НАТО хочет усилить свою боеготовность и мобильность в Восточной Европе. Однако для этого альянсу не хватает денег и логистической инфраструктуры.

Когда в середине сентября главы генеральных штабов всех 28 стран-членов НАТО встретились в Вильнюсе, это должно было стать символом мощи альянса по отношению к России. Но результат встречи оказался отрезвляющим для участников альянса. Планы по созданию коллективных сил быстрого реагирования в соответствии с решением саммита, состоявшегося за пару недель до встречи военных, оказались нереалистичными. Пять тысяч человек, которые в течение 48 часов будут готовы к боевым действиям? Это невозможно, вынесли свой вердикт генералы. В таком случае солдатам нужно было бы «ночевать в униформе», сказал генерал Мартин Демпси (Martin Dempsey), глава Объединенного комитета начальников штабов США.

Специальная передовая группа сил НАТО (Very High Readiness Joint Task Force) может появиться не ранее 2016 года. А до того роль «пугала» для России должна будет играть своеобразная «легкая версия» этих сил. Этому вопросу будет посвящена встреча глав МИД стран НАТО на следующей неделе. По сути же, речь при этом пойдет об уже существующих силах быстрого реагирования НАТО (Nato Response Force, NRF).

Правила участия этих сил в боевых операциях были согласованы еще несколько лет назад — задолго до начала украинского кризиса, когда Россия считалась «партнером, готовым к миру». В течение 30 дней до 25 тысяч солдат должны быть готовы к переброске в любой регион мира вместе с тяжелым вооружением, в частности, с танками. Было проведено уже несколько маневров, но в настоящих боевых действиях этим силам участвовать не пришлось. 1 января командование силами быстрого реагирования, в соответствии с принципом ротации, перейдет к германо-нидерландскому корпусу. Его штаб, который состоит примерно из 400 солдат и гражданских сотрудников, располагается в городе Мюнстере (земля Северный Рейн-Вестфалия).

Теперь порядка пяти тысяч солдат сил быстрого реагирования должны составить новый временный «наконечник копья». О полной боеготовности в течение 48 часов речи больше не идет — срок увеличили до пяти дней. Но и это обещает военачальникам головную боль, причем именно немецким.

В первую очередь неясна ситуация с затратами. В настоящий момент в рамках НАТО действует принцип, согласно которому расходы несет страна, войска которой задействованы в конкретной операции. Американцы и канадцы стремятся переложить ответственность на европейцев, однако те в последние годы сокращали расходы на оборону и уже вплотную приблизились к лимиту своих возможностей. Поэтому крупнейшие европейские страны НАТО — Германия, Франция и Великобритания — активнее всех противятся тому, чтобы взваливать на себя дополнительную ношу.

Но без них ни о каких силах быстрого реагирования не может быть и речи, а ведь ротация, согласно договоренностям, должна осуществляться ежегодно. Это значит, что пока одна страна осуществляет командование силами быстрого реагирования, другая страна должна готовиться к тому, чтобы сменить ее в этой роли, а третья «отдыхает» после только что выполненной миссии. И если исходить из того, что речь идет именно о трех упомянутых странах, то получается, что они постоянно должны иметь в наличии силы быстрого реагирования. А это уже «задача для Геркулеса» в плане логистики и финансов, как выразился один генерал НАТО.

Кроме того, если «наконечник копья» рассчитывает в течение пяти дней быть готовым к боевым действиям в любой точке Европы, то этим силам придется озадачиться арендой дополнительного транспорта для переброски живой силы и техники, который должен находиться в их распоряжении практически в круглосуточном режиме. Однако одно лишь так называемое «учение по переброске» стоило порядка 25 миллионов евро. «Развертывание сил быстрого реагирования, возможно, будет символизировать решительность альянса», — говорит генерал НАТО. «Но на то, что эти силы будут реально задействованы, никто не рассчитывает».

Тем более, что классической военной агрессии России против какой-либо страны-члена НАТО сейчас ожидать не приходится. По данным спецслужб, Кремль не имеет соответствующих политических намерений, да и признаков подготовки вторжения на Украину с его стороны в настоящий момент не наблюдается. А те армейские соединения, которые стянуты к украинской границы, не могут даже занять так называемую Новороссию. Москва и без того не получила поддержки, на которую рассчитывала, сказал один высокопоставленный сотрудник спецслужб и уточнил, что население Донецкой и Луганской областей, находящихся под контролем сепаратистов, не испытывает никакого воодушевления по поводу возможного присоединения этих регионов к России.

В странах-членах НАТО тем временем все громче раздаются критические голоса по поводу работы альянса с общественностью. «Они передают в СМИ информацию, которая достоверна лишь на 50%», — пожаловался представитель одной из стран.

Так, ранее утверждалось, что в боях на востоке Украины на стороне сепаратистов якобы принимали участие порядка тысячи российских солдат. Потом главком НАТО в Европе Филип Бридлав (Philip Breedlove) сказал, что их всего лишь около 500. В начале позапрошлой недели он же говорил уже о «спецназе и регулярных войсках российской армии» на Украине, а через несколько дней уточнил, что это, главным образом, «инструкторы и советники», но не боевые подразделения.

Критика раздается и со стороны спецслужб стран НАТО. Их представители опровергают алармистские утверждения руководства НАТО последних недель о «повышенной активности российских ВВС в Европе». По данным спецслужб, в последние годы активность русских действительно «постоянно росла», но не более того. Воздушное пространство НАТО не нарушалось, потому что «русские ведь не дураки».