В начале октября 1941 года немцы приступили к реализации операции «Тайфун» и двинули свои войска на Москву. В нескольких километрах от этого города началась катастрофа.


2 октября 1941 года Гитлер, начав операцию «Тайфун», все поставил на карту. До наступления русской зимы предполагалось нанести советским вооруженным силам «сокрушительное поражение», а столицу СССР превратить в безжизненную груду развалин. Фактически это означало, что врага следовало победить в течение одного месяца, так как перед первыми заморозками в течение нескольких недель приходилось считаться с образованием грязи. А зима в России начинается, как правило, не позднее ноября.

Тот факт, что армии Гитлера после трех с половиной месяцев тяжелейших боев и сокращения в некоторых из них боеспособности на 50% смогли собрать силы для подобной операции, связан не в последнюю очередь с крупнейшей победой Гитлера. Вопреки желанию своих генералов, «самый великий полководец всех времен» в конце августа направил на юг свои танковые дивизии, которые должны были участвовать в наступлении на Москву. Образовав котел под Киевом, они уничтожили там 160 000 советских солдат и 660 000 красноармейцев взяли в плен.

Почти 80 дивизий в шести армиях


Его непобедимые армии должны были теперь в течение нескольких недель одержать победу «в решающем сражении этого года». Гитлер был прав. Это должно было стать решающим сражением войны. Через два месяца он ее проиграет.

При этом поначалу операция «Тайфун» складывалась даже лучше, чем на это когда-либо могли надеяться его генералы. Это было связано не столько с моральным воздействием Гитлера – «предстоящее сражение будет – возможно впервые – рассматриваться всеми государствами Европы как совместные действия, направленные на спасение ценнейшего культурного континента», - сколько с профессиональным и жестоким управлением его солдатами. Почти 80 дивизий в трех сухопутных армиях и три танковые армии (танковые группы) смогло подготовить для проведения этой операции немецкое верховное командование.

Несмотря на настоятельные предупреждения о том, что не хватает вооружений и не обеспечено необходимое снабжение, генералы уступили своему фюреру и дали подчиненным им войскам, как они ошибочно полагали, «последний мощный толчок» вперед. В течение десяти дней в боях с образованием котлов под Вязьмой и Брянском были взяты в плен 673 000 советских солдат и захвачено 1300 танков. Сталин в это время размышлял о возможности направить главу своей секретной службы Берию для проведения переговоров с Гитлером, тогда как фюрер запретил обсуждение любых предложений о капитуляции Москвы. Этот город должен был навсегда исчезнуть с лица земли.

Немецкая пропаганда уже объявила как своей так и иностранной прессе о том, что «разгром группы армий Тимошенко» имеет решающее значение для хода войны, и начальник штаба оперативного руководства вермахта генерал Йодль уже подтвердил это в конфиденциальном порядке, однако реальная ситуация на фронте выглядела иначе. Хотя немецким войскам и удалось прорвать внешнее оборонительное кольцо Москвы, тем не менее наступивший период образования грязи на несколько недель остановил наступление. Вскоре пошел снег.

Донесения Рихарда Зорге


В это время Сталин приказал эвакуировать центральные органы власти на берега Волги. В общей сложности два миллиона человек покинули город. При помощи жестоких действий поддерживался боевой дух остальной части населения, которое должно было участвовать в возведении защитных сооружений. Из гражданского населения были сформированы 87 рабочих батальонов и 12 дивизий народного ополчения. Отдельные части Москвы были заминированы.

Однако настоящим джокером для Сталина стали донесения, направленные из Японии немецко-русским шпионом Рихардом Зорге. Перед своим разоблачением в середине октября Зорге информировал советское руководство о том, что императорская Япония, несмотря на всю свою воинственную риторику, не будет предпринимать наступления на Дальнем Востоке. Таким образом Сталин получил возможность бросить на фронт в качестве резерва примерно миллион хорошо экипированных для ведения боевых действий солдат.

Этой информацией немецкий Абвер не располагал. Когда вермахт после установившихся морозов вновь активизировал наступательные операции, он постоянно сталкивался с новыми советскими группировками, которые, в отличие от немецких дивизий, имели зимнюю одежду. В надежде на быструю победу многие немецкие части оставили в других местах имевшуюся в их распоряжении дополнительную экипировку или, поскольку исход войны уже в августе считался решенным, вообще не были снабжены шинелями и перчатками.

К этому следует добавить, что из-за недостатка грузовиков приходилось использовались даже гужевые повозки. Во многих танковых дивизиях только треть танков находилась в боевой готовности. Некоторые пехотные дивизии располагали в общей сложности только одним полностью укомплектованным и готовым к бою батальоном. Один из воздушных флотов Германии был передислоцирован в район Средиземноморья для оказания поддержки  африканскому корпусу Роммеля.

Хотя командующий группы армий «Центр» генерал-фельдмаршал Федор фон Бок (Fedor von Bock) в это время заявил, что приближается момент, «когда силы войск будут полностью истощены», Гитлер, тем не менее, продолжал гнать свои обескровленные дивизии вперед. Даже его начальник штаба Франц Гальдер (Franz Halder) осознал, что «войска здесь дошли до предела». В начале декабря одному из разведывательных подразделений удалось прорваться к пригородам Москвы. Спустя три дня началось советское контрнаступление с участием миллиона военнослужащих и 700 танков.

Немецкое руководство было застигнуто врасплох, и казалось, что разгром группы армий «Центр» - это только вопрос времени. Начальник Генерального штаба сухопутных войск Гальдер в своем дневнике признался, что сложилось «самая критическая ситуация в ходе двух мировых войн». Однако Гитлеру этого было недостаточно.

Война становится мировой


В то время как его солдаты на востоке страдали от вражеских снарядов, голода и снега, фюрер 11 декабря объявил войну Соединенным Штатам. Спустя пять дней диктатор приказал прекратить отступление «и с помощью фанатичных действий каждого командира… принудить войска к фанатичному сопротивлению на занимаемых ими позициях». 19 декабря Гитлер официально стал главнокомандующим сухопутными войсками. Но и этого оказалось недостаточно. При 50-градусном морозе его дивизии были отброшены на 300 километров на запад. «Однако ожидавшегося разгрома в результате не произошло, и это объясняется не твердостью и профессионализмом немецкого военного руководства, а серьезными ошибками, допущенными Ставкой, – советским верховным командованием, считает мюнхенский историк Кристиан Хартман (Christian Hