24 сентября 2014 года американский президент Барак Обама в своем выступлении на заседании Генеральной ассамблеи ООН сформулировал «главные мировые угрозы», к которым причислил российскую агрессию в Европе и жестокость террористов в Сирии и Ираке. Обама заявил, что Соединенные Штаты и их союзники будут поддерживать народ Украины, который развивает демократию, укрепят союзничество в рамках НАТО, выполнят свои обязательства по коллективной безопасности и «заставят заплатить Россию цену за агрессию».

Если в ООН Обама не просто упражнялся в риторике, то его выступление можно воспринимать как призыв к глобальной вражде с Россией. Американский политолог и экономист Пол Крейг о речи Обамы отозвался так: она «самая абсурдная, которую я слышал за всю мою жизнь». «Перед всем миром он рассказывает то, что, как всем известно, является наглой ложью. ... Самой возмутительной ложью, может, является то, что «российская агрессия в Европе напоминает дни, когда, преследуя территориальные амбиции, крупные нации растаптывали малые страны».

Речь американского президента лишь подтвердила, что Вашингтон реализует свою внешнюю политику в духе доктрины Вулфовица, которой он руководствуется с 1994 года, и согласно которой на США лежит обязанность воспрепятствовать любым попыткам любой враждебной страны в любой части мира создать государство, у которого было бы достаточно ресурсов для того, чтобы превратиться в мировую сверхдержаву. «Враждебной страной», таким образом, является любая держава, имеющая достаточно сил и влияния, чтобы ограничить власть Вашингтона. Доктрина Вулфовица подчеркивает, что «наша основная цель — предотвратить появление нового глобального соперника на постсоветском пространстве».

Обама подал России и Китаю ясный сигнал, что они могут стать частью американского «нового мирового порядка» (New World Order) при условии, что они безоговорочно признают гегемонию Соединенных Штатов и не будут вмешиваться ни в какие действия, предпринимаемые Вашингтоном. Отказ Москвы подчиниться НАТО в связи с Украиной, таким образом, сигнализирует о новой холодной войне.

Американский дипломат Кристофер В. Хилл заявил, что российская реакция на украинский кризис сигнализирует о том, что Москва предала «новый мировой порядок», частью которого была последние 25 лет. Хилл подчеркнул, что российская аннексия Крыма и «запугивающая» кампания против Киева положили конец историческому периоду, продолжавшемуся четверть века, и обвинил Москву в том, что она перешла на сторону «регрессии, рецидивизма и реваншизма».

Когда Обама заявляет, что Соединенные Штаты будут сотрудничать с Россией лишь в том случае, если она «сменит свой курс», это означает, что Москва должна признать приоритет американских интересов над собственными.

Обама дал понять Пекину, что Вашингтон будет диктовать свои условия в области китайских интересов в Тихоокеанском регионе и «укреплять там принципы мира, стабильности и свободной торговли», создавая военные базы от Филиппин до Вьетнама, чтобы контролировать и при необходимости блокировать поставки сырья и ресурсов в Китай.

Интеграционный поворот России в сторону Китая и Юго-Восточной Азии для США является аргументом для военной конфронтации. Если бы Россия осталась мировым источником минеральных богатств, а Китай — «мировой мастерской», и если бы и сырье, и товары реализовывались посредством Мировой торговой организации (ВТО) за доллары, то не был бы нанесен удар ни по нынешней модели мировой торговли, ни по доминирующему положению Соединенных Штатов. Российско-китайская интеграция, которая одной из своих целей ставит отказ от доллара в торговых взаиморасчетах, означает конец до сих пор функционировавшей системы мировой торговли и непосредственно угрожает интересам американского и британского финансового капитала, а также повышает риск глобальной конфронтации.

Интеграция России с Китаем — это долгосрочный процесс, который ускорило не только введение санкций против Москвы, но и попытки Соединенных Штатов получить контроль над Южно-Китайским морем. Россия является для Китая ожидаемым торговым партнером, в том числе в рамках китайского проекта нового Шелкового пути, который должен соединить Дальний Восток с Европой.

Внешняя политика Китая основана на принципе невмешательства в геополитические игры, которые не касаются КНР непосредственно. В свое время китайскому коммунистическому вождю Дэн Сяопину хватило всего 24 знаков, чтобы сформулировать внешнюю политику Пекина. К основным заветам относятся: «ждать в тени», «действовать незаметно», «никогда не претендовать на лидерство». В марте текущего года, в точности следуя этой политике, Китай проголосовал (а вернее, воздержался от голосования) в Совете безопасности и на Генеральной ассамблее ООН по вопросу «наказания» России за присоединение Крыма. Однако российская дипломатия оценивает этот шаг Китая позитивно. Российско-китайская интеграция основывается на чистом прагматизме обеих стран, которые уже давно развивают сотрудничество в рамках Шанхайской организации сотрудничества и БРИКС.