На ее поясе болтаются наручники, пластиковые стаканчики и даже плюшевый мишка. Она сфотографировалась с игрушечным ружьем, двумя пистолетами и в коротких штанах, из-под которых виднеются разодранные чулки. Ее можно было бы принять за панка, которая хочет завоевать известность в сети, эксцентричную артистку или американку, вызывающую злых духов Запада. Но речь идет о Крис Эванс (Chrese Evans), внучке Иосифа Сталина, в 2015 году разместившей в Facebook эти странные фотографии, которые сейчас привлекли к себе внимание и вызвали неоднозначную реакцию в России.

Ее дед разгромил фашистов и превратил Советский Союз в промышленную державу, но также оставил после себя страшные цифры: более десяти миллионов погибших в результате репрессий и голода. Эхо тех трагических событий вряд ли докатилось до небогатого районе в пригороде Портленда (штат Орегон), где проживает Эванс. В последние годы она управляла магазином товаров для дома и неоднократно отказывала в интервью нашей газете. Вскоре после кончины ее матери в 2011 году она согласилась встретиться с корреспондентом журнала «Пари Матч» и назвала своего деда «чудовищем».

Некоторые люди отказываются верить, что в венах женщины, изображенной на фотографии, течет кровь Сталина. Но ее выдает совпадение татуировок на левом предплечье с предыдущими фотографиями. У нее характерное угловатое лицо и костистая фигура. Грузинский блеск в глазах. Сейчас ее зовут Крис Эванс. Ей 43 года, ее имя при рождении было Ольга Петерс. Она появилась на свет в результате недолгого брака Светланы Аллилуевой с Уильямом Петерсом (William Peters).

Ее мать умерла в ноябре 2011 года. Престарелая дочь Сталина скончалась под именем Ланы Петерс (Lana Peters), стремясь отрешиться от своей фамилии на протяжении последних десятилетий. Первый шаг в этом направлении был сделан, когда в самый разгар холодной войны она попросила политическое убежище в США после бегства из СССР.

В своем последнем романе «Розы Сталина» писательница Моника Згустова (Monika Zgustova), воссоздает это бегство от прошлого и видит в жизни дочери диктатора «трагедию ХХ века». Эти странные фотографии вновь напомнили нам о тихой жизни потомков Сталина в США.

Крис любит готовить борщ. Запах этого блюда напоминает ей о матери. С малых лет она не любила свое русское имя Ольга и выбрала себе новое: Кристина. Но все равно журналисты нашли их. Спокойно они смогли пожить только в Англии. Единственное, что сейчас связывает Лану с Россией, это как раз память о матери, прожившей бурную жизнь в СССР и за его пределами: у нее было пять мужей, за ней следили КГБ и ЦРУ, она стала символом холодной войны, преподавала в Принстонском университете и состояла в секте. Затем потратила все свои литературные гонорары и жила в ряде стран, прежде, чем вернуться в США, где в 1978 году получила американское гражданство. В 1984 году, пресытившись Западом, пыталась вернуться в СССР. Но ни она, ни ее дочь, о которой сейчас столько говорят, так и не ступили на землю страны, созданной Сталиным. В США Эванс изучала бухучет. Друзья не подпускают к ней любопытных: «Ей нечего рассказать об СССР», недовольно бурчит ее коллега по работе.

Ее мать, старавшаяся до совершеннолетия дочери поменьше говорить с ней о деде, умерла в приюте для престарелых. Ей нравились гамбургеры, и она всегда ощущала ту пустоту, которая осталась после смерти ее матери, жены Сталина, покончившей жизнь самоубийством, когда Светлане Аллилуевой было шесть лет. Эванс говорит, что Сталин уничтожил часть ее семьи, включая и первого возлюбленного ее матери, которого отправили в лагеря.

Высказывания Эванс вызвали жесткое неприятие у членов КПРФ. «На следующем заседании политбюро мы отправим открытое письмо с требованием к внучке Сталина прекратить свои экстравагантные выходки и не позорить имя своего великого деда», заявил один из членов ЦК партии. По сути дела, они требуют от Крис Эванс присоединиться к борьбе против «американского империализма» и выступить в защиту прав негров. Слышатся даже голоса с требованиями восстановить практиковавшиеся ранее наказания, в частности, принудительные работы.

Но Эванс считает, что ее семья уже достаточно пострадала. И не только от железной руки Сталина, но и от всех этих людей, «которые возложили на мою мать часть вины Сталина. Дело дошло то того, что в какой-то момент она стала чувствовать себя виноватой».