В торговых переговорах между Турцией и Россией наступает критически важный поворот. Российско-турецкие торговые отношения, которые движутся в сторону решительного столкновения на фоне последних шагов Турции, сделанных в ответ на запреты, давно применяемые Россией, будут обсуждаться на серии предстоящих встреч. После того как вице-премьер Мехмет Шимшек (Mehmet Şimşek) и министр экономики Нихат Зейбекчи (Nihat Zeybekçi) 18 апреля посетили Москву, процесс ускорился. 27 апреля в Турцию прибывает техническая делегация из России на уровне заместителей министра экономики с целью обсудить запреты. В конце этой недели министр экономики Нихат Зейбекчи и министр энергетики России Александр Новак проведут телеконференцию с широким участием.


Заявление из России


Министр сельского хозяйства России Ткачев отметил, что переговоры с турецкими официальными лицами продолжаются, и в России надеются, что здравый смысл возобладает. Ткачев, выразив ожидание, что соглашение, которое удовлетворит обе стороны, будет достигнуто в течение двух недель, сказал: «Я надеюсь, мы выйдем из этого кризиса».


А после переговоров, которые будут проведены с сопредседателем Межправительственной смешанной российско-турецкой комиссии по торгово-экономическому сотрудничеству (KEK) Новаком, ожидается, что Турцию 6-7 мая посетит делегация во главе с вице-премьером России Аркадием Дворковичем. Министр экономики Нихат Зейбекчи, который говорит по поводу этих в некотором смысле судьбоносных переговоров для турецко-российских торговых отношений «мы решили обсудить все», надеется на «скорое разрешение ситуации».


Министр экономики Нихат Зейбекчи, принявший участие в мероприятиях по случаю «Дня Турции» в Дублине, организованных совместно Советом внешнеэкономических связей Турции и Enterprise Ireland, в беседе с Dünya прокомментировал свой визит в Россию. Основные тезисы министра Зейбекчи, ответившего на наши вопросы о российско-турецких торговых отношениях, заключаются в следующем.


Запрет даже для членов экипажа…


— Все санкции и запреты, которые Россия применяет в отношении Турции, возникли на повестке дня в связи с крушением самолета в ноябре 2015 года. Это было единственное основание. Вслед за благоприятным климатом, возникшим в отношениях между нашим президентом и президентом России Путиным летом 2016 года, мы ожидали быстрого возвращения торговых связей стран на уровень до ноября 2015 года. Заявления тоже были в этом направлении. Но позже, к сожалению, мы увидели, что процесс не продвинулся вперед так, как ожидалось. В сельскохозяйственной продукции общей стоимостью 750 миллионов долларов была открыта только часть продукции на сумму 100 миллионов долларов. Была запрещена деятельность турецких компаний. Здесь тоже никаких улучшений. Продолжились визовые ограничения. Запрет был введен в отношении водителей турецких транспортных компаний.


Запрет коснулся даже членов экипажа «Турецких авиалиний». Он до сих пор в силе, и мы надеемся на выправление ситуации на этой неделе. Я имею в виду визовые ограничения, действующие для членов экипажа; ни одна страна в мире не применяла такой меры.


Мы рассказали России о ситуации с «DİR»…


— На переговорах в Санкт-Петербурге мы ожидали более благоприятной атмосферы. Мы надеялись, что все наладится. На совещании высокого уровня в Москве в присутствии лидеров говорил министр энергетики России Новак, я как сопредседатель KEK со стороны Турции. Мы открыто сказали: «Что касается Турции, мы не вводили никаких запретов и не собираемся вводить. Но была одна привилегия, которую мы предоставили: лицензия на внутреннюю переработку. У нас есть экспортеры, которые перерабатывают сельскохозяйственные продукты, приходящие из России, и продают их в третьи страны. Эти экспортеры в то же время экспортируют в Россию. Эти экспортеры и наш сельскохозяйственный сектор обладают сильным лобби. Они оказывают на нас интенсивное давление. Теперь для России, которой мы в рамках режима внутренней переработки (DİR) предоставили привилегию на импорт с нулевой таможенной пошлиной при ввозе некоторых сельхозпродуктов (которые мы защищаем такими ставками, как 130%, 70%, 36%, 19%), нам становится непросто делать это. И будет еще сложнее…»


От России не последовало ответного шага


— Мы увидели, что ответного шага в связи с этим не последовало. А когда не последовало, наши экспортеры перестали вписывать Россию в свои запросы в рамках DİR. И поэтому мы тоже прекратили готовить документы по DİR для России. А это охватывает такие одни из важнейших видов продукции, как пшеница, а также нерафинированное подсолнечное масло. Это нечасто возникало на повестке дня, но по нерафинированному подсолнечному маслу у нас импорт порядка 750-800 миллионов долларов. Пшеницы — около 600 миллионов долларов. По пшенице мы вторые импортеры России. По подсолнечному маслу мы первые импортеры. По другим видам продукции мы первые экспортеры. Всего мы импортируем в объеме 1,8 миллиарда долларов.


Мы намеренно растянули расследования


— Когда мы перестали готовить лицензии на внутреннюю переработку, начались телефонные переговоры с российской стороной. Нас спросили: «Введен запрет?» «Это не запрет, — сказали мы. — Вы можете осуществлять любой экспорт в Турцию при условии уплаты таможенных пошлин. Мы и не думали о запрете, который ввели вы». Несмотря на то, что в то время мы были заняты кампанией по подготовке к референдуму, наши двусторонние контакты продолжались. Проводились переговоры и при участии Мехмета Шимшека. Сразу после референдума мы с Мехметом Шимшеком посетили Россию. Мы обсудили введенные запреты. Были и некоторые антидемпинговые расследования, которые мы проводили. Они не завершились. Этот процесс немного затягивается. Мы намеренно его растянули. Потому что мы не нацелены на отрицательный результат…


Призыв к здравому смыслу в ответ на намек о чартерах…


— В ходе наших переговоров российская сторона намекала на некоторые негативные последствия, которые могут возникнуть в связи с чартерными рейсами. Мы сказали, что с запретами мы ни к чему не придем, нужно руководствоваться здравым смыслом. Если вы вводите запрет, настаиваете на нем, а противоположная сторона автоматически не вводит запрета, это в политическом смысле ставит нас под сомнение. Один запрет порождает другой. Негативная риторика обязательно влечет за собой негативную риторику и у противоположной стороны. Давайте не будем делать это, сказали мы.


Решено продолжать переговоры


— В четверг, 27 апреля Турцию посетит техническая делегация во главе с заместителями министра экономики России. У нас состоятся переговоры по техническим вопросам. В конце недели у нас с сопредседателем KEK Новаком сразу по окончании технических работ пройдет телеконференция с широким участием. 3 мая наш президент посетит Россию. Входит ли в его повестку дня экономика, я не знаю. 6-7 мая мы ожидаем приезда вице-премьера России, что станет ответным визитом на наш приезд с Шимшеком в Россию. Они подтвердили этот визит. Мы хотим сесть и все решить.


Мы долго не могли добиться какого-либо прогресса по вопросу о запретах, введенных российской стороной, но после того как наши экспортеры перестали указывать Россию в запросах по DİR, возник переговорный трафик с Россией. Стороны потянулись за стол переговоров. Мы приняли решение обсудить все в предстоящий период. После наших переговоров 18 апреля я, честно говоря, смотрю более позитивно на перспективы решения…


Мы можем импортировать мясо из России


Россия выразила желание осуществлять экспорт мясо-молочной продукции в Турцию. У нас сразу была такая точка зрения: «Мы не против, нет никаких препятствий для этого». Мы обсудим этот вопрос. При наличии всех технических характеристик мы можем покупать мясо из России, потому что мы импортер красного мяса. Конечно, при условии соблюдения некоторых чувствительных для нас моментов. И по другим видам продукции тоже. Не мы вводим запреты. В предстоящий период и запреты в сфере сельского хозяйства, и запреты в отношении бизнеса, и все запреты на нашу сельхозпродукцию, и события, связанные с продукцией на сумму 1,8 миллиарда долларов, импортируемой в рамках лицензий на внутреннюю переработку, — все будет обсуждаться за столом переговоров. Отмечу, что наш общий импорт в рамках DİR составляет около трех миллиардов долларов. Мы тоже не хотим всем этим рисковать. А наш импорт из России без учета энергетики — порядка семи миллиардов долларов. Иными словами, если мы будем идти по пути запретов, от этого пострадают обе страны. Одна меньше, другая несколько больше, но здравый смысл должен возобладать, и две стороны должны осуществлять торговлю без запретов. Другого пути нет. Это принцип бизнеса…


В связи с помидорами у них возник такой подход: «Мы будем сами производить помидоры». Ради бога. Если в какой-нибудь стране производится сельскохозяйственная продукция, хорошо, что еще мы можем сказать. Но запрет неприемлем. Правило здесь следующее: вы повышаете пошлину, защищаете товар. Кто платит пошлину, тот и приходит на рынок.


Во время нашей беседы министр экономики Нихат Зейбекчи неоднократно выразил веру в позитивное развитие событий в дальнейшем. И особенно подчеркнул: «После приезда российской делегации 6-7 мая высока вероятность быстрого решения». Очевидно, обе стороны выложили карты на стол. Никто не намерен уступать в одностороннем порядке. С выбранного пути не свернуть. В ближайшие 10-15 дней стороны или приблизятся к решению проблем в торговых отношениях, или ситуация еще более осложнится. В данный момент две стороны сходятся в необходимости поиска решения.