Сопровождающий журналистов представитель Росатома повторяет предупреждения: «Внутри не должно быть никаких электроприборов. Вам нужно оставить их в автобусе». «Можете взять только ручку-камеру», — шутит он с намеком на шпионаж. Никакие гаджеты на объект, разумеется, не пропустят.


Белоярская АЭС, одна из жемчужин страны, находится в 1 500 километров к востоку от Москвы у подножья Уральских гор, неподалеку от города Заречный. Несмотря на отдаленное расположение (час езды от Екатеринбурга, столицы этого промышленного региона), электростанция хорошо известна в закрытом мирке атомной отрасли. Дело в том, что там находятся два единственных в мире действующих реактора на быстрых нейтронах, БН-600 и БН-800. У этой впервые разработанной американцами технологии был свой час славы во Франции с реакторами Phénix и Superphénix. Реакторы на быстрых нейтронах зачастую называют Святым Граалем ядерной отрасли: они могут потреблять или производить плутоний, сжигать отработанное топливо с других реакторов и трансурановые отходы (остаются радиоактивными на протяжение миллионов лет). В результате своей работы они производят больше ядерного материала, чем потребляют, заслужив тем самым название реакторов-размножителей.


Автоматизированный процесс


На окраине города высокое заграждение из сетки обозначает границы объекта. У входа проводят проверку солдаты национальной гвардии. Идущая вдоль искусственного озера прямая дорога объединяет два экспериментальных реактора, которые расположены на расстоянии более километра друг от друга. Традиционные бетонные трубы классических реакторов уступили место длинным металлическим конструкциям. Раз топливо погружается в расплавленный металл (натрий) без применения воды, могут потребоваться заборы воздуха для экстренного охлаждения.


«Эта ядерная технология отличается надежностью и безопасностью. БН-600 работает с 1980-х годов без серьезных проблем. Его срок службы был продлен на десять лет, до 2020 года», — рассказывает директор электростанции Иван Сидоров в просторном конференц-зале. Напротив каждого кресла висит экран, на котором крутится ролик об истории технологии быстрых нейтронов в стране с 1950 года до запуска БН-800 в конце 2015 года.


Чтобы приблизиться к реактору, нужно оставить городскую одежду и надеть униформу из толстого белого хлопка с дозиметром на груди для контроля полученной радиации. Производственный объект впечатляет своими размерами, а в его центре расположен большой оранжевый цилиндр с топливом и тремя контурами жидкого натрия, который находится под большим давлением и нагревается ядерной реакцией. Первый контур обменивается теплом со вторым, который обладает меньшей температурой и не радиоактивен. Тот в свою очередь испаряет воду, которая вращает турбины. Весь процесс автоматизирован, и попасть на объект можно лишь в период техобслуживания, когда происходит замена ядерного топлива.


В БН-800 Россия реализовала меры, которые рассматривал французский Комиссариат по атомной и альтернативным видам энергии (СЕА). «В гермооболочке установлен приемник кориума, а здание обладает квадратной формой, что позволяет установить крепления по бокам реактора», — объясняет Николя Девиктор (Nicolas Devictor), руководитель программы реакторов четвертого поколения в СЕА.


Пример для Индии


Как бы то ни было, главной особенностью (или источником беспокойства) в плане безопасности такого реактора является характер жидкости, которая находится в его ядре. Дело в том, что при контакте жидкого натрия с воздухом или водой может произойти возгорание и даже взрыв. Для предотвращения утечек принимаются все возможные меры. БН-800 оборудован системой впрыска инертных газов аргона и азота. С запуска реакции в ядре в июне 2014 года «в первичном контуре не было утечек. Произошла только одна во вторичном», — признает начальник смены реакторного цеха Андрей Смелов. Обошлось без последствий. В то же время за первые годы службы БН-800 было зарегистрировано более десяти утечек.


Будущий реактор БН-1200, который надеется получить команда Белоярской АЭС, разработан так, чтобы быть в 20 раз надежнее. Контуры с натрием должны будут находиться внутри оболочки. Речь идет о том, чтобы повысить безопасность, а также снизить стоимость производства электроэнергии. Кроме того, проводятся опыты с тяжелым изотопом уран-238. Как бы то ни было, решение о строительстве еще не принято.


Работа России в этой области стала примером для Индии. Директор Центра атомных исследований Арун Кумар Бхадури утверждает, что «Россия всегда была важным партнером Индии в ядерной сфере. Мы — две единственные в мире страны с активной политикой в области реакторов-размножителей. До конца года мы надеемся запустить наш первый реактор на быстрых нейтронах в Калпаккаме». В Индии существуют большие потребности в электроэнергии. Аналогичным образом обстоят дела и в Китае, который тоже взял прицел на эту технологию. Мощности АЭС в стране достигнут отметки в 59 ГВт к 2020 году и 200 ГВт еще через десять лет.