай и Россия сегодня регулярно проводят совместные военные учения, причем даже в водах неподалеку от стран НАТО. Скорее всего, это брак по расчету, нежели настоящий любовный роман, однако такое сотрудничество, особенно когда оно объединяется с инициативой «Один пояс — один путь», в случае его углубления может создать стратегические проблемы для НАТО и США.