Мадрид — В 2007 году Эстония подверглась беспрецедентной на тот момент кибератаке. Возмущение России по поводу переноса памятника советским воинам-освободителям переросло в трехнедельную кибервойну против Эстонии. В ответ президент Тоомас Хендрик Ильвес (род. в 1953, Стокгольм), пришедший к власти годом ранее, принял решение впредь обезопасить 1,3 миллиона граждан своей маленькой страны от подобных угроз. Благодаря его усилиям было создано первое в мире «цифровое государство»: Эстония превратилась в кибер-крепость. В наши дни лидеры каталонского движения за независимость изучают эстонский опыт самоопределения и построения государства с развитой цифровой инфраструктурой. Сейчас бывший эстонский президент является одним из ведущих экспертов по вопросам кибербезопасности и читает лекции в Стэнфордском университете в США. Он уверен, что Кремль развернул в интернете беспрецедентную войну для развала Европейского союза изнутри. El País побеседовал с Ильвесом с помощью Skype. Кстати, именно эстонская компания в 2003 году и создала эту программу.


El País: Россия по-прежнему является главной угрозой для Европы?


Тоомас Хендрик Ильвес: Не стоит всерьез опасаться классического сценария времен холодной войны — вооруженного вторжения в Эстонию или другие страны-члены НАТО или ЕС. Но Россия очевидным образом пытается ослабить страны западной демократии. Мы видим, что провоцируются различные конфликты, где-то поддерживаются сепаратистские движения. Даже в США появились фейковые российские аккаунты в Facebook, которые агитируют за независимость Техаса от Калифорнии.


— Какие цели преследует Россия, поддерживая сепаратистские движения? Например, в Каталонии?


— В Соединенных Штатах и Европе мы фиксируем фейковые российские аккаунты в Facebook, которые провоцируют протестные настроения и выступления крайне правых и крайне левых против центристских правительств. Зачем? Хаос ведет к потере легитимности властными структурами. Развал Европейского союза, НАТО и отдельных стран-членов ЕС, как, например, Испании, представляет большую угрозу для Запада. Россия ведет активную деятельность в этом направлении.


— В марте 2017 года Вы выступили с докладом по России в Конгрессе США. Должна ли Европа в той же степени опасаться российской угрозы?


— Несомненно. Технологии, обкатанные на американских выборах в 2016 году, используются при изготовлении фейковых новостей и в Европе. В этом году во время президентских выборов во Франции в Facebook также циркулировала фальшивая информация. Хакерские группы, связанные с российской военной разведкой, взломали серверы Бундестага, Министерства иностранных дел Италии, Национального комитета Демократической партии США и даже Всемирного антидопингового агентства. И это далеко не полный перечень. Они использовали 13 тысяч ботов (фальшивых профилей пользователей) в Twitter, чтобы повлиять на ход референдума о Brexit. Любое либерально- демократическое государство находится в зоне риска. К тому же, такие атаки могут быть непредсказуемы: авторитарные режимы располагают обширным набором технологий для вмешательства в процесс демократических выборов.


— Нам следует опасаться этих интернет-ботов, автоматических аккаунтов в социальных сетях, выдающих себя за реальных людей?


— Конечно. Расследования показали, что интернет-боты повторяют фейковые новости тысячи раз, распространяют их и создают ложные сообщения по различным темам. Не понимаю, почему, если не говорить о коммерческих причинах, социальные сети не закроют аккаунты интернет-ботов.


— В ближайшие дни руководство Facebook, Google и Twitter выступят в Конгрессе США с докладом о неправомерном использовании их площадок российскими хакерами. Что можно ожидать от этого расследования?


— Подозреваю, что мы узнаем гораздо больше о том, что произошло год назад в ходе избирательной кампании в США, и о том, что продолжает происходить сейчас. Twitter только что объявил, что начнет производить маркировку политической рекламы, чего он раньше не делал, а Facebook не делает до сих пор. Подозреваю, что будет оказывать сильное давление на эти интернет-компании с тем, чтобы их деятельность была более прозрачной. Я также ожидаю, что Конгресс предпримет меры, чтобы заставить их опубликовать, какие данные о своих пользователях они раскрывают.


— Недавно Россия устремила свой взор на Каталонию. Таким образом, она собирается развалить Евросоюз?


— Да, и в особенности потому, что неясно, как будет функционировать Евросоюз в случае обретения независимости Каталонией, или если то же самое произойдет с Шотландией. Самое важное состоит в том, что любое обострение внутренней напряженности ослабляет демократический строй и делает его более уязвимым.


— Не так давно El País написала, что Каталония создала интернет-правительство на основе эстонской модели. [Правительство Эстонии неоднократно заявляло, что поддерживает целостность Испании и не поддерживает сепаратизм]. Возможно ли в действительности создать подобное параллельное правительство?


— Разумеется, при помощи современных информационных технологий гораздо проще отделить цифровое управление от непосредственной территории. Я участвую в выборах в Эстонии, находясь при этом в Калифорнии, недавно подписал эстонский правовой документ из Парагвая. Находясь за рубежом, я могу войти в реестры собственности и свои медицинские карты. Более того, электронное правительство представляет собой параллельную систему, поскольку наш закон гласит, что все, что можно сделать на бумажных носителях, можно сделать и в электронном виде. Не важно, буду ли я при этом находиться в Эстонии, отстояв очередь в кабинет чиновника, или сделаю это из Калифорнии при помощи безопасной и кодированной связи через интернет. А при помощи электронного голосования мы можем решать основополагающие задачи, на которых зиждется демократия. В Эстонии 31-33% избирателей голосуют через интернет, и хакерским атакам мы не подвергались.


— С каких пор Эстония предпринимает меры по обеспечению собственной кибербезопасности?


— Строго говоря, мы начали это делать задолго до кибератаки 2007 года, поскольку решили компьютеризировать страну значительно раньше, а кибербезопасность является одной из главных опор технологического общества. Мы в течение нескольких лет обращались в НАТО с просьбой открыть Центр кибербезопасности, но это было сделано только после 2007 года. Сейчас он действует в Эстонии.


— Как Запад должен противодействовать кибервойне?


— Учитывая то, что злоумышленники совершали атаки на многие страны и организации, посредством ли фейковых новостей или в составе таких хакерских групп как APT28 или Fancy Bear, считаю необходимым поставить вопрос о создании кибер-НАТО, в котором либерально-демократические страны будут тесно взаимодействовать в вопросах кибербезопасности. Это тем более возможно потому, что в век электроники расстояние мало что значит. Если выражаться более лаконично, то в цифровую эру безопасность не является вопросом расстояния или границ. Основу безопасности заложил еще предшественник человека, метнувший камень, чтобы убить противника.