Жена турецкого президента Эрдогана восхваляет османский гарем. Для женщин, по ее мнению, пребывание там было школой жизни. Мужчины могли потерять там рассудок, а иногда и нечто большее.

Турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган не раз доказывал, что он является почитателем османских султанов. Так, например, он подверг критике одну телевизионную мыльную оперу, в основу которой был положен сюжет о предполагаемых интригах в гареме Сулеймана I (годы правления 1520 — 1566). Этот султан, во время правления которого Османская империя достигла зенита своего могущества, является великим образцом, заявил как-то Эрдоган, будучи еще премьер-министром. Выдуманные истории, по мнению Эрдогана, негативно влияют на имидж современной Турции.

Однако не только президент Турции разделяет подобные взгляды, что наглядно продемонстрировала его супруга. «Гарем был школой для членов османской династии и учебным заведением, в котором женщин готовили к жизни», — эти слова первой леди страны передают турецкие телеканалы. На женской половине в эпоху Османской империи существовали строгие правила, которых должен был придерживаться и сам султан. В социальных сетях высказывания Эмине Эрдоган пришлись не по вкусу. В результате там появились резкие комментарии.

На самом деле гарем принадлежит к числу тех мест на нашей планете, описание которых находится в обратной пропорции по отношению к знанию о них. Гарем считается «святым» местом, предназначенным для женщин, для членов семьи женского рода и малолетних детей, и поэтому он еще с незапамятных времен будоражит фантазию людей, не имеющих туда доступа. И это относится преимущественно к мужчинам — как к мусульманам, так и представителям других вероисповеданий.

Тот факт, что их жаркие фантазии исходили и исходят из одинаковых главных предпосылок, показывают рассказы из «Тысячи и одной ночи». Там прекрасная Шехеразада ночь за ночью рассказывает царю очередную новую историю, и так происходит с того дня, когда она оказалась во власти у этого человека. Помимо того, что главные события этой книги происходят в гареме, многие истории призваны были удовлетворить эротические и даже порнографические фантазии. («Сделай мне это» — требует она у него). Неудивительно, что эта книга в 19-ом столетии стала наиболее читаемой в Европе — после Библии, разумеется.

Высказывания Эмине Эрдоган нужно в первую очередь рассматривать как критику этого наиболее известного сборника рассказов в мировой литературе. В то время как интрига этой книги связана с тщеславным приказом царя, повелевшего лишать жизни каждую новую наложницу после проведенной с нею ночи любви — Шехеразаде удается избежать этого только с помощью все новых «замечательных историй», — супруга турецкого президента указывает на строгие правила, которым должен был подчиняться и сам повелитель: по ее словам, существовали четкие предписания относительно отбора наложниц для гарема и их обучения, а преподавались им такие предметы, как литература, музыка, а также иностранные языки. Однако следует добавить, что для ублажения султана некоторые из женщин должны были оказывать ему сексуальные услуги.

Но нет правил без исключения: Сулейман I, которого еще называли «Великолепным», превратил Османскую империю в мировую державу, и его двор в Константинополе стали посещать многочисленные европейские дипломаты. Их сообщения на европейских языках, составляющие многотомные издания, и сегодня являются основой для изучения османской эпохи. К числу таких произведений относится книга под названием «История Османской империи», написанная румынским университетским ученым Николае Йорга (1871 — 1940). Йорга приводит цитаты из записок одного французского дипломата, который и в своей стране уже успел ко многому привыкнуть: «Женщины в этой империи играют большую роль». Поскольку Мурад III (годы правления 1574 — 1595), «не покидал пределов сераля, его окружение имело значительно большее влияние на его слабый и сумбурный характер, — отмечает Йорга. — Женщинам он казался уступчивым и временами безвольным».


В то время, как Мурад посвящал себя прекрасным рабыням своего гарема, получение «богатства честным или бесчестным путем стало целью почти всех, кто принадлежал к руководству империи», — подчеркивает румынский ученый. В первую очередь сложившейся ситуацией воспользовались мать и первая жена Мурада. Они появлялись на публике «с многочисленными предметами роскоши и в сопровождении придворных женщин, разного рода интриганов и посредниц… На улице их сопровождали 20 карет, а также свита, состоявшая из янычар и евнухов». В соответствии с традициями, главную роль в гареме играла валиде, мать правителя. Она подводила женщин к своему сыну и вообще имела возможность контролировать доступ к нему. Мать Мурада «влияла на проводившиеся назначения, — отмечает Йорга. — Из-за ее мании расточительства Мурад в какой-то момент попытался отослать ее в старый сераль, однако она вплоть до своей смерти сохраняла свою власть».

Не случайно Йорга назвал эту главу «Причины упадка», к которым, помимо невоздержанной жизни в гареме, он также причисляет потоки алкоголя, в которых некоторые правители пытались утопить свою скуку. Если до прихода к власти Сулеймана существовал жестокий, но оказывавший стабилизирующее воздействие обычай, в соответствии с которым братья наследника престола воспитывались за пределами столицы и поэтому не могли участвовать в интригах при дворе — после смены правителя их, как правило, убивали, — то в 16 веке ситуация изменилась. Теперь принцы оставались в Константинополе, а их матери делали свое дело — обеспечивали своим детям хорошие стартовые позиции в борьбе за власть. При этом все средства для них были хороши.

Вот такой виделась ситуация западным дипломатам и участникам различных интриг и махинаций. Европейские путешественники, которые в 19 веке посещали Османскую империю, видели, естественно, другую картину. Они уже воспринимали Османскую империю как «больного человека», в культуре которого сохранился фантастический мир Востока, знакомый им, как они полагали, после прочтения «Тысячи и одной ночи». Одним из таких наблюдателей был шотландец Дэвид Уркварт, который, будучи грекофилом, участвовал в борьбе за свободу греков и в течение десяти лет путешествовал по Балканам.

В своем дневнике путешественника под названием «На диких Балканах» (1839) Уркварт описал гарем правившего в то время султана Махмуда II (годы правления 1808 — 1839). «Он весьма далек от того, чтобы иметь такую же свободу настроения и выбора, какой пользуются его христианские коллеги-правители. Неукоснительные обычаи и установившиеся понятия относительно того, что правильно, а что нет, ставят перед его якобы неограниченной властью непреодолимые барьеры. Нынешний султан, как говорят, когда-то был по-настоящему влюблен. Как любовнику ему был предоставлен этот выбор, однако „султану“ не дали возможность установить подобные связи». Цель Уркварта, однако, состояла в том, чтобы опровергнуть распространенные в Европе представления о «развратной жизни в гареме». Вполне в духе модного в его время ориентализма этот шотландец противопоставил распущенным нравам европейской аристократии и буржуазии поучительный и законченный образец отношений между мужчиной и женщиной, существовавший в Османской империи и характерный для ислама. Можно только гадать, до какой степени им руководили картины и образы из «Тысячи и одной ночи». И теперь, когда супруга турецкого президента и почитателя султана открыто восхваляет порядок в гареме, это должно заставить задуматься ее мужа. Поскольку гарем был образовательным учреждением (и, возможно, местом для интриг и оргий) не только для женщин, но и для самого правителя дома, который весьма часто там пропадал.