Сложная экономическая ситуация, в которой оказался Азербайджан, широко обсуждается в правящих кругах и независимыми экспертами. Не остается в стороне от этого процесса и широкая общественность, наоборот, она проявляет особую активность. К сожалению, часто люди не могут найти ответы на насущные вопросы, что приводит к недоумениям, которые иногда выливаются в недовольство отдельных групп. Все это диктует необходимость более тщательного анализа создавшейся ситуации и поиска наименее болезненных путей выхода из кризиса.

С этой целью аналитическая группа Haqqin.az подготовила серию публикаций, которые и предлагаются вниманию читателей.

Ильхам Алиев оживил работу правительства


Мы все являемся свидетелями того оживления, которое наблюдается в последнее время в работе азербайджанского правительства. Учитывая то, что данный процесс происходит на фоне совещаний, в ходе которых президент Ильхам Алиев высказывает свое отношение к сложившейся в стране экономической ситуации и дает указания, направленные на ее оздоровление, нетрудно понять, откуда исходит инициатива. Правда, эта инициатива ранее как-то не совсем воспринималась некоторыми министрами, однако сегодня они, думается, осознали, что от них требуется. И если раньше глава государства тянул груз осуществляемых реформ один, то теперь к этому кажется подключаются и члены его команды.

Выступления членов правительства на недавнем заседании Милли Меджлиса стали более раскованными, в них чувствовалось больше убедительности и оптимизма. По правде говоря, авторы этих строк также настроены оптимистично.

Мы прекрасно понимаем, что выход страны из создавшейся сложной экономической ситуации потребует какой-то отрезок времени. Но все дело как раз в сути этого отрезка — в этом заключается главный вопрос. Точнее, в том, какой именно отрезок времени нам оставила судьба для выхода из ситуации — месяц, полгода, год или 2 года? И еще: не менее важен другой вопрос — ценой каких потерь предстоит нам это сделать?

Сразу отметим, что в создавшейся ситуации самым оптимистичным для правительства вариантом, конечно же, был бы рост цен на нефть: так, чтобы в течение 3-4 месяцев они вновь поднялись до уровня 100 долларов за баррель. Это сделало бы возможным решение всех проблем в один миг. На такой вариант, честно говоря, рассчитывали многие, но только в начале кризиса. Некоторые и сегодня еще не потеряли надежду. Люди всегда надеются на тот самый вариант, который не потребует от них особых усилий и потерь.

Но легкий вариант часто бывает иллюзорным, его трудно реализовать. И цены на нефть, как видно из сложившейся ситуации на глобальном рынке, не собираются резко рвануть вверх. Кроме того, мы считаем перспективу реализацию такого сценария, да простит нас читатель, пессимистическим вариантом. И вот почему.

Сегодня в стране ускоренными темпами идут реформы в экономической сфере, которые обещают в определенном времени избавить нас от нефтяной зависимости или другой какой-то одной сферы. А чрезмерно благополучное развитие ситуации с ценами на нефть сведет все эти усилия на нет. Высокие цены на «черное золото» ныне многие чиновники разных мастей видят во сне, ибо они нужны, чтобы застопорить начатые реформы, вновь вернуться к старой жизни — привычной нефтезависимой. Мы не раз бывали свидетелями того, как хорошо умеют извращать все передовые начинания наши чиновники, быстро переделав их на свой лад.

Может быть, наш шанс в том и заключается, что вероятность исполнения чиновнического желания «пусть само собой все рассосется!» в ближайшей перспективе кажется практически нулевой — слишком уж глубоко проник в нашу жизнь кризис. Именно это заставляет нас столь же глубоко задуматься — как выйти из сложившейся ситуации с наименьшими потерями!? Главный вопрос: как заново построить свою экономику, чтобы суметь прогнозировать вероятность повторного влияния на нее в будущем внешних факторов и свести до минимального уровня возможность их негативного влияния.

