Welt: США и Китай поделили мир на изолированные технологические блоки

Это больше похоже на сюжет для новых конспирологических теорий: заговорщические круги, о существовании которых почти никто не знает, регулярные встречи, которые проходят во всех уголках мира, и технари, которые во время кофе-брейка принимают решения на сотни миллиардов долларов. На деле эти полутайные сообщества — движущая сила современной глобализированной экономики. Во многих международных структурах представители ведущих компаний договариваются о технических стандартах завтрашнего дня. Совсем недавно компании, например, Nokia, Ericsson, Huawei и Qualcomm в рамках консорциума 3GPP обсуждали, как смартфоны и "умные" гаджеты будут работать в будущем стандарте мобильной связи 6G.

Такие договоренности — невидимые скрепы мировой торговли. Благодаря им немецкий автомобиль может ездить в Шанхае, а американский чип могут использовать в Чехии. Но именно здесь проходит линия разлома мировой экономики. "Система испытывает давление", — считает Антония Хмайди из немецкого Института изучения Китая имени Герхарда Меркатора (MERICS). Она и другие эксперты предупреждают: мир рискует распасться на отдельные техносферы, и этот процесс уже начался.

В основе этих перемен лежит соперничество Китая и США. Теперь Пекин еще сильнее ускорил свой экономический рост. Пятнадцатый пятилетний план, который руководство в Пекине утвердило несколько дней назад, трактуется как промышленно-политический вызов: квантовые вычисления, термоядерная энергетика, ИИ, мобильные сети 6G — во всех этих направлениях Китай намерен стать мировым лидером. Термин "искусственный интеллект" встречается в программном документе более 50 раз. Собственные технологии должны стать страховкой от американского давления и укрепить экономическую мощь Поднебесной. Экспортные ограничения Вашингтона на высокоэффективные чипы и оборудование для производства полупроводников лишь укрепили Пекин в давно выбранной стратегии.

Ключевую роль здесь играют стандарты для внутреннего рынка. Механизм обычно один и тот же: сначала Пекин развивает отечественные решения, затем продавливает стандарт, который фактически делает их использование обязательным, и вытесняет зарубежные альтернативы. Западную продукцию при этом формально не запрещают, но она становится не нужна. В итоге возникает автономная техносфера, в которой давление США структурно теряет эффективность.

Вещи, которые на первый взгляд звучат абстрактно, быстро становятся наглядными. В начале 2010-х купленные в Германии телефоны с 4G в Китае попросту не работали: там использовались другие частоты. Кто хотел оставаться на связи, был вынужден покупать второй аппарат. "Если странам и компаниям все труднее договариваться об общих технологических стандартах, мир распадается на блоки", — говорит Хмайди. Такое трение, по ее словам, может очень быстро усугубиться.

Распад на технологические блоки уже заметен. Экспортные ограничения, санкционные списки и новые законы в сфере технологий по обе стороны разрывают глобальные рынки и цепочки создания стоимости. В США китайские компоненты в сетях связи давно находятся под запретом, а в критически важных сферах запрещены и дроны из Китая. Вашингтон вносит китайские компании в черные списки, Пекин отвечает собственными перечнями, ужесточает экспортный контроль за редкоземельными металлами и заставляет компании хранить данные в Китае. Немецкие фирмы оказываются между двух огней. "Европе грозит участь оказаться перемолотой двумя блоками", — предупреждает Хмайди.

Разделение уже дорого обходится. Европейские компании все чаще выпускают продукты "в двух экземплярах": одну версию — для Китая, другую — для остального мира. Процессы, которые в сфере компьютерного софта и ИИ-приложений давно стали повседневностью, рискуют проникнуть гораздо глубже — в саму цепочку создания стоимости. Кто-то выстраивает параллельные каналы поставок и готовит собственные исследовательские структуры внутри Китая. Так, Volkswagen, разрабатывая программное обеспечение для автомобилей в Китае, работает с другими партнерами, нежели в США: данные между технологическими блоками больше не циркулируют свободно. "Мы уже видим первые признаки этого", — говорит Хмайди. Если различия будут проявляться не только в правовом регулировании, но и в технологиях, издержки резко вырастут.

Как и во времена холодной войны, вновь формируются технические зоны влияния. В то время телевидение в США, в восточном блоке и в Европе работало по разным стандартам: три рынка, три мира продуктов. Казалось, интернет положил конец этой сегрегации. Но технологическая глобализация на деле куда более хрупкая, чем это кажется в Германии: Google и Instagram* в России и Китае заблокированы или замедлены, а TikTok в индийском интернете вообще не существует.

Китай вступает в борьбу за новые зоны влияния с очевидным преимуществом по издержкам. Компания Huawei сегодня строит сети мобильной связи практически во всех странах с развивающейся экономикой и при этом не ограничивается поставками оборудования: компания берет на себя обслуживание и эксплуатацию, направляя туда собственный персонал. Для государств, которым не хватает квалифицированных специалистов, это особенно привлекательно. "Западные компании долго недооценивали этот аспект", — говорит Антония Хмайди. Тем временем Китай создает реальные прецеденты на местах и формирует долгосрочные зависимости. В нескольких африканских странах специалисты Huawei помогали властям организовывать слежку за оппозиционерами (официальные лица Китая отвергают обвинения США в слежке и шпионаже и считают это попыткой уничтожить сильного конкурента для американской продукции — прим. ИноСМИ). На мероприятиях в Кейптауне и других городах компания показывала полицейским ведомствам и представителям правительства технические решения для видеонаблюдения.

Ситуацию усугубляет растущий разрыв между США и ЕС. Две трети европейской облачной инфраструктуры работают на платформах американских провайдеров. Администрация Дональда Трампа все чаще увязывает торговые конфликты с вопросами безопасности и технологий и дает понять, что при необходимости готова использовать зависимости в цифровой среде в политических целях. В Европе обсуждают, может ли Вашингтон активировать у истребителей F-35 условный дистанционный "аварийный выключатель". Президент Microsoft Брэд Смит отреагировал обещанием сохранять работу облачных сервисов в Европе, даже в случае распоряжения американских властей.

Если эта динамика сохранится, из точечных мер защиты шаг за шагом могут вырасти раздельные технологические экосистемы. Пока трансатлантический раскол скорее политический, чем отчетливо технологический. Но давление усиливается.

Важно и другое: Европа почти не в состоянии повлиять на саму траекторию развития этих процессов. "Мир уже распадается на три технологические сферы — это совершенно очевидно", — говорит Марго Шюллер из Гамбургского университета. Однако компании все же могут адаптироваться. Руководителям прежде всего нужно понимать, из чего состоят их собственные продукты и системы. Когда администрация Джо Байдена попыталась вытеснить китайские технологии из автомобилей американцев, многие европейские автопроизводители попросту не знали, где именно в их машинах используются китайские компоненты. Не понимая этого, невозможно действовать.

Кроме того, компании могут целенаправленно опираться на технологии с открытым исходным кодом, сокращая зависимость от отдельных поставщиков и регионов. Сам Китай последовательно развивал именно этот путь: компания Alibaba опиралась на решения на базе ОС Linux, Huawei — на Android, и постепенно обе компании развили независимые системы. Параллельно Европе нужна разумная промышленная политика, которая адресно укрепляет ключевые технологические сферы и исследования, остается открытой для международного сотрудничества и при этом избегает соблазна вливать миллиарды в сверхсубсидируемые отрасли, как это недавно случилось с провалившимися проектами заводов по выпуску чипов и аккумуляторов.

"Фрагментация технологий и стандартов означает, что немецким компаниям придется присутствовать во всех трех блоках", — говорит Шюллер. Это включает и участие в международных обсуждениях, особенно когда речь идет о единых стандартах. Китай здесь действует на опережение. Недавно министерство промышленности в Пекине ввело национальные стандарты для человекоподобных роботов, создав основу для массового производства. На международном уровне Китай оказывается далеко впереди. "У страны есть шанс так сильно повлиять на международные стандарты для человекоподобных роботов, чтобы они соответствовали лишь собственным продуктам", — отмечает Шюллер.

Руководство в Пекине действует стратегически. В эпоху мобильной связи третьего и четвертого поколений Китай просто устанавливал собственные стандарты для внутреннего рынка. С 5G, нынешней системой связи, тактика изменилась: китайские компании выступали на международных площадках единым фронтом, с заранее согласованной позицией, тогда как инженеры Nokia, Ericsson и других европейских компаний предлагали каждый свое, как это в принципе соответствует духу переговоров.

Это дало Китаю структурное преимущество. На этой неделе технари в Фукуоке обсуждали стандарты 6G: приоритизацию пакетов данных, управление помехами, оптимизированные ИИ частотные диапазоны. Ужасающе сухие технические детали. Но то, как именно будут устроены такие переговоры в будущем, предрешит и то, насколько тесно окажется связан мир завтра. И кто будет писать правила, по которым он работает.