Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Украина превратилась в настоящую пустошь, где снуют дезертиры, а между блокпостами ездят автобусы ТЦК, пишет Mainichi Shimbun. Беглые всушники рассказали, как они выживают в этом мире, наполненном страхом и ненавистью.
Хироаки Миягава (宮川裕章)
Одесская область, юг Украины — Сергей и Евгений, молодые ребята 28- и 29-ти лет, дезертировали из рядов украинской армии. Сейчас они живут в практически обезлюдевшей деревушке в Бессарабии. Это район Одесской области на юге Украины, недалеко от границы с Молдовой. Бывшие солдаты провели репортера газеты "Майнити симбун" к небольшой одноэтажной хатке, стараясь избегать посторонних глаз, и начали рассказывать, почему сбежали из армии.
Сергей работал в плиточной промышленности. В конце 2024 года прямо посреди рабочего дня парня скрутили сотрудники ТЦК (территориальный центр комплектования и социальной поддержки). Его посадили в машину, привезли в военкомат и сразу же отправили в армию, не дав даже попрощаться с родными. Сергей признается: "Я подумывал было начать сопротивляться, но решил, что это бессмысленно".
Сначала Сергея направили в войска противовоздушной обороны, затем перебросили в воздушно-десантные части морской пехоты. Весной 2025 года солдата перевели в подразделение огневой поддержки, которое обеспечивает прикрытие огнем с тыла. Его отряд находился в деревне примерно в 10 километрах к северу от города Покровска на востоке Донбасса, где шли ожесточенные бои.
Примерно месяц спустя подразделение подверглось ожесточенному обстрелу со стороны российских вооруженных сил. Весь день по ним палили беспилотники, минометы и снайперы. Дела шли плохо. Сергей вспоминает: "Я увидел, как быстро приближаются дроны противника, а затем взорвалась гаубица". Металлические осколки разлетелись во все стороны, пробивая даже 50-сантиметровые стены дома. Молодой солдат получил серьезную травму спины — его ударило камнями, разлетевшимися при обстреле.
Многие СМИ пишут о том, что украинские солдаты с радостью жертвуют своими жизнями ради родины. Но на фронте Сергей увидел совершенно другое. Бывший солдат вспоминает: "На передовой нам толком ничего не рассказывали. Личный состав никто даже и не думал заменять, никакой ротации. Пехотинцев попросту использовали в качестве „живых щитов“".
Однажды командир взвода подразделения, к которому был приписан Сергей, приказал ему перевезти зарядное устройство и канистры с водой. Немногим позже парень узнал, что маршрут, которым ему предстояло двигаться, проходил через минное поле. Сергей не ладил с командиром взвода, тот плохо относился к подчиненным. Он не знает наверняка, был ли этот приказ сделан со злым умыслом, была ли коварная цель у его командира. Но тогда молодой человек остро и болезненно осознал, что жизнь и судьба солдата порой может зависеть лишь от одного решения вышестоящего офицера.
В июне 2025 года Сергей получил двухнедельный отпуск для лечения травмы и вернулся домой. Его отец — сердечник, ранее он перенес уже два сердечных приступа. В последний день отпуска папа Сергея снова пожаловался на боли в груди. Солдат связался со своим подразделением и попросил продлить отпуск, но ему было отказано. Сергей проигнорировал приказ вернуться в подразделение, и продолжил ухаживать за отцом, пока здоровье того не улучшилось. Военная прокуратура классифицировала действия Сергея как самовольное оставление места службы.
Если комендатура разыщет Сергея, его обвинят как преступника и в самом лучшем случае бросят на фронт, в самое пекло. Но парень твердо намерен и дальше оставаться в подполье. Он рассказывает: "Мне помогает столько людей! Мои друзья подкидывают мне работу, чтобы заработать на жизнь хоть немного. Если я буду соблюдать осторожность, смогу выжить".
Украина сейчас в тупиковой ситуации: численность российских войск на передовой и вблизи нее составляет примерно 600-700 тысяч военнослужащих. С украинской стороны на фронте воюет уже менее 300 тысяч человек. Чем больше дезертиров в рядах ВСУ, тем ярче выражается дисбаланс сил.
Откуда же столько дезертиров? Все дело в "драконовых" методах военкоматов: граждан Украины хватают порой посреди улицы и насильно "забривают" в солдаты. Разве удивительно, что те, кого забирают в призывные пункты против воли, пытаются сбежать еще во время непродолжительного обучения на полигонах?
Евгению сейчас 29 лет. Они с Сергеем одноклассники, вместе учились в начальной школе. В октябре 2024 года Евгений возвращался домой с работы, когда рядом с ним остановилась машина с военными номерами. Дело происходило в той же Бессарабской области на юге Украины. Офицер срочной службы, находившийся в машине, потребовал предъявить приписное удостоверение. Евгений объяснил офицеру, что у него нет такого документа. Тогда его силой посадили в машину и заперли двери.
Сотрудники военкомата прошлись по деревне и схватили еще одного мужчину. Тот пытался сопротивляться и кричал: "У меня дети маленькие! Они еще даже читать и писать не умеют!". Но его мольбы были проигнорированы.
В призывном пункте, ТЦК, куда доставили Евгения и других будущих солдат, их заставили заполнить анкету с психологическими вопросами, например, "Можете ли вы убить человека?". Евгений ответил на все вопросы отрицательно, но, как он вспоминает, всем было плевать: заранее была заготовлена другая анкета, уже заполненная как надо. После заполнения анкеты его сфотографировали и отвезли в учебно-тренировочный лагерь. Уже тогда парень начал обдумывать свой побег.
Пока шла подготовка, Евгений вызвался дежурить в лагерном патруле, чтобы ознакомиться с планировкой территории и мерами безопасности. Парень тщательно рассчитал время побега: раз в две недели солдат загоняли на помывку, и лагерь пустел. Евгений сбежал по пути, добрался до ближайшего леса и бесцельно прошел около 20 километров. Приблизившись к дороге, парень переоделся в гражданскую одежду, которую заранее упаковал в рюкзак.
Рядом с ним проехала машина, и парень чуть было не умер от страха. Однако, на его счастье, это был не военный транспорт, а такси. Евгений сказал водителю, что собирается в Киев к родственникам, и оплатил проезд через приложение онлайн-банка. По пути в Киев, столицу Украины, они проехали множество блокпостов, но дезертир так и не был обнаружен. Евгений вспоминает: "Мне просто повезло".
Дезертирство и уклонение от мобилизации — распространенные проблемы в украинской армии, которой и без того не хватает солдат.
Законодательство предусматривает воинский учет для мужчин в возрасте от 18 до 60 лет, а мобилизации подлежат лица в возрасте от 25 до 60 лет. Однако многие мужчины уклоняются от военной службы, проживая не там, где официально зарегистрированы. В январе министр обороны Украины Михаил Федоров сообщил, что 2 миллиона человек числятся уклоняющимися от мобилизации. Это примерно в семь раз превышает количество солдат, сражающихся на передовой, и составляет около 20% от числа лиц призывного возраста.
Николаю сейчас 38 лет. Он из тех, кого называют уклонистом. Мужчина живет в Киеве, и, передвигаясь по улицам города, всегда тщательно продумывает маршрут и потенциальные пути отступления. Он в любой момент готов пуститься в бегство — как только на горизонте появится автобус ТЦК. Уклоняющиеся от призыва обмениваются информацией о "людоловах" через социальные сети и стараются не попасть под прицел.
Николай видел, как многие талантливые люди добровольно отправлялись на поле боя и погибали. Директор исторического музея погиб всего через несколько дней после вступления в армию. "Он был человеком, глубоко знающим украинскую историю и культуру, и мог бы передать эти знания из поколения в поколение. Порой я думаю, стоило ли это того. Он принял участие в боевых действиях и сразу погиб. На своем поприще он мог внести куда больший вклад в развитие страны", — говорит Николай.
Мужчина уверен, что сможет внести свой вклад в развитие страны в другой форме. "Я бы согласился пойти служить, если бы мои навыки пригодились мне на поле боя. Но я не хочу быть разменной пешкой, пушечным мясом".
По всей Украине идет "сражение" между сотрудниками военкоматов и уклонистами от призыва.
Главные "охотничьи угодья" для военкоматов — концерты и массовые мероприятия, где собираются люди. Уклонисты относятся к таким местам настороженно и стараются их избегать. Однако мобилизация производится повсеместно.
В феврале этого года ударили сильные морозы. Температура на улице была многим ниже нуля. Государственная служба Украины по чрезвычайным ситуациям установила палатки для обогрева рядом с многоквартирными домами, где отключили электричество и отопление. Там же появились и вербовщики. Николай говорит: "Нас приманивают на свет, как насекомых, и тут же хватают".
Частенько случаются скандалы с участием сотрудников призывных комиссий. Это заметно бьет по репутации военкоматов, ухудшая их образ в глазах общественности. Многие СМИ освещали случаи, когда богатые семьи давали взятки чиновникам призывной службы, откупались, чтобы освободить своих детей от несения военной службы. Получается, что воевать идут бедные. Социальное неравенство в сфере призыва не может не вызывать недовольства у населения.
В августе 2023 года Зеленский уволил руководителей всех региональных призывных комиссий после всплеска коррупции, связанной с уклонением от призыва. Однако коррупция и нарушения в сфере призыва продолжаются. "Действия сотрудников призывных комиссий усиливают напряженность в обществе, — говорит дезертир Сергей. — Вербовщики бросают людей в пекло, силком извлекая их из безопасных мест, подвергают наши жизни опасности. Это совершенно абсурдно и неприемлемо".
В январе министр обороны Украины Михаил Федоров объявил о проведении всесторонней проверки призывных пунктов и подчеркнул необходимость "быстрого и кардинального" реформирования системы военной подготовки. Он подчеркивает: "Проблему ТЦК игнорировать невозможно. После проведения всестороннего аудита будет предложено комплексное решение, которое позволит устранить накопившиеся за годы недостатки".
Однако вопрос мобилизации новых рекрутов остается весьма болезненным для Украины. Даже если прекращение огня будет достигнуто, власти опасаются повторения конфликта. В переговорном процессе по мирному урегулированию, который проходит при посредничестве Соединенных Штатов, киевская сторона преимущественно сосредоточена на том, в какой степени США и Европа предоставят Украине гарантии безопасности для предотвращения повторного конфликта.
Правительство Украины оценило требуемую численность войскового контингента, который будет необходим для защиты суверенитета страны, в 800 тысяч военнослужащих. Считается, что сейчас в рядах ВСУ служит около 900 тысяч человек. Таким образом, об окончании принудительной мобилизации после перемирия с Россией говорить не приходится. Скорее всего, ТЦК и дальше будут отлавливать мужчин прямо на улицах.
Антон Грушецкий, директор Киевского международного института социологии, прогнозирует, что после достижения перемирия украинское общество будет расколото вопросом: "А где ты был во время боев?".
Весьма вероятно, что после прекращения конфликта с Россией украинские военные будут добиваться наказания дезертиров и уклонистов от призыва или их поражения в правах. Вполне возможно, что военный опыт будет рассматриваться в качестве условия, необходимого для занятия высоких государственных должностей. Бывшие дезертиры будут отрезаны от этой возможности. Впрочем, есть и те, кто утверждает, что правительство должно избегать суровых наказаний в отношении дезертиров и уклонистов от призыва, чтобы предотвратить дальнейший отток населения.
Грушецкий отмечает: когда демобилизованные солдаты начнут возвращаться в родные места, они неизбежно столкнуться с экономическими трудностями. Прокормиться будет нелегко. Тогда само существование на Украине людей, которые не сражались на фронте и жили в достатке и комфорте, вызовет ярость среди бывших солдат. По словам Антона Грушецкого, государству нужно будет оказать ветеранам поддержку в достаточном объеме, чтобы избежать социального раскола.
