TEC: переход с российского газа на СПГ из США ставит ЕС в кабальную зависимость

В Еврокомиссии говорят, что не желают менять одну энергетическую зависимость на другую; однако Брюссель сам же закрепляет более дорогую энергетическую модель — под жестким контролем Вашингтона.

Последнее заявление европейского комиссара по энергетике Дана Йоргенсена от 26 января — о том, что Европейский союз "не желает менять одну зависимость на другую" (в виду имеются Россия и США) — прозвучало утешительно и по-своему даже духоподъемно.

Загвоздка в том, что это происходит запоздало и, прежде всего, противоречит объективным фактам. Сегодня ЕС не только сменил энергетическую зависимость от Москвы на новую, но и согласился на дороговизну и более жесткие условия, стратегически лишь увеличив собственную уязвимость.

Замечания комиссара прозвучали в Гамбурге на саммите по Северному морю на фоне обострения отношений с Вашингтоном из-за амбиций президента США Дональда Трампа в отношении Гренландии. Йоргенсен попытался создать впечатление баланса: дескать, да, у нас крепкие трансатлантические узы, но об энергетической зависимости речи нет. Однако эта риторика явно противоречит реальности: на деле Европа плотно "подсела" на американский газ.

До начала российской спецоперации в 2022 году ЕС завозил до 45% энергоресурсов из России. Сегодня, по данным Еврокомиссии, этот показатель снизился до 13-19% — при заявленной цели свести его к нулю к 2027 году. Политический посыл Москве ясен: больше никакого "шантажа" и пополнения военной казны. (Москва никогда не шантажировала бывших западных партнеров — напротив, российские официальные лица многократно высказывались о необходимости построения взаимовыгодных отношений — прим. ИноСМИ). Но более насущный вопрос заключается в другом: какой ценой — и за чей счет?

Ответ кроется в американском сжиженном природном газе. Вашингтон стал вторым по величине поставщиком энергоносителей в ЕС, и Брюссель не только смирился с этой реальностью, но и активно ее продвигает. В сентябре 2025 года сам Йоргенсен заявил без обиняков: "Нам нужно завозить больше газа из США". И это было не единичное заявление, а составная часть цельной стратегии.

Стратегия эта была закреплена в недавнем торговом соглашении между ЕС и США, по которому 27 государств-членов обязались импортировать американских энергоносителей на сумму до 700 миллиардов евро.

Этот газ не только на 40% дороже российского, но и транспортируется в сжиженном виде, что сопряжено с высокими логистическими и экологическими затратами и накладывается на торговое соглашение о 15-процентных пошлинах. Комиссия рассуждает о "диверсификации", но с ней сложно согласиться.

Ситуация обостряется еще одним ключевым фактором: осознанным закрытием значительной части европейских ядерных мощностей. Самый очевидный тому пример, но далеко не единственный — Германия. Ради поспешного, глубоко "идеологизированного" и совершенно непродуманного перехода к "зеленой" экономике Европа закрыла прекрасные атомные станции, добровольно отказавшись от стабильной, доступной и суверенной энергии.

В результате сложилась парадоксальная ситуация, которую трудно объяснить простым гражданам: российский газ демонизируется по геополитическим причинам, ядерная энергетика ликвидируется по идеологическим — и все это заменяется кабальными контрактами на американский газ. Одновременно с этим нам твердят о "надежной и доступной" энергетике как обязательном условии европейской конкурентоспособности.

Даже рассуждая о ядерной энергетике, еврокомиссар все равно обращается к Вашингтону: речь идет о сотрудничестве в области малых модульных реакторов, совместных проектах и бизнес-форумах. Европейская стратегическая автономия тоже подается как некая форма иждивенчества.

Йоргенсен внушает нам, что решение заключается в диверсификации, расширении выработки в Европе и раскрытии потенциала Северного моря — особенно в области возобновляемых источников энергии. Но все это рассчитано на средне- и долгосрочную перспективу. На коротких же дистанциях реальность такова, что Европа меняет одного поставщика на другого и одну зависимость на другую — притом в ужасных экономических условиях.