Есть немного стран, где лидер крупной политической партии занимался бы предвыборной агитацией на нудистском пляже. Но немецкий политик Грегор Гизи (Gregor Gysi), лидер партии антикоммунистических левых Die Linke, которая является третьей по численности в нынешнем парламенте, на этой неделе провел такое мероприятие, чтобы посетовать на снижение популярности натуризма в своей стране. Тем самым он проник за «культурный барьер», до сих пор существующий между Востоком и Западом, и, возможно, заручился поддержкой еще нескольких избирателей.


Политическая карьера Гизи началась в Восточной Германии, где он был кем-то вроде диссидента внутри правящей Социалистической единой партии Германии (СЕПГ). В 1980-е годы, когда Гизи активно выступал за реформы, в коммунистической Восточной Германии был широко распространен нудизм или, как его называют в Германии, «культура свободного тела» (FKK), с помощью которой политически подавляемые люди демонстрировали окружающим, что у них на самом деле существует нечто вроде свободы. В 1982 году в этой коммунистической стране насчитывалось 40 официальных нудистских пляжей и еще множество других, которые не упоминались в туристических путеводителях, печатавшихся в государственных издательствах.


Хотя в немецкой организации натуристов DFK, по-прежнему состоят около 40 тысяч человек, объединенных в 135 местных общества, их число неуклонно сокращается, и нудистские пляжи закрываются. Это заметно в Берлине. Начиная с 2014 года, когда я туда переехал, некоторые из многих городских пляжей на берегу озера отказались от своей политики «отказа от одежды».


В своем интервью на нудистском пляже Гизи (он был в брюках и рубашке) процитировал слова сексолога, который сказал ему, что из-за западногерманских мужчин, не знакомых с восточногерманской культурой натуристов и приходящих на пляж со своими «эротическими взглядами», многие восточногерманские женщины стали чувствовать себя на пляже уже не так комфортно.


«Но женщины, — говорит Гизи — не пытались выставлять себя напоказ, они просто хотели ощущать свободу для собственного удовольствия». Говоря о своей ностальгии в интервью журналу «Плейбой», он также упомянул о владельцах гостиниц, которые больше не желают, чтобы на гостиничных пляжах находились обнаженные люди. «В некоторых вопросах ГДР была более ханжеской страной, чем бывшая ФРГ, — говорит Гизи, имея в виду две прежние Германии. — Зато в других сферах она была более открытой».


Как это ни парадоксально, в результате смены поколений теперь становится легче пропагандировать идеалы бывшей ГДР, вызывать в душах людей «остальгию» (от немецкого слова Ost, означающего «восток» — прим. пер.): молодые люди, которых привлекают идеалы, пропагандируемые левыми, не помнят всех отвратительных сторон коммунистического режима. Все идет к тому, что на всеобщих выборах в сентябре партия Die Linke выступит так же, как в 2013 году, или несколько лучше. И Гизи предпринял удачный «маркетинговый ход», выбрав это место для продвижения своих идей: официального признания движения FKK в Восточной Германии удалось добиться только в результате упорного сопротивления общественности властям.


Движение FKK приобрело популярность в Веймарской Германии, где оно было связано как с национализм, так и с социал-демократическим пацифизмом. В 1933 году нацисты запретили натуризм, но вскоре после этого отменили запрет под давлением со стороны влиятельных членов партии и офицеров СС, которые утверждали, что в естественной красоте немецкого тела нет ничего плохого. В 1950-е годы коммунисты снова запретили его: им были очень неприятны ассоциации со старыми социал-демократами и фашистами и они следовали ханжеской советской политике во всем, что хоть даже отдаленно было связано с сексом. «„Нудистские союзы" были побочным продуктом распада империализма в области культуры тела и массового спорта, — говорилось в заявлении государственной спортивной организации, прозвучавшем в 1951 году. — „Нудистские союзы", являющиеся проявлением империалистической распущенности, „недопустимы"». К 1954 году на пляжах Балтийского моря купание в обнаженном виде было запрещено — даже при том, что нудисты и не состояли ни в каких группах.


Запрет долго не продержался, и его опять отменили, что стало редким примером того, как простые жители ГДР смогли отстоять свое мнение. В 2007 году Джози Маклеллан (Josie McLellan) из Бристольского университета написал в своей статье:


Основной причиной этого было постоянное неповиновение со стороны граждан Восточной Германии, которые считали запрет абсурдным и отказывались его соблюдать. Их тактика была разнообразной — они не только продолжали купаться и загорать в обнаженном виде, но и демонстративно саботировали решение властей, препятствовали им, когда те пытались обеспечить соблюдение запрета, и высмеивали их действия.


Обнаженные купальщики завязывали на шеях галстуки, чтобы показать полиции, что они не совсем раздеты. Когда приближалась полиция, можно было услышать крики «мятежников»: нудисты придумали свою систему оповещения. Иногда патрули «нарывались» на группы голых партийных и государственных чиновников.


Жители ГДР также засыпали власти гневными петициями, утверждая, что нагота не опасна для дела строительства социализма. Поэтому в 1956 году нудистские пляжи были разрешены официально, и хотя еще несколько лет время от времени предпринимались попытки очистить пляжи от обнаженных людей, было ясно, что натуристы победили. Приверженность идеям FKK стала приемлемой формой выражения индивидуальной свободы. Восточногерманский режим к моменту своего падения уже принял эту идеологию. Официальная пропаганда даже расхваливала нудистские нормы, «проталкивая» их в другие страны, как свидетельство прогрессивности страны.


В Западной Германии тоже существовала культура «обнаженного тела» — традиция, зародившаяся в союзах нудистов еще до прихода нацизма. Но традиция это была далеко не так распространена и предусматривала больше правил, чем в ГДР, где нагота была повсюду.


Падение популярности FKK, вероятно, объясняется не столько ханжеством и распущенностью капиталистического общества, сколько увеличением численности мусульманского населения и распространением мобильных телефонов с мощными и качественными камерами. В этом меняющемся мире культура FKK сведена до минимума и теперь занимает в обществе очень скромное место. Она уже никогда не будет такой популярной, как в той почти закрытой, этнически однородной коммунистической стране.


Но было бы досадно, если бы Германия утратила свою богатую традицию коллективных действий, которая не только заставила власти ГДР разрешить нудизм, но еще и позволила разрушить Берлинскую стену. Совсем недавно она служила основой политики «открытых дверей», проводившейся канцлером Ангелой Меркель по отношению к беженцам (пока общественное мнение не отказалась от этой политики). Благодаря этой традиции стало возможным признание законности однополых браков. В эпоху политического застоя эту в основном «левацкую» традицию необходимо всячески беречь. И даже если партия Die Linke, пытаясь обелить ГДР, явно действует в своих собственных интересах, она играет свою роль — помогает сохранить и уберечь скрытую «неудобную» и неформальную демократию. Не давая ей погибнуть.