Но в начале постараемся ответить на один вопрос: почему мы оказались в столь трудном положении? Первое, что может прийти в голову даже не специалисту — далеко отошли от реальности, уверовав в крупные и нескончаемые потоки нефтяных денег. Правильно! Тем самым мы позволили нефтедолларам играть в экономике роль сильного катализатора, раздуть ее. На деле же все должно быть иначе. Нельзя было терять чувство реальности.

Надо было сделать так, чтобы эти же нефтедоллары сыграли в нашей экономике роль мультипликатора, улучшили не только ее количественные, но и качественные показатели. И если мы согласимся с таким ответом, то должны признать, что ответственность за такое развитие событий должны разделять многие. Следовательно, надо мобилизовать всю умственную энергию и утвердиться во мнении, что в наследство будущим поколениям надо оставлять не просто нефтедоллары, а созданную нами надежно работающую экономику.

Плохая экономика — неисправная машина

Представим себе, что мы изобрели машину, но при пробном ее обкате выяснилось, что кроме газовой педали, все остальные механизмы управления неисправны. И вот эти самые неисправные механизмы и можно сравнить с возможностями Центробанка по воздействию на ситуацию. Но при скорости 150 км/час (скорость взята условно из того расчета, что максимальная стоимость нашей нефти составляла 149,6 долларов за баррель) — мы неожиданно видим впереди препятствие, до которого кажется еще далеко. Поэтому мы продолжаем свой путь, лишь сняв ногу с газовой педали. Но тут же, поняв свою ошибку, начинаем нервно нажимать на тормоз, тянем на себя ручной.

Не получив должного результата, начинаем менять скорость, но тщетно. Правда, скорость все же постепенно уменьшается, так как на газ мы перестали нажимать, но авария неизбежна. Есть ли в этом вина водителя, то есть, в нашем случае ЦБА? И только ли он виновен? Изобретали-то все вместе, а водитель только рискнул сесть за руль. Конечно, свалить всю вину на водителя легко, но такой подход не позволит верно оценить ситуацию и выйти из нее с наименьшим ущербом.

А теперь постараемся спроецировать это сравнение на Россию, Казахстан, Беларусь и Украину. Почему именно на эти страны? А потому что все эти страны, как мы не раз уже отмечали, вышли из одной советской шинели, что и делает схожими их экономические модели. И несмотря на то, что Беларусь и Украина являются импортерами нефти, а Россия и Казахстан — экспортерами, проблемы в них схожие. Да и в Азербайджане они не очень-то отличаются. Именно эти страны вошли по итогам прошлого года в первую пятерку МВФ по СНГ при оценке ВВП на душу населения, рассчитанной по паритету покупательной способности. По этой причине, кстати, мы и в будущем будем сравнивать экономические показатели Азербайджана именно с этими странами.

В данном же случае ситуация, в которой все эти страны оказались сегодня, можно назвать лишь одной оценкой — кризис, и он не зависит от наличия или отсутствия в стране нефти. Что экспортеры нефти (Россия, Казахстан и Азербайджан), что импортеры (Украина и Беларусь) испытывают одинаковые трудности. Возможно, механизмы управления созданных названными выше странами механизмов и работают лучше наших, но они тоже попали в кризисную ситуацию.

В нашем случае машины двигаются лишь по рельсам созданной нами же экономической модели. И как результат, все экономические машины попадают в аварию. Только не думайте, что их машины попадают в аварию меньше наших!

И теперь этим правительствам надо думать, как восстановить разбитую экономику в соответствии с новыми реалиями, поставить экономику на разветвленные рельсы и привести ее в нормальное движение. Да, изменения в общем экономическом механизме нужны, чтобы предотвратить его от новых поломок, а возможное воздействие новых препятствий свести лишь к той турбулентности, которую вероятные препятствия могут создать.

Пора научиться управлять экономикой, потому что нефть капризничает не впервые, нанося ущерб национальным экономикам многих стран. Причем цена нефти изменяется не только под воздействием объективных факторов. С каждым разом все это больше происходит под влиянием субъективных причин. И если до последнего кризиса нефть использовалась как важный геополитический инструмент, то теперь она превращается и в мощный геоэкономический инструмент.

