На прошлой неделе частная голландская компания Mars One объявила, что надеется к 2023 году послать команду из четырех человек на Марс. Чтобы затраты были не такими высокими, это будет миссия в один конец. Марс станет постоянным домом астронавтов.

 

Неясно, будет ли это научной миссией или телевизионным реалити-шоу, так как компания планирует финансировать операцию с помощью коммерческих спонсоров, показывая все происходящее в телеэфире. Однако подобные планы поддерживались еще с 1990-х и подлинными членами научного сообщества, включая физиков Пола Дэвиса (Paul Davies) и Лоуренса Краусса (Lawrence Krauss), а также астронавта Базза Олдрина (Buzz Aldrin). Если люди действительно прибудут на Марс в ближайшем будущем, это вполне может произойти именно так.

 

Окружающая среда на Марсе бесплодна и уныла. Температуры очень холодные, а атмосфера ядовита. Экипаж такой миссии должен понимать, что их опыт, как и вся оставшаяся часть их жизней, будет не самым приятным. Учитывая все это, кто в здравом уме добровольно туда поедет?

 

Вероятно, довольно многие.

 

Когда проводили испытания атомной бомбы на атолле Бикини в 1946 году, более 90 человек вызвались обслуживать суда, размещенные в зоне нанесения удара, чтобы ученые могли собрать данные по биологическим эффектам взрывов. Морские исследователи признали, что если объектами испытаний будут люди, это будет «более удовлетворительно, чем животные», но они побеспокоились о том, как использование людей скажется на их связях с общественностью и, в результате, всем из них отказали.

 

Было также много с виду рациональных ученых, которые высказывали готовность пожертвовать своим физическим комфортом, а также и своими жизнями ради знаний. Некоторые из них остались в памяти человечества, как подлинные герои, такие как исследователи во главе с Уолтером Ридом (Walter Reed), которые в 1900 году позволили себе быть укушенными москитами, переносящими желтую лихорадку, чтобы доказать, что насекомые являются носителями этой болезни. 

 

Другие случаи страдания ради науки расцениваются, скорее, как исторические курьезы. В 1933 профессор университета Алабамы Аллан Блэр (Allan Walker Blair) позволил самке паука «черная вдова» укусить его за руку. Он позволил ее челюстям оставаться на руке в течение 10 секунд, так, чтобы он мог получить полную дозу яда, и затем провел несколько дней, корчась от кошмарной боли в местной больнице. Лечащий врач сказал, что никогда не видел «таких болевых ощущений в каких-либо других медицинских или хирургических условиях». Другой энтомолог уже проводил такой же самый эксперимент над собой 12 годами ранее, но г-н Блэр, очевидно, чувствовал потребность испытать ощущения самому.

 

Еще был японский педиатр Шимезу Койно (Shimesu Koino), который съел 2 тысячи личинок кишечного круглого червя, чтобы непосредственно изучить жизненный цикл организма. Его инфекция стала столь тяжелой, что он начал выкашливать червей из легких.

 

Два лондонских доктора, Герберт Вуллард (Herbert Woollard) и Эдвард Кармайкл (Edward Carmichael), заработали несколько сомнительные почетные места среди страдальцев для науки за то, что клали тяжести на свои яички, чтобы исследовать, как последующая боль распространяется по телу. Даже в математике есть пример физического самопожертвования — через «туннельный синдром» (синдром сдавления нерва в узком канале; пример: травмы запястий, вызванные повторяющимися, монотонными, многочисленными движениями — прим. переводчика). Профессор университета Джорджии Поуп Хилл (Pope R. Hill) подбросил монету 100 тысяч раз, чтобы доказать, что орлы и решки выпадут приблизительно равное количество раз. Эксперимент длился год. Он заболел, но закончил эксперимент, хотя к концу ему пришлось воспользоваться помощью ассистента.

 

Эти истории показывают, что нечто в страдании и самопожертвовании привлекает ученых. Перефразируя президента Кеннеди, ученые делают все это не потому что это легко, а потому, что это трудно.

 

Но стоит задаться вопросом: в какой момент жертва прекращает иметь какую-либо ценность для продвижения науки и просто становится гонкой за трудностями ради трудностей?

 

В отношении миссии на Марс в один конец, я подозреваю, что такие вопросы не найдут никакого отклика. Противники полета с экипажем уже давно утверждают, что все, что можно извлечь из полета на Марс, может лучше всего быть сделано роботами. Но если Mars One все это будет передавать по телевидению, это скажется хорошо, по меньшей мере, на рейтингах, позволяя компании заработать достаточно денег, чтобы послать туда больше экипажей. Страдание в этом случае может стать само по себе нескончаемой самоцелью.

 

Г-н Безе - автор книги «Наэлектризованные овцы: ученые, которые едят стекло, сбрасывание атомной бомбы на Луну и другие причудливые эксперименты» («Electrified Sheep: Glass-Eating Scientists, Nuking the Moon, and More Bizarre Experiments»).