В Польше спортивные победы над Россией считают знаком судьбы. Столь же сильно одержимые спортом болгары никогда не воспринимали матчи с российскими командами как войну не на жизнь, а на смерть. Однако когда неделю назад слабая женская волейбольная сборная победила на Европейских играх фавориток-россиянок, в стране проснулся вулкан эмоций.

Не только потому, что болгары соскучились по достижениям уровня знаменитой команды Стоичкова в мировом футбольном чемпионате 1994 года и радуются каждой неожиданной победе вдвойне. Но и потому, что выигранный со счетом 3:0 матч отлично вписался в антироссийскую атмосферу, царящую в последнее время в интернете, СМИ и за семейными столами.

Тон этой дискуссии задает президент Росен Плевнелиев, который часто говорит то, о чем боятся даже подумать другие политики из Центральной Европы и с Балкан. Например, во время майского празднования окончания второй мировой войны в Гданьске он обвинил Россию в попытке воссоздания сфер влияния в Европе. Несколькими месяцами ранее в интервью Frankfurter Allgemeine Zeitung он объяснял: «Мы все хотели бы видеть в стране Чайковского Толстого и Достоевского партнера. Но факты говорят, что сейчас мы имеем дело с другой Россией: националистическим, агрессивным государством под управлением президента, который видит в Европе противника».

Плевнелиев также резко раскритиковал российское нападение на Крым и прямо обвинил Москву в попытке взорвать Европейский Союз изнутри и дестабилизировать Балканы. На фоне лидеров Венгрии или Словакии, которые закрывают на российскую агрессию глаза и как ни в чем не бывало придерживаются принципа «business as usual», болгарский президент внезапно стал «ястребом». И в этом он у себя в стране не одинок.

16 республика

«Такого конфронтационного тона не было здесь с конца 90-х, когда правое правительство Ивана Костова двигалось в сторону евроатлантических институтов», — говорит переводчица и корреспондентка Польского Агентства Печати (PAP) в Софии Евгения Манолова (Ewgenia Manołowa). Она называет это большой неожиданностью, поскольку до недавнего времени Болгария считалась троянским конем России в ЕС: она поддерживала энергетические проекты Кремля и старалась ослабить антироссийские идеи Брюсселя. Этот эпитет, придуманный в 2008 году российский послом при НАТО, крепко приклеился к Болгарии, несмотря на то, что она была просто слишком слабой в политическом отношении, чтобы играть такую роль.

Между тем в отличие от Польши или стран Балтии София много лет считала Москву близким союзником. Эти особые отношения, опиравшиеся на исторических связях (Российская империя помогла Болгарии освободиться от 500-летней турецкой оккупации), общей религии или сходстве языков, использующих кириллицу, способствовали тому, что в коммунистическую эпоху Болгария превратилась в одного из главных сторонников Советского Союза. До такой степени, что болгарский генсек Тодор Живков просил принять его страну в СССР в качестве 16 республики.

Коммунизм рухнул, но восточное направление не утратило своего значения. Особенно, когда страной руководили посткоммунисты. Их многолетний лидер экс-премьер Сергей Станишев родился в СССР, окончил там университет, а потом прославился безоговорочной поддержкой инициатив Кремля, таких, как газопровод «Южный поток». Помогали ему пророссийские симпатии общества. По данным опроса Фонда Communitas, в 2012 году 78% болгар относились к России положительно, это был самый высокий результат среди всех членов ЕС и НАТО.

Такой близости способствовала также экономика. Болгария покупает у России газ, покрывая практически 100% своих потребностей. Единственная работающая атомная электростанция в Козлодуе функционирует на российском топливе, а единственное нефтеперерабатывающее предприятие полностью контролируется ЛУКОЙЛом, который одновременно принадлежит к числу самых крупных работодателей в стране. Более того Болгария остается одним из самых излюбленных мест отдыха российского среднего класса.

Пересохший поток

С чем же связан антироссийский поворот? Отнюдь не с заботой об Украине. Во время евромайдана болгарские политики следили за событиями и только время от времени напоминали о соблюдении прав болгарского меньшинства в районе Одессы. Хотя две страны объединяет доступ к Черному морю, их политические и межчеловеческие контакты остаются, скорее, прохладными. Недоверие Софии к Кремлю вызвано в первую очередь реакцией на агрессивную политику России во всем регионе, а одновременно дружественными шагами Запада. Последние два года показали болгарам, как рискованна сильная зависимость от Москвы. Особенно возмутил элиты прошлогодний провал проекта «Южный поток». Не только потому, что болгарское руководство выстраивало вокруг него энергетическую стратегию страны, но и потому, что Путин возложил ответственность за неудачу проекта именно на Болгарию. Неслучайно сразу же после заявления Кремля об отказе от строительства газопровода, премьер Бойко Борисов встретился с канцлером Ангелой Меркель и европейским комиссаром по энергетике, обратившись к ним за поддержкой. В январе Софию посетил госсекретарь США Джон Керри (John Kerry), который предложил болгарскому правительству помочь консультациями в сфере поиска альтернативных источников газа.

Однако шок от провала «Южного потока» быстро проходит. Правительство предложило несколько проектов обретения независимости от большого брата: это ускорение работы над перемычками с Грецией и Румынией, начало разработки болгарского шельфа Черного моря, а также строительство в Варне центра хранения и перераспределения азербайджанского и российского газа для ЕС.

Игра премьера

Перемена в отношении к России, как утверждают сторонники правящих правых сил, носит устойчивый характер. Президент Плевнелиев — не единственный критик Кремля в Болгарии, многие политики коалиции придерживаются той же линии. Глава оборонного ведомства Николай Ненчев заявил, что из-за российской агрессии он хочет увеличить расходы на армию (в 2004 году они составляли 1,5% ВВП), а потом отказался продолжать аренду 15 российских истребителей МиГ-29.

Раздражение Москвы вызывает также министр иностранных дел и восходящая звезда болгарской политики 37-летний Даниэль Митов, услышавший от своего российского коллеги Сергея Лаврова публичное обвинение в геополитическом авантюризме. Лавров сказал это после того, как в Скопье вспыхнули антиправительственные протесты, которые, как полагает Кремль, были инспирированы США, а также стремящимися поделить между собой соседа Болгарией и Албанией.

Но важнейшие решения в стране принимает премьер Борисов — лидер популистской правоцентристкой партии, с которой был связан также президент Плевнелиев. Борисов — крайне непредсказуемый игрок. Хотя во время своего первого срока в 2009-2013 годах он блокировал российские инвестиции в стране, на самом деле он проводил мудрую политику балансирования между Брюсселем, Вашингтоном и Москвой. Пока он продолжает эту линию, с одной стороны обвиняя Запад в излишне осторожной поддержке Украины, а с другой, открыто критикуя министров-ястребов.

Нужно отдать должное Борисову, что за восемь месяцев, с тех пор как его снова назначили на премьерский пост, он смог стабилизировать расшатанную политическую сцену. В период между началом 2013 и концом 2014 гг. сменилось три правительства (при этом у двух не было парламентского большинства), группа олигархов практически привела к краху болгарскую банковскую систему, а болгары регулярно демонстрировали свое недовольство на многотысячных манифестациях.

Сейчас в болгарской внутренней политике царит несколько сонная стагнация, хотя это, конечно, не значит, что премьер решил все проблемы в стране. Несмотря на объявленную Борисовым кампанию «чистые руки» в рейтинге Transparency International, Болгария остается самым коррумпированным государством ЕС наряду с Грецией, Италией и Румынией, а по данным организации «Репортеры без границ», там существуют самые серьезные проблемы со свободными СМИ в Евросоюзе.

Отказ от принципа

Главной точкой отсчета для Софии стал Брюссель. «Болгария удивительно успешно сдала экзамен по европейской лояльности», — говорит Илиян Василев — бывший посол Болгарии в Москве и единственный болгарин, внесенный в черный список лиц, которым запрещен въезд в Россию. Он напоминает, что София ни разу не нарушала европейскую солидарность и не протестовала против ужесточения санкций, хотя по официальным данным, потеряла на них 10 миллиардов евро преимущественно в аграрно-продовольственном секторе и в туризме (убытки в котором могут увеличиться после отпускного сезона). «Мы доказали, что мы не троянский конь. Проблемы создают другие страны», — подчеркивает Василев. Но такой энтузиазм нравится не всем.

Посткоммунистические политики традиционно жалуются на «консерваторов–русофобов», которые нарушили введенный 80 лет назад царем Борисом III принцип болгарской внешней политики: никогда не выступать против России. Можно услышать мнения, что «ястребы»–конъюнктурщики, которые используют нестабильную ситуацию на Украине, чтобы понравиться Западу. Они размахивают антироссийской саблей, но их настоящая политика выглядит более умеренной. «В администрации продолжают работать люди 50-60 лет, которые учились всему в СССР. Для них смена мышления — это революция. Речь не о том, что они нелояльны, они просто не знают другого мира», — говорит сотрудник софийского Центра изучения демократии Руслан Стефанов.

Правда и то, что в Болгарии недостает экспертов и аналитических центров, специализирующихся на восточной тематике, а СМИ (зачастую связанные в финансовом плане с Россией) наполнены пророссийской пропагандой. Некоторое время назад начал вещание частный телеканал ксенофобской партии «Атака», которую неоднократно обвиняли в пользовании российскими деньгами. Эти обвинения неудивительны: образ мира, который представляет этот, к счастью, нишевый, канал, очевидно соответствует интересам Кремля.

Тем не менее, что-то постепенно меняется. Элиты уже почувствовали, что конфликт на Украине может стать угрозой для Болгарии. Что еще важнее, дискомфорт от тесных отношений с агрессивной Россией начинают ощущать сами болгары. В исследовании агентства Alpha Research, более 70% респондентов высказались за сближение с Брюсселем, а не с Москвой, даже негативно относясь к антироссийским санкциям.

Больше всего критиков политики Путина среди людей 18-30 лет. Молодые люди, не обремененные  грузом коммунистического наследия и познакомившиеся с Западом, все чаще смотрят на Россию без особой симпатии, а недоверие к ее современным лидерам проистекает даже не столько из проевропейских чувств, сколько из патриотического долга. Поэтому молодых болгар так радуют жесткая риторика политиков и маленькие победы. Хотя бы в волейболе.
 
Дариуш Калан — координатор Программы Центральная Европа Польского института международных дел.