Ситуация настолько осложнилась, что уже не подвергается даже приблизительному прогнозированию. Даже такая авторитетная организация, как Международный валютный фонд (МВФ), в течение года не раз меняла свои прогнозные показатели как по мировой экономике в целом, так и по национальным экономикам в отдельности. Но и новые его прогнозы вовсе не всегда увязываются с фактическими показателями отдельных стран. А тесная интеграция национальных экономик в глобальную экономическую систему ограничивает их воздействие и возможность принятия ими гибких мер.

Нефть всему голова

И тон во всем задает нефть. Да, хотя для Азербайджана сегодня нефть уже не играет приоритетной роли, в глобальном масштабе «черное золото» продолжает диктовать свои правила на рынке. Сегодня многие эксперты буквально зациклились на нефти, что легко объяснить. Ведь, как уже говорилось выше, цены на нефть влияют на все сферы глобальной экономики, что отражается и на социальных проблемах общества. И именно она чаще других приводит к потрясениям глобальную экономику, что хорошо учитывают политики и разного рода спекулянты, играя на рост или понижение этих цен.

В 40-летней истории ОПЕК нынешний кризис — уже четвертый по счету. Но так далеко остальные не заходили. К примеру, первый кризис в 1985-1986 гг. продолжался лишь 82 дня, второй (1990-1991) — 71 день, третий (2008-2009) — 113 дней. А нынешний кризис, начавшийся в октябре 2014 года и продолжающийся по сей день, затянулся уже на 580 дней, но «дна» его все еще не видно. Можно, конечно, призвать на помощь всю свою логику, чтобы определить монетарный уровень этого «дна». Оно может опуститься до уровня 25 или 24 долларов за баррель, или, на худой конец, до себестоимости самой дешевой нефти. Но от такого негативного сценария, согласитесь, пахнет войной. Кто мог прогнозировать, что после снижения цен на нефть после первого кризиса на 66%, второго — на 48% и после третьего — на 77%, последний кризис приведет к обвалу на 350%?

Вообще, последний кризис поставил все с ног на голову. Так, ожидалось, что подешевевшая в кризисный период нефть положительно повлияет на экономику развивающихся стран, однако эти ожидания «оправдались» с точностью до наоборот. Сегодня на нефтяном рынке, как и в период первого кризиса, все нефтедобывающие страны во главе с ОПЕК вместо удержания целевых цен настроены повышать производство, стараясь удержать свою долю на рынке. А это еще больше углубляет процесс игры на понижение.

Так, американские нефтекомпании работают на минус, продавая свою нефть ниже себестоимости. По некоторым сведениям, потери американских компаний приближаются уже к 2 млрд. долларов в неделю. Такой ход событий может привести к снижению добычи в США сланцевой нефти и инвестированию американцами иранской нефтяной отрасли, чем Вашингтон опять-таки добьется повышения выставленного на мировой рынок объема нефти. И хотя таким образом США понизят свою роль, но зато смогут удержать нефтяные цены на низком уровне.  

Наряду с этим Вашингтон имеет в запасе и такой козырь, как учетную ставку ФРС. Не секрет, что повышение учетной ставки будет способствовать удержанию нефтяных цен на низком уровне. Такой разворот событий может обернуться страшным ударом, скажем, по России. При этом продажа нефти для России из источника дохода и движения капитала может превратиться лишь в источник движения капитала. Но выдержит ли экономика страны такую перемену?

В принципе, спад темпов развития мировой экономики диктует необходимость снижения темпов роста потребности в нефти. Уже несколько лет на нефтяном рынке ежедневное предложение нефти превышает спрос на миллион и более баррелей. Логика подсказывает, что в таком случае нефтепроизводители должны снизить добычу, чтобы сбалансировать рынок, повысить цены, как это было в период третьего кризиса. Но какая-то невидимая сила этого не допускает. Словно всех игроков загнали в одну игру.

