Армяне знают филиппинскую шахматистку Ариану Каоили как подругу международного гроссмейстера, чемпиона мира и олимпийского чемпиона Левона Ароняна. Немногие знают, что Ариана в настоящее время проживает и работает в Армении, и на улицах Еревана ее можно увидеть чаще, чем даже любимого шахматиста.
 
«Мы, кхмеры, очень ленивые – вот в чем проблема». Это была самая распространенная поговорка, которую я слышала в ходе моей недавней поездки в Камбоджу. Когда я спрашивала таксистов, владельцев ресторанов, местных жителей и преподавателей вузов о недавнем прошлом Камбоджи и текущем экономическом климате, ответ так или иначе сводился к тому, что «камбоджийцы просто не любят работать». Иностранцы, которые приземляются в Ереване, часто слышат подобную жалобу (и не только в среде эмигрантов). На самом деле я не могу пойти на какую-либо встречу, где в той или иной форме, в шутку или в виде завуалированного презрения, не проявились бы настроения типа «Армения является страной, где просыпаются 3 миллиона королей».
 
В 1919 году, во время Парижской мирной конференции, Томас Эдвард Лоуренс (более известный как Лоуренс Аравийский) в одном очень странном, но искреннем интервью размышлял о теории малых древних народов. Он заявил: «Армяне не будут работать… Вот в чем проблема со всеми этими древними расами, которые были цивилизованными, изучили игру и, хотя когда-то доминировали в мире и управляли им, потеряли контроль, вернулись назад, как вы говорите, или, как я говорю, продолжили дальше. Они пошли вперед логически, психологически, физиологически. Их не заботит тяжкий труд. Бывшие цивилизованные нации – они не ленивые. Они слишком умны, чтобы работать на других».
 
Суть его слов заключается в том, что некоторые люди слишком развиты, чтобы выполнять тяжкую работу. Они, скорее, будут сидеть и собирать, не видя никакой ценности в «работе ради платы». Лоуренс может быть прав в отношении греков, которые, будучи одной из колыбелей цивилизации, немного не расположены к тяжелой работе; можно сказать, что государственные расходы подпитывают чувство обладания возможностями, за что платит госпожа Меркель.
 
Кхмеры, предки современных камбоджийцев, были доминирующей силой в Юго-Восточной Азии, охватывая большую часть Индокитая. Кхмерские короли пристрастились к строительству чудес: их рвение к строительству демонстрируют рассеянные повсюду храмы, памятники и архитектурные чудеса больших масштабов, которые можно увидеть сегодня в Камбодже и соседних странах. Ангкор – ее историческая столица – была самым большим городом в мире, занимавшим площадь, сравнимую с современным Лос-Анджелесом. Крупицы человеческих поселений в Камбодже, согласно датировке, появились несколько тысяч лет назад, и археологические раскопки в армянском «Арени-1» выявляют подобные исторические отпечатки Старого Света.
 
Этим двум цивилизациям, конечно, есть чем гордиться. Жители Камбоджи хвастаются богатым культурным наследием кхмеров и тем, как их потомки оставили свои следы и культурные фрагменты по всему Индокитаю. Армяне (особенно диаспора) оставили различные художественные, религиозные и культурные отпечатки. Возьмите, например, Крым, где полно следов более чем 600-летнего армянского поселения (они ушли в 1778 году), а также армян Трансильвании, которые были сильными фигурами в торговле и ремеслах. К середине 19-го века армяне доминировали в Тифлисе и Баку (первая успешная нефтяная скважина была построена в 1871 году армянином Мирзоевым, а что касается Тифлиса, то армяне возвышались в экономической и политической жизни и оставались самой крупной этнической группой до революции 1917 года. Армяне в основном предоставляли капитал для важной инфраструктуры и административных аспектов управления, в том числе печатный станок, и все было унаследовано грузинами).
 
У кхмеров, по крайней мере, что-то осталось от их храмов в Ангкоре. Армянские же церкви и города были разрушены. Я видела своими глазами плохо продуманные изменения официальных карт и учебников, чтобы отрицать, что когда-либо на первом месте была Армения, а подавляющее большинство других творений армянского происхождения находятся в руках других. Но, в отличие от Камбоджи, Армения сохранила свой человеческий капитал (красные кхмеры уничтожили всю интеллигенцию Камбоджи, преследуя тех, у кого не было морщин на руках).
 
Однако чрезмерная эмиграция лишает Армению ее будущих мозгов и экономической базы. И, к сожалению, выгода от армянской диаспоры в России и США имеет «убывающую доходность». Денежные переводы считаются одной из форм ренты, потому что деньги зарабатывают за рубежом, а затем отправляют обратно на родину. Беблауи и Лучиани делают различие между государством-рантье и экономикой-рантье: первое – это типичное арабское нефтяное государство, в котором правительство является основным получателем внешних рент. Армения представляет последний вариант, так как массивный объем денежных переводов от родственников за границей поступает непосредственно в домохозяйства. Проблема в том, что денежные переводы питают менталитет рантье, который вызывает срыв в причинной связи работа – вознаграждение (другими словами, это убивает мотивацию у ее истоков и заменяет озабоченностью по поводу достижения внешнегенерируемой ренты, вместо того чтобы сосредоточиться на отечественном производстве. Со временем это цементирует зависимость от внешнегенерируемого дохода, а также гнойное желание быть больше выжидательным, чем продуктивным).
 
Лоуренс выразил это так: «Армяне… не будут работать сами, даже для самих себя. Они даже не станут заниматься организацией работ и развитием. Они отдадут землю другим в концессию. Они хотят жить на побережье, в городах, на ренту, прибыль, дивиденды и доходы от торговли в акциях и звонкой монете, созданных капиталом и трудом».
 
Вопрос о «лени» сам по себе является довольно спорным в Армении: никто не любит говорить на данную тему открыто, но когда делают это, то обсуждают за кухонным столом, где исходным положением по умолчанию является обвинение в адрес руководства или кого-либо еще, кроме себя самого. Одного из моих иностранных друзей, директора, который работает в строительном секторе, сильно бесят все уровни обслуживания – от строителей до начальников: они просто не любят, когда им говорят, что делать, или они с радостью будут кивать головой в знак согласия и поступать прямо противоположным образом. В мире рабочая этика в основном сосредоточена на том, как сделать свою работу хорошо, а в Армении, кажется,  распространен менталитет, который сосредоточен на том, как можно сделать лучше работы мастера.
 
Наверное, есть что-то сказать о том, с какой энергией армяне работают и процветают за рубежом. Однако для достижения экономической устойчивости, может быть, настало время изменить менталитет – сосредоточиться на взаимодействии изнутри, а не на ожидании подачек извне. Но армяне по существу являются цыганами в том смысле, что они более непринужденно процветают в другой земле, а не улучшают условия в нынешней среде.
 
Может быть, стоит завершить статью мыслью одного мудрого грека – Сенеки, который, если я правильно помню, смиренно сказал, что никто не любит свой город потому, что он великий, а любит потому, что он его. В противном случае это все равно, что любить свою жену только до тех пор, пока она не потеряет свою внешнюю привлекательность.

(Продолжение следует).

Запрещенные в России организации