МОСКВА — Если предназначением главы Азербайджана Ильгама Алиева является освободить его экспортирующую нефть страну из тисков экономического кризиса, ему придется продемонстрировать такую решимость, какой отпрыск привилегированного семейства не проявлял за 13 лет у власти, унаследованной от отца-президента.

Алиев, которому 54, столкнулся с сильнейшим кризисом за свое правление вслед за падением мировых цен на нефть, которое на треть обесценило национальную валюту, манат, привело к резкому торможению экономики и вывело на улицы тысячи недовольных.

Люди, знакомые с Алиевым-младшим, отзываются о нем как о компетентном администраторе, который предпринимает важные шаги для обуздания кризиса.

Но некоторые наблюдатели говорят, что это не более чем латание дыр, и что призыв к долгосрочному решению — реальным реформам экономики — глохнет в аппаратном хоре высокопоставленных советников и министров, доставшихся Алиеву вместе с отцовским президентством, и что он не проявляет охоты отделаться от них.

Глава правительства Артур Расизаде сидит в премьерском кресле с 1998 года, когда президентом был Гейдар Алиев. Влиятельный глава президентской администрации, 77-летний Рамиз Мехтиев занял пост еще раньше, в 1995-м.

Бывший посол Норвегии в Азербайджане Стейнар Гил сказал в ответ на вопрос, считает ли он Ильгама Алиева способным осуществить подлинные перемены:

«Я в этом сомневаюсь. Если бы он действительно хотел этого, зачем держать всю эту старую гвардию?»

«Этот режим находится в состоянии заморозки», — сказал Гил, чья страна в лице энергокомпании Statoil является одним из крупнейших инвесторов в Азербайджане.

Способность прикаспийской постсоветской республики пережить шторм, вызванный низкими нефтяными ценами, может дать больше пищи для размышлений на тему того, сумеют ли другие нефтеэкспортеры, от России до Алжира и Нигерии, выжить в кризис, не погрузившись в хаос.

ДИНАСТИЯ

Ильгам Алиев провел большую часть жизни в тени отца, который, будучи выходцем из бедных слоев, в советские времена сделал карьеру в качестве функционера коммунистической партии, возглавлял отделение КГБ в Азербайджане, а затем и всю советскую республику и стал членом Политбюро ЦК КПСС, правящей верхушки СССР. После распада советской империи Алиев-старший, после двухлетней паузы, вернулся к власти благодаря безоговорочной победе на выборах: соотечественники увидели в нем спасителя пережившей хаос, насилие и падение уровня жизни постсоветской страны. В середине 1990-х Азербайджан постепенно начал трансформироваться в процветающую петрократию.

Алиев-младший, как и многие дети партбоссов в СССР, учился в Московском институте международных отношений, а затем и преподавал в нем.

С возвращением отца к власти в 1993-м он был назначен на высокий пост в государственной нефтяной компании и возглавил Национальный олимпийский комитет, набирая опыт руководства перед тем, как пересесть в кресло главного в стране.

Однако люди в правительственных кругах говорят, что Алиев испытывал раздвоенные чувства относительно роли, к которой его готовили.

Один из тех, кто работал на правящий истеблишмент во времена, когда власть в стране постепенно передавалась в руки Алиева-младшего, говорил, что последнему недостает родительской харизмы.

«Ильгам чудесный человек, но не самый большой политик», — отзывался тогда о нем этот источник.

ШАНС НА ПЕРЕМЕНЫ?

В последние годы правления Гейдар Алиев поставил подпись на сделках с такими компаниями как BP и Statoil, разрешив добывать нефть в азербайджанском секторе Каспия.

Во многом благодаря этим нефтяным сделкам и порожденным ими доходам от экспорта экономика Азербайджана сохраняла устойчивость с тех пор, как в 2003-м Алиев был избран президентом, за два месяца до кончины отца.

В первые годы после этого добыча нефти обеспечила Азербайджану самые быстрые в мире темпы роста ВВП, так что замедление стало шоком.

За годы нефтяного бума Баку оброс небоскребами, в том числе в причудливой форме языков пламени, кварталами элитного жилья и дорогих отелей. В то же время многие жители 9,5-миллионной страны по-прежнему живут в бедности. Полиция применяла слезоточивый газ, водометы и дубинки для разгона уличных демонстраций.

Мэттью Бриза, посол США в Азербайджане до 2012 года, сказал, что Ильгам Алиев и его уважаемый министр финансов Самир Шарифов приняли ряд важных решений.

В государственном нефтяном фонде скопилось $34 миллиарда нефтедолларов, которые выступают подушкой безопасности для экономики; центральный банк прекратил попытки поддержать на плаву манат, а в бюджет страны внесены правки исходя из более реалистичных ожиданий цены нефти.

«Что препятствует плавному переходу,.. это отсутствие достаточных макроэкономических реформ. Некоторые имеют место, но наблюдается дефицит диверсификации экономического роста и налоговой дисциплины. Это плохая новость», — сказал Бриза.

«Хорошая же новость состоит в том, что те, кто выступают за реформы, сегодня получают шанс. Открывается некоторое пространство для маневра финансового и экономического министерств, а также прочих, для продвижения реформ».

Однако бывший норвежский посол Гил говорит, что слышал обещания подлинных экономических преобразований еще когда президентом был Алиев-старший.

«Это было и остается разговорами», — сказал он.

«Я уверен, что Ильгам Алиев понимает: нужно что-то делать. Но я не думаю, что он действительно способен на это».