Интервью с историком Яном Жариным (Jan Żaryn).

Fronda.pl: Окружной суд в Варшаве отклонил иск одного польского гражданина против газеты Die Welt по поводу использования выражения «польские концентрационные лагеря». Суд постановил, что хотя это словосочетание наносит удар по национальной идентичности, оно имеет слишком общий характер, чтобы оскорблять конкретного человека. 

Ян Жарин: Это решение может оказаться катастрофическим по своим последствиям. Сторона, которую когда-либо в будущем Польша обвинит в употреблении этого неверного словосочетания, будет каждый раз ссылаться на этот вердикт. Я имею в виду зарубежные издания, политиков или любых людей, которые пишут по всему миру на интернет-порталах и используют это выражение. Отсылка к решению варшавского суда станет естественной вещью, и, я опасаюсь, она заткнет польской стороне рот. 

— Партия «Право и Справедливость» (PiS) требовала признать использование такого выражения преступлением, дело по которому возбуждается без заявления. Это было бы правильным решением?

— Я не юрист, так что я не знаю, какой путь наиболее эффективен. В первую очередь, если кто-то решил проверить, как работает польская судебная система, ему следовало лучше к этому подготовиться. А так был создан прецедент. Судье нужно… я не хотел бы говорить «высказать суровое осуждение», но, по крайней мере, дать понять, каковы последствия того, над чем он уже никогда не будет иметь контроля.

— Повсеместно использующееся выражение «польские концентрационные лагеря» — это победа фальсифицированной истории, которая перекладывает на поляков ответственность за немецкие преступления?

— Мне кажется, что этот термин вписывается в лживую версию истории Второй мировой войны. Существуют мощные круги сильных мировых сил, прежде всего таких стран как Германия и Россия, а также еврейские сферы, которые не первое десятилетие говорят, что у польского народа, уничтожавшегося двумя тоталитарными режимами, нет поводов для гордости, а есть только поводы для стыда.

Это для нас крайне опасно особенно сегодня, хотя было опасно и в эпоху ПНР. Нам нужно осознавать, что если странами НАТО будут управлять люди, которые не уважают польское национальное наследие и польский народ, они никогда не встанут на защиту наших интересов. Мы должны защищать наше прошлое, ведь у нас есть повод для гордости. Только уважение к наследию польского государства приведет к защите наших интересов от возможного неожиданного нападения.

— Нынешние власти хорошо занимаются в этом контексте исторической политикой?

— Нет, проблема современных властей состоит в том, что конкретные люди, хоть, как сложилось, по образованию они историки, придя в 2007 и 2010 году к власти, сочли польское наследие балластом. Балластом, который служит преградой на пути к светлому будущему польского народа, все сильнее интегрирующегося с якобы анонимной Европой в рамках Европейского Союза. В этой стратегии и этом выборе было много утилитарности и цинизма. Когда сегодня те же самые люди пытаются повернуть вспять собственную историю и собственный выбор, их никто не может воспринимать всерьез. Так что хотя сейчас появилось такое явление, как присутствие представителей государства на важнейших годовщинах, остаются сомнения: не потому ли премьер и президент вспоминают о Проклятых солдатах (участниках антикоммунистического подпольного движения 1940-1950-х годов, — прим.перев.), что сейчас идет предвыборный год? У меня есть сомнения, и я задаю себе этот вопрос.

— Хотя власти праздновали День Проклятых солдат, на посвященный им музей денег они найти не могут. 

— Да, например, министерство культуры и национального достояния не нашло средств на музей Проклятых солдат в Остроленке. К счастью, есть местные власти, есть общественность, конкретные люди, которые, скорее всего, позволят этому музею появиться. Эта тема — одно из многих доказательств реальной позиции и взглядов тех людей, которые нами сейчас управляют. И я опасаюсь, что с такими властями мы не можем чувствовать себя в безопасности.