«Компания “Африка Исраэль” потеряла 35% стоимости за прошлую неделю. Сейчас ее оценивают в 850 миллионов шекелей (ок. 220 миллионов долларов США, — прим. ИноСМИ). Причиной обвала стало заявление о том, что компания ожидает убытки в размере 800 миллионов шекелей во втором квартале из-за снижения стоимости ее российского имущества». Эти строки были опубликованы в газетах не вчера, не неделю назад, а три с половиной года назад, в августе 2012 года.

Инвесторов могло напутать то, что на этой неделе «Африка Исраэль» потеряла еще два миллиарда шекелей (около 515 миллиона долларов США, — прим. ИноСМИ) из стоимости своего имущества в Москве. В 2015 году убытки составили два миллиарда шекелей, и это обрушило акции компании. Если бы кто-нибудь открыл газеты в начале 2010 года, перед тем, как было достигнуто соглашение о долгах Леваева и «Африки», то тоже увидел бы похожие заголовки.

На самом деле если посмотреть на отчеты после того, как в начале 2000-х Лев Леваев в течение полугода сделал серию покупок в России, то окажется, что его российские инвестиции ни разу не оправдали себя. Задним числом понятно, что Леваев просто инвестировал и инициировал проекты в России по завышенным ценам, но российский рынок недвижимости все еще не оправдал надежд Леваева.

Объяснения ситуации «Африки Исраэль» сопровождалось жалобами на сложное макроэкономическое положение России в целом и ее рынка недвижимости в частности. В этом нет ничего нового. На протяжении долгих лет ответственность за дела «Африки Исраэль» возлагалась на внешние факторы. То это мировой финансовый кризис, то обвал курса рубля, то цены на нефть, то вторжение в Крым, а иногда еще транспортные проблемы в Москве и смена чиновников в мэрии.

Объяснения понятны. Всем, кто в последние годы занимался бизнесом в России, в том числе, в сфере недвижимости, приходилось нелегко. Вместе с тем, невозможно поверить, что ни один инвестор, вкладывавший в последнее десятилетие средства в России, ничего не заработал. Вряд ли каждый предприниматель, работавший в Москве, потерпел неудачу. Российская экономика в последние годы не пребывала в постоянном упадке.

Например, уровень безработицы в стране сегодня составляет около 6%. Если в 2012 году безработица была на уровне 4,5%-5%, то в 2008-2009 годах — 8%-9%. Сегодня в Москве средний уровень доходов упал, но в 2013 году он был на пике.

В конце 2013 года рынок недвижимости и вся российская экономика демонстрировали признаки восстановления. В конце 2014 года подскочил спрос на недвижимость на фоне роста процентной ставки и колебаний курса валюты. В России это влияло на отрасли, в которые вкладывали деньги инвесторы. Есть также разница между областями, городами и районами. Есть разница между видами недвижимости — жилье это одно, торговые площади — другое, а офисы — третье. И Санкт-Петербург — это не Москва в этом отношении.

Прежде, чем проливать слезы о горькой судьбе Льва Леваева и относиться к нему, как к бизнесмену, который вынужден бороться с совершенно непредвиденным цунами, следует изучить путь того, кто считается «бизнесменом, знакомым с российским рынком», и того, кто при заключении соглашения о его долгах в 2010 году назывался единственным бизнесменом, обладающим связями и знаниями, чтобы извлечь прибыль из своего имущества в России.

Леваев просто неудачно вел бизнес в России, даже если общая ситуация в стране не слишком благоприятствовала инвесторам. Другими словами, тяжелое положение компании «Африка Исраэль» может свидетельствовать о том, что Леваев не только ошибся с выбором страны для инвестирования денег вкладчиков «Африка Исраэль», но и с выбором недвижимости, которую приобретал.

Мы не выбираем управляющего нашим портфелем инвестиций только для покупки деривативной корзины Китая. Мы ждем от него тщательного выбора компаний для покупки их акций и облигаций. Точно так же мы не ожидаем от инвестора простой покупки недвижимости в столице только по той причине, что рынок «выглядит неплохо» и вошел в моду, как поступал Леваев. Мы ожидаем от человека и от компании тщательного выбора для инвестиций жилого дома, офисного здания или торгового центра, которые покажут неплохие результаты, даже если макроэкономическое положение тяжелое.