The Hill: США рискуют проиграть даже при военном превосходстве

В классическом противостоянии сильного и слабого — или превосходящей и уступающей военной мощи — история далеко не всегда отдает предпочтение сильному.

Неважно, был ли Давид действительно сильнее гиганта Голиафа или же ему просто улыбнулась удача, исход их поединка отразился на всей истории. США после Второй мировой войны слишком часто становились Голиафом, которого срамили весьма ничтожные Давиды.

Если библейский Давид победил единственным метким выстрелом в голову, то его современные коллеги выигрывают, просто не проигрывая. Два ведущих примера — Вьетнам и Афганистан. Третий — Ирак после 2003 года. Во всех этих случаях американские военные исправно выигрывали каждое сражение. Но всякий раз США терпели поражение — при огромных потерях в живой силе, технике и материальных ценностях для всех участников конфликта.

Путь к краху во Вьетнаме начался с так называемой "теории домино" и ее причины и следствия — тесно спаянной коммунистической угрозы, исходящей из Москвы и Пекина. Для тех, кто, возможно, уже не помнит или не знает вовсе, это понятие восходит к администрации Эйзенхауэра, когда в 1954 году французский Индокитай был разделен на Север и Юг после катастрофического поражения Франции при Дьенбьенфу. Суть заключалась в том, что если хотя бы одна страна в Юго-Восточной Азии падет под натиском коммунизма, то остальные рухнут следом, словно выстроенные в ряд костяшки домино.

В ноябре 1963 года был убит президент Джон Кеннеди, и вступивший в должность главнокомандующего во время войны во Вьетнаме Линдон Джонсон заявил, что, "если мы не остановим коммунистов на Меконге, нам придется сражаться с ними на Миссисипи".

Безнадежно уступая противнику по вооружению, какую стратегию мог избрать Северный Вьетнам? Лишь одну: победить, не проиграв. Пусть полем боя станут гостиные американцев, которым со временем надоест беспрестанно смотреть по телевизору, как их соотечественники возвращаются домой в гробах и как Вьетнам рушится под шквалом бомб и огневой мощью США.

Это не только сработало, но и стреножило американского лидера, вынудив его отказаться от переизбрания. Наконец, в 1975 году последние американцы покинули Сайгон, что ознаменовало окончательное поражение.

Ситуация повторилась и в Афганистане. Через несколько недель после начала операции "Несокрушимая свобода" в конце 2001 года талибы полностью отступили. Однако два десятилетия спустя, как и во Вьетнаме, США ушли. И снова победил тот, кто всего лишь не проиграл.

В Ираке все было немного иначе. США устроили вторжение, исходя из того, что у Ирака имеется оружие массового уничтожения. Кроме того, президент Джордж Буш — младший руководствовался еще и утопическими соображениями. Буш полагал, что после установления демократии в Ираке за ним последует весь Ближний Восток, включая Саудовскую Аравию. Вторым плюсом было то, что это гарантирует безопасность Израиля. Но Буш проиграл просто потому, что другая сторона и не прониклась сладкозвучной песнью демократии и просто избежала поражения.

Вопрос сегодняшнего дня в том, как закончится война в Иране. Афганистан завершился катастрофой из-за неуклонного расползания миссии. Необходимость предать правосудию Усаму бен Ладена сменилась тщетными попытками привнести демократию в родоплеменное общество. Ирак кончился провалом, потому что само обоснование войны — оружие массового уничтожения и демократизация — оказались фатально ошибочными. Война в Иране страдает от аналогичных просчетов. Первым стала ложь о том, что Иран близок к созданию ядерного оружия и ракет большой дальности, которые могут достичь территории США.

Этот страх оковал не только администрацию Трампа. Двенадцать лет администрацию Обамы-Байдена тоже тревожили ядерные возможности Ирана. Но президент Барак Обама смог заключить соглашение, которое перекрыло Ирану этот путь. Трамп его аннулировал, но совместно с Израилем якобы "уничтожил" ядерный потенциал Ирана в ходе рейда "Полуночный молот" в июне 2025 года.

Сегодня, за пять недель войны, США и Израиль практически уничтожили слабые военно-воздушные силы и флот Ирана и, в некоторой степени, его ракетный и беспилотный потенциал. У Ирана же иная мера успеха. Это не потопленные корабли и сбитые самолеты, а стоимость галлона бензина и средние показатели Dow Jones и NASDAQ.

Даже если Трамп "вбомбит Иран обратно в каменный век", как США проделали с Северным Вьетнамом, кто победит?

Предсказать, чем это закончится, невозможно. Но если у истории есть право голоса, Трампу стоит начать волноваться. Очень часто побеждает тот, кто всего лишь не проиграл.

Харлан Ульман — доктор философии, обозреватель информационного агентства United Press International (UPI), старший советник Атлантического совета, председатель правления двух компаний и главный автор доктрины "Шока и трепета". Соавтор готовящейся к выходу книги о о предотвращении стратегической катастрофы вместе с бывшим министром обороны Великобритании Дэвидом Ричардсом