Южная Корея, член большой двадцатки и 15-я по значимости экономика мира, все активнее стремится заявить о себе в международном сообществе. Как бы то ни было, «страна утренней свежести» сих пор остается по большей части неизвестной развивающейся державой средней руки.

Сеул не жалеет сил для достижения цели: он делает ставку на экономическое развитие, вкладывает средства в науку и культуру, накапливает политические и военные ресурсы. В то же время страна все равно по большей части остается в тени окружающих «грандов» (Китай и США и в меньшей степени Россия и Япония) и стремится развивать отношения с Юго-Восточной Азией (Вьетнам, Индонезия и Филиппины). Что же касается потенциального объединения с северокорейским режимом, пока что такой сценарий остается исключительно гипотетическим. Так, с чем же связано растущее несоответствие все увеличивающегося экономического веса Южной Кореи и ее все еще весьма небольшого влияния в геополитической сфере?   

Наполненная самой актуальной информацией книга Арно Лево (Arnaud Leveau) «Геополитика Южной Кореи. Парадоксальная держава» (Géopolitique de la Corée du Sud. Une puissance paradoxale) опирается на самые разные данные и факты и рассказывает читателю одновременно об основах мощи Южной Кореи и ограниченности ее возможностей в связи с обстановкой в регионе.

Целенаправленная политика наращивания мощи

Политика достижения мощи предполагает изначальное наличие ряда козырей, а также четкое понимание стоящих задач и имеющихся средств. В этой области Сеул может похвастаться настоящей политической волей. Как пишет сам автор, «Южная Корея стремится утвердиться в качестве державы средней руки, представляет себя столпом безопасности Северо-Восточной Азии и занимается продвижением своей модели в Юго-Восточной Азии». Причем у этого курса Сеула имеются прочные основания: он прекрасно умеет извлекать выгоду из всей совокупности экономических, политических и культурных факторов.

Прежде всего, Южная Корея может опереться на бесспорную экономическую мощь: у нее сформировался целый ряд мощнейших промышленных конгломератов в самых разных отраслях (судостроение, автомобилестроение, металлургия, нефтехимия, электроника…), которые выводят ее на первые роли на мировом рынке. Ее крупнейшие компании вроде Samsung, Daewoo, Hyundai и LG известны по всему миру, что служит доказательством успеха предлагаемой ими продукции. Кроме того, страна проводит активную политику в сфере научных исследований, оставляя в этом позади европейские государства.

Далее, глобальная стратегия Сеула позволяет ему выйти за рамки одной лишь Азии и создать, например, особую политику для африканского региона. Что касается военной сферы, Южная Корея задействует свои войска в масштабных миротворческих операциях. Это сопровождается большими планами в оружейной отрасли и развитием оборонной промышленности. 

Наконец, нельзя не отметить «корейскую культурную волну», которая привлекает внимание или даже вызывает зависть у соседей, в Азии и за ее пределами (пожалуй, самым наглядным тому примером стал Psy). Не отстает Сеул также в том, что касается кино, комиксов и видеоигр. Есть у властей и планы по распространению корейского языка, причем не только среди потомков корейцев в разных странах мира (например, коре-сарам на постсоветском пространстве).

Кроме того, стоит отметить роль религиозных сил: в стране проживают множество христиан (30% населения, по большей части это евангелисты) и находится очень большое количество миссий (Корея занимает второе место в мире по их числу после США).

В целом, нужно признать, что политика властей уже принесла плоды в том, что касается проведения крупнейших международных спортивных событий: Южная Корея приняла Олимпийские игры 1988 года и Чемпионат мира по футболу 2002 года, а в 2018 году в Пхенчхане состоится зимняя Олимпиада. Как бы то ни было, такая открытость к миру не могла не отразиться на внутренней политике. Если раньше Южная Корея была страной эмиграции (за период с 1975 по 1985 год за границу уехал миллион граждан), сегодня она наоборот становится страной иммиграции и должна научиться принимать разнообразие.

В окружении могучих соседей

Несмотря на все бесспорные козыри, Южная Корея до сих пор не смогла добиться желаемого политического и стратегического блеска, что в первую очередь объясняется ее региональным окружением. Там сейчас идет борьба за влияние между Китаем и США при том, что Россия и Япония тоже играют активную роль. Видное место во всех геополитических противостояниях, понятное дело, отводится и Северной Корее.  

В такой региональной обстановке альянс с Вашингтоном приобретает для Сеула стратегический, почти что неизбежный характер. Америка традиционно поддерживает страну со времен корейской войны (1950-1953) и представляет собой главного гаранта безопасности перед лицом ядерной угрозы со стороны Северной Кореи за 38-й параллелью.

США — это наилучший ответ на потребности Южной Кореи в военном, ядерном, экономическом и политическом плане. Значительная часть корейских политиков (преимущественно консерваторы) свято убеждены в этом и делают из Америки краеугольный камень своей внешней политики. В частности, такова позиция нынешнего президента Пак Кын Хе, дочери авторитарного лидера Пак Чон Хи (1962-1979). От этой позиции дистанцируется так называемая «политика солнечного света», которую разработал президент Ким Дэ Чжун (1998-2003) и продолжил его преемник Но Му Хен (2003-2008). Она руководствовалась скорее восточной политикой Вилли Брандта, а не безусловным равнением на Вашингтон.  

Еще одна великая региональная держава — это Китай. Усиление его мощи одновременно открывает возможности для Южной Кореи и ставит перед ней препятствия. Иллюстрацией этой близости служит тот факт, что Китай становится все более значимым экономическим партнером для Южной Кореи, и что на его территории проживают 2 миллиона корейцев. Интересы Китая касаются не только экономики, но и образования: на китайцев приходится наибольшее число иностранных студентов в Южной Корее: 60 тысяч человек.

Как бы то ни было, это не отменяет неудобного положения Южной Кореи: она поддерживает связи одновременно с Китаем и США, что вредит развитию отношений с Пекином. Как отмечает автор, «изменения в политике и непостоянство южнокорейской стратегии отношений с Китаем ведут к тому, что Пекин до сих пор не доверяет Сеулу роль гаранта равновесия сил, которую тот хотел бы играть в южной Азии».

Дополняют картину в регионе две другие державы: Россия и Япония. Россия, несмотря на спад интереса к Южной Корее (она никак не является ее естественным союзником), все равно остается державой, с которой приходится считаться из-за ее энергетических проектов в регионе и в частности планов по строительству межкорейского газопровода. Этот момент приобретает особую значимость с учетом того, что Южная Корея находится в огромной зависимости от внешнего мира в энергетическом плане, потому что, как и Япония, не имеет собственных природных ресурсов. Что касается Японии, которая является для Кореи одновременно экономическим партнером и бывшим колонизатором, на отношениях все еще лежит печать недоверия, несмотря на потенциально схожие интересы в сфере безопасности.

Наконец, положение Южной Кореи во многом связано с изменениями в северокорейском режиме. В настоящий момент, несмотря на существующую напряженность, возобновление боевых действий представляется почти невозможным, как впрочем, и перспектива объединения страны. Потенциальное объединение поглотит все ресурсы Южной Кореи примерно на три десятка лет, что ощутимо приглушит ее блеск на международной арене, хотя территория Северной Кореи и богата редкоземельными элементами. Поэтому такая гипотеза сейчас маловероятна, хотя, как всем нам прекрасно известно, история любит преподносить сюрпризы.

Книга содержит в себе огромное множество интересных и разнообразных сведений, хотя читатель и может посетовать на недостаток информации о Корее до 1950 года, которая могла бы дополнить картину. Кроме того, она вносит вклад в рассмотрение оригинального и в некотором роде противоречивого понятия державы средней руки.