В течение пяти лет Барак Обама настойчиво заявлял, что у сирийской гражданской войны не может быть военного решения. Однако, судя по предложению о «прекращении военных действий», выдвинутому в пятницу, 12 февраля, в Мюнхене, Владимир Путин скоро докажет неправоту президента США.

В теории прекращение военных действий, которое госсекретарь Джон Керри обсудил с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым, должно принести временное перемирие и обеспечить доставку гуманитарной помощи в эту страну. После этого в Женеве должны возобновиться мирные переговоры, которые сорвались в феврале из-за наступления войск Башара Асада, поддерживаемых российской авиацией,  на позиции умеренных сирийских повстанцев.

Однако на практике все это больше напоминает очередную победу России. Российские самолеты усилили свои удары по Алеппо, вынуждая тысячи мирных граждан бежать в Турцию через единственный коридор, который Асад пока не контролирует. По словам Сергея Лаврова, недельная отсрочка нужна для того, чтобы согласовать все условия прекращения огня, однако истинная причина недельного ожидания заключается в том, чтобы дать правительственной армии время для полного окружения Алеппо.  

Режим прекращения огня недвусмысленно исключает отказ от военных действий против Исламского государства и «Фронта ан-Нусра».  Это, безусловно, имело бы смысл, если бы Кремль притворно не утверждал, что бомбит террористов, тогда как на самом деле он почти не наносит удары по позициям ИГИЛ. Г-н Путин собирается и дальше разыгрывать этот спектакль, пока не достигнет своих военных и стратегических целей.

Падение Алеппо и других территорий на западе Сирии, которые сейчас находятся под контролем повстанцев, позволит Асаду закрепиться в самой богатой и густонаселенной части страны. Возобновление переговоров в марте может затем «заморозить» конфликт – именно такой тактики Россия придерживалась после вторжения в Грузию в 2008 году и при заключении Минских соглашений по урегулированию конфликта на востоке Украины. С ИГИЛ можно будет справиться позже, поскольку г-н Асад может рассчитывать на то, что авиаудары США ослабят позиции ИГИЛ, пока он будет бороться со своими непосредственными врагами.

Так что Россия вовсе не увязла в «трясине», как это предсказывал г-н Обама полгода назад, после начала российской военно-воздушной кампании. Г-н Путин укрепил свои стратегические позиции в восточном Средиземноморье благодаря жесткому, но ограниченному военному вмешательству при минимальных потерях. Ему удалось укрепить связи России с Тегераном. Он показал мусульманскому миру, что с Россией надо считаться, и именно поэтому Саудовская Аравия, Египет и Объединенные Арабские Эмираты отступили перед замыслом российского президента.

Российский президент также получил дипломатический козырь, который он обязательно  использует, чтобы добиться новых уступок от США и Евросоюза. Вероятнее всего, сначала он добьется отмены санкций, тем более что Европа и США близки к тому, чтобы смириться с украинскими аннексиями Кремля. Обама будет только рад пойти на эту сделку, чтобы хоть немного ослабить критику американских СМИ в свой адрес в связи со слабостью его позиции в Сирии.

 Следующий американский президент унаследует эти обломки: предательство Свободной сирийской армии, которое другие потенциальные союзники США обязательно запомнят, по-прежнему активное Исламское государство, утрата доверия со стороны традиционных союзников США, таких как Иерусалим, Эр-Рияд и Каир, восстановление влияния России в регионе, невероятную победу кровавого диктатора, которого г-н Обама когда-то мечтал отправить в отставку, и объединение стран полумесяца — Ирана, Ирака, Сирии и Ливана.

Добавьте к этому гибель 250 тысяч мирных сирийцев и самый серьезный миграционный кризис со времен Второй мировой войны. Г-н Обама, возможно, назовет это успехом, однако Джордж Оруэлл, несомненно, выбрал бы для этого совершенно иной термин.