— Господин Дугин, на днях в Уэльсе состоялся  очередной саммит НАТО, в ходе  которого были приняты решения  в защиту Украины, Восточной Европы, Южного Кавказа, в ключе которых  принцип территориальной целостности. Как эти решения отразятся  на политике России в нашем  регионе, то есть, каким будет  ответ России на эти решения  Запада?
— Для того, чтобы понимать отношения Россия — НАТО, Россия — Запад, во-первых, нужно проанализировать, кто есть кто. НАТО представляет собой однополюсную, самую агрессивную империалистическую силу в мире, это тот глобальный инструмент Запада, посредством которого он нейтрализует силы, оказавшиеся у него на пути. Поэтому, в действительности, отношения Россия — страны-члены НАТО не могут быть симметричными, поскольку речь идет об отношениях гегемона и второстепенных держав. Россия не может бросить прямой вызов НАТО, с другой стороны, не может принять эти давления. Это, кстати, не такая уж простая проблема. В России существует два подхода: первый подразумевает формирование другой системы со странами БРИКС, которая станет противовесом Западу, второй — формирование вассальских отношений с Западом. Эти два полюса — патриоты и «шестая колонна» Запада диктуют путь развития с Западом.
 
Сейчас происходит обострение отношений Россия — Запад, на Западе, в НАТО считаются с мнением тех стран, которые хотят войны с Россией, и размещения войск у границ России.  Уже начались экономические давления в отношении России, сейчас к этому прибавились еще и политические давления, остался только военный конфликт. Но, конечно, «шестая колонна» в лице Суркова, и подобных лиц, готова идти на все для Запада, и благодаря им, в украинском вопросе появилось Минское перемирие.
 
Сейчас, исходя из всех предположений, могу сказать, что на этом этапе Запад побеждает, а Россия, чтобы восстановить свои позиции, должна пойти на другие шаги, которые при Путине невозможны, соответственно, он не пойдет на прямую капитуляцию. Поэтому можно сказать, что ответ России будет следующий: Россия укрепит свой союз ОДКБ, укрепив отношения с региональными странами, углубляя отношения со странами БРИКС.
 
— Учитывая существующие  экономические и политические трудности, в какой стадии развития находятся Евразийские экономические проекты, и могут ли они в этой стадии продолжать развиваться, или заморожены?
— Относительно Евразийской  интеграции ситуация не ясная. Интегрирование всей Евразийской  территории является необходимостью, но Россия в этом случае  действует по сепаратистскому принципу.  Мы обычно достигаем успеха в том случае, когда Путин начинает адекватно отвечать Западу, и принимать кардинальные решения, как сам Запад, поэтому мы продвигаемся тогда, когда Путин действует решительно и резко, а когда проявляет слабую волю, то активируется работа «шестой колонны». Следует заметить, что в Евразийских странах — Белоруссии, Казахстане, Армении не все являются сторонниками этой интеграции, в этих странах действует западная пропагандистская машина, существуют также националистические настроения, в результате которых Евразийские проекты рассматриваются как угроза со стороны российского империализма.

Серж Саргсян, Владимир Путин, Нурсултан Назарбаев, Александр Лукашенко, Алмазбек Атамбаев и на концерте в "Астана-опера" после заседания Высшего Евразийского экономического совета (ВЕЭС)

Если все это сопоставить, то мы получим мощную машину, инструмент, который проваливает Евразийские инициативы. Эта западная сеть, действующая на постсоветском пространстве, использует все возможности, чтобы препятствовать развитию ЕАЭС (Евразийский экономический союз). Это очень серьезная борьба, поэтому трудно однозначно говорить об успехе, или провале этих проектов. В действительности существует много разных стадий, разных течений, и проблема в том, что мы не формируем альтернативу западной сети. То есть, мы видим, что Запад работает с обществами, между тем, у нас нет этого, у нас нет сети, которая работала бы для сближения Армении с Россией, нет такого формата. Сеть, внедренная Западом на постсоветском пространстве, действует крайне эффективно, перед ней нет никаких симметричных других сетей, противовесов. Это стратегическое упущение нашей интеграции. То есть, наша интеграция зависит только от наших президентов, и их желаний, но общества сами должны продвинуть ее, люди должны знать, что собой представляет Евразийский союз, для чего этот союз, к этой работе должны присоединиться клубы интеллигентов, сети, должно сформироваться общее поле, общеевразийское поле, которым будет обеспечена постоянная связь. Мы этим вообще не занимаемся. Каждый раз, когда возникает какая-то проблема, связанная с этими проектами, или  на пути сближения Армения-ЕАЭС, мы думаем, что это трагедия, эти проекты приговорены, но неожиданным образом наши президенты решают эти вопросы, хотя для решения бытовых проблем мы должны использовать самый эффективный инструмент.
 
Обобщив, отмечу, что отсутствие единой Евразийской интеграционной сети крайне опасное упущение, вследствие которого тормозятся очень важные процессы. Мы еще столкнемся со многими вызовами, это долгосрочный процесс.
 
— То есть, Вы  считаете необходимым также формирование  евразийской системы ценностей?
— Да, Вы более чем правы. Должны быть сформированы евразийские  ценности, идеология евразийской  интеграции. Мы никогда не работали  в этом направлении, поскольку  получается, что евразийская интеграция  представляет собой экономическую  интеграцию, между тем, этот проект  должен был быть политическим. Есть еще одна опасность, связанная  с тем, что проект экономический, страны объединяют экономические  интересы, а когда этих интересов  однажды не будет, — а такое часто случается, — интересы и планы стран изменятся. Только культура, похожая судьба и цивилизованная общность могут надолго объединить евразийские страны. Нас многое связывает, о чем мы не говорим, и это неправильно.
 
— В любом случае, Армения сможет присоединиться  к ЕАЭС в тех сроках, которые  назначены, то есть, в октябре?
— В геополитике очень  трудно предугадать, сколько времени  потребуется для продвижения  и завершения того, или иного  процесса. Армения принадлежит Евразийскому  пространству  и цивилизации, будучи  кавказской, христианской страной, традиционно занимающей свое  место на геополитической карте  Евразии, поэтому место Армении  — в Евразии. У Армении попросту  нет другого места, либо Армения  будет Евразийской, либо ее не  будет вообще. Но в каком ритме, в какой динамике, как и когда  это произойдет, я затрудняюсь  сказать, поскольку интеграция Армении  может потребовать меньше времени, но может потребовать и больше  времени.  Это зависит от многих  обстоятельств. Каждый проармянский  человек должен быть евразийским, другого варианта не может  быть. Я часто бываю в Ереване  и вижу, что даже среди интеллигенции  нет людей с такими четкими  подходами, армяне хороший народ, но это желание еще не сформировалось, это тормозит и затягивает  многие процессы. Должна быть  армянская евразийскость.
 
— Господин Дугин, президент Армении Серж Саргсян принял участие в саммите НАТО в Уэльсе. До этого экспертное сообщество обсуждало эту возможность, некоторые утверждали, что Серж Саргсян не получит разрешения России, и не примет участие в саммите, некоторые просили принять участие независимо от воли России. Интересно Ваше мнение, в конце концов, было «разрешение» России на участие в этом саммите, или это был самостоятельный шаг, что означает, что Россия дала Армении свободу в вопросе построения отношений с Западом?
— Я считаю, что во всех  постсоветских странах бывают  стадии сближения и отдаления  с Россией. Для России и Армении  нет ничего хорошего в участии  Сержа Саргсяна в саммите. Но Россия сама открывает такие возможности, поскольку не заявляет о своей четкой позиции. Если бы Россия четко заявила, что она хочет от Армении, что можно, а что нельзя, какие условия существуют для вступления в ЕАЭС, то можно было бы сказать, что это был недружественный шаг в отношении России, но поскольку правила окончательно не согласованы, то возможны такие проблемы. Кстати, Армения обижена, что не смогла участвовать в подписании первого документа ЕАЭС, но не нужно эту обиду проявлять таким образом. Это опасно, поскольку гарантом существования Армении является Россия. Но этот шаг еще не означает объявлять войну. Именно в России существует много проблем, в том числе, деятельность «шестой колонны», так что, это был шаг, который не воспринимается столь болезненно.