Снижение на фоне этих событий темпов развития китайской экономики, резкий спад на фондовом рынке этой страны и воздействие этого спада на другие фондовые рынки еще больше расшатали надежды на нефтяные перспективы. И остался только один рациональный путь выхода из создавшейся негативной ситуации. Это — возможность регулирования нефтяных цен в какой-то перспективе. Нужно найти такую формулу, при которой цена ее была в равной степени приемлемой как для импортеров, так и для экспортеров. Когда нефть была дорогой, отмечалось, что эта цена должна быть на уровне 70-80 долларов. Теперь, когда «черное золото» подешевело до минимального уровня, производители и эксперты тоже говорят о такой же цене, как о самой оптимальной.  

Отметим, что в 2014 году траектории спада цен на нефть и укрепления доллара пересекались именно в пределах этих цен. Значит, этот ценовой коридор и является тем уровнем, которого надо было придерживаться всем. И непонятно, почему нефтепроизводители вместо проявления солидарности в реализации такого сценария поступили наоборот. Видимо, опять невидимая сила сделала свое дело. И этой невидимой силе, кажется, потребуется еще некоторое время для полного удовлетворения своих геоэкономических и геополитических интересов.

Но в то же время возможно, что «черное золото», избавившись уже от опеки со стороны ОПЕК, становится настоящим биржевым товаром, где рыночная цена формируется на основе спроса и предложения — без всякого вмешательства и регулирования. Тогда зачем нужна ОПЕК, которая производит всего лишь треть мировой нефти, если она наносит одновременно огромный ущерб глобальной экономике, да и экономике стран-членов этой организации.

Кстати, Азербайджан  изначально относился к ОПЕК настороженно. Во-первых, это было связано с относительно небольшими объемами добычи, что не позволяло ему играть в этой организации значимую роль. Во-вторых, даже более крупные нефтедобывающие страны, скажем, как Россия, оставаясь вне этой организации, ведут свою независимую рыночную политику, стараясь как можно меньше зависеть от капризов ангажированного картеля. И как показывает жизнь, Баку сделал верный выбор. Он сохраняет свой имидж без оглядки по сторонам.

Призыв к дискуссии

Почему надо так подробно останавливаться на сложности этого процесса? Нет, мы далеки от желания выставить на обозрение недостатки или безошибочность своего правительства. Хочется лишь показать, как реальная ситуация может влиять на жизнь каждого из нас. И мы не горим желанием подвергать ревизии все, что правительство должно было сделать до сих пор или чего, наоборот, не должно было делать. К тому же это озвучивается с самых высоких трибун.

Так, на днях глава Центробанка Эльман Рустамов сам признался, что развития сценария в таком направлении в начале прошлого года никто не ожидал. Следовательно, неожиданное развитие ситуации поставило всех в тупик.

Но если есть проблема, ее надо решать, нельзя от нее убегать. Это не поможет, а наоборот, мы можем ее превратить в еще большую проблему. И если есть такое признание, то это создает хорошую почву для дискуссий. Поэтому мы и обращаемся ко всем нашим экономистам.

Уважаемые коллеги, мы считаем, что было бы полезно приступить к периодическим дискуссиям с целью поиска путей выхода из создавшейся ситуации. Мы внимательно следим за вашими выступлениями.

Честно говоря, не со всеми из них мы согласны полностью или частично, но все равно ищем в них рациональное зерно. Но открытые дискуссии позволят нам вместе нарисовать контуры экономической модели, которую можно будет принять оптимальной для нашей страны. В дальнейшем же можно будет ее укрепить экономическим обоснованием и макроэкономическим анализом.

Оптимальным может быть лишь один вариант, более оптимального или нескольких оптимальных вариантов не бывает. И этот единый вариант может появиться лишь в результате дискуссий. Поэтому очень хочется, чтобы ваши выступления проходили не только в форме диалога, но и дискуссий, то есть с приведением обоснованных аргументов.

Мы же со своей стороны обещаем продолжить свой анализ, и с этой целью призываем всех желающих представить свои взгляды на эту тему и принять активное участие в наших дискуссиях. Заранее благодарим вас за желание внести свой вклад в анализ создавшейся ситуации и поиск путей выхода из нее.