После распада Советского Союза она пошла работать моделью. Сейчас Наталья Кличко — певица. И жена мэра Киева.
Наталья Кличко — украинка. Она была на Майдане, заботится о своем отце, живущем в Луганске. Но песни на русском и украинском языках, которые она написала для своего первого альбома — выход запланирован на 12 февраля — не о политике. Там речь идет о возвышенных чувствах. При этом политика определяет ее жизнь — ведь Наталья замужем за Виталием Кличко. Бывший чемпион мира по боксу в тяжелом весе занимает пост мэра Киева. Так и Наталья стала частью политической сцены украинской столицы. Мы встретились с 41-летней Натальей Кличко в Берлине.


Die Welt: Ваш муж в 2012-2013 годах считался ключевой фигурой во время протестов на Майдане, а с 2014 года он занимает пост мэра Киева. Недавно он был переизбран еще на пять лет. Решение пойти в политику было принято им еще в нулевые годы. Что его к этому подтолкнуло?


Наталья Кличко: Мир. Демократия. Виталий борется за лучшие условия жизни для всех. Украина же находится не среди стран третьего мира, а в центре Европе. Полет из Берлина в Киев длится не дольше, чем в Париж или Лондон.

— Он советовался с Вами, прежде чем принять решение пойти в политику?


— Нет, он мне просто сказал об этом. Сообщил. Виталий всегда делает то, что считаем правильным и исходит из того, что семья согласна с этим. Он может так делать. Я всегда буду его поддерживать и следовать за ним. И наши дети тоже участвуют в политической жизни. Не так, как это происходит в американской политике, но, например, мы брали их с собой в новогоднюю ночь 2013-2014 года на Майдан. Мой деверь Владимир со своей семьей тоже там был. Видите, наши дети за счет наших многочисленных поездок оказались в выигрышном положении, они учатся в международных школах и стали гражданами мира. Мы хотели, чтобы они видели, что произошло на Майдане, они сопереживали тем людям, которые там погибли. В их возрасте, а им 10, 13 и 15 лет, они достаточно взрослые, чтобы понимать, что происходит на Украине. И, кстати, они не стесняются высказывать свое мнение.


— Как сегодня выглядит Майдан?


— Все чисто. Все убрано. Палатки, баррикады. В городе вообще не чувствуется то, что происходит в 600-700 километрах от него. Если вы сегодня приедете в Киев, то никогда не подумаете, что на востоке Украины идет кровавый конфликт. Киев красив, люди радостны. Таков человек. Он приспосабливается. Когда я бываю в Гамбурге, я думаю: «Вот это да, какой красивый, благополучный город». Но как член совета при фонде Leon Heart я хорошо знаю, что в трех улицах от центра все может выглядеть абсолютно по-другому, и что не только в России, на Украине, в Молдавии и Киргизии, но и в богатом Гамбурге есть дети, которые находятся в трудном положении, и им нужна наша помощь.


—  К вопросу конфликта. Вы уже встречались с Путиным?


— Нет, но я знаю, что сказала бы ему при встрече.


— И что же?


— Я бы сказала, что на этой планете есть не только Россия и Украина, и мы все вместе живем на весьма хрупком, небольшом шаре.


—  Вы ему сказали бы, что он должен вернуть Крым и то, что он вырвал из Украины?


— Я не уполномочена этого делать. Есть правительства, которые должны ему сказать: «Уходи отсюда!». Но этого не происходит, потому что мировая политика — большая игра.


— Вам больно смотреть на то, что происходит на востоке Украины?


— Конечно, ведь я же украинка! Но то, что происходит в Сирии, мне также причиняет боль.


— Вы были моделью, когда познакомились с будущим мужем…

© AP Photo, Frank Augstein
Наталья Кличко исполняет гимн Украины


— Да, я работала моделью десять лет. Вообще, после окончания школы я хотела пойти учиться на дизайнера, но, к сожалению, к тому моменту распался Советский Союз. Было трудно. Мы вышли из школы, а страны больше не существовало. Не было денег — рубля уже не было, гривны еще не было. Вместо этого было купоны, гиперинфляция. Мои родители, работавшие на машиностроительном комбинате, внезапно перестали получать зарплату. Тогда задумываешься: «Как я могу выжить?». Ну что же, я высокая и стройная, работа моделью была возможностью заработать. Но первые пять лет после распада Советского союза на Украине были очень тяжелыми.


— Вам тогда было 18 лет?


— Если быть точной, 17. Очень молодая. Сегодня опыт модели оказался полезным. Все, чему я тогда научилась — макияж, укладка, выступления — сейчас мне помогает в вокальной деятельности. Я не боюсь выходить на сцену. Страха перед камерой у меня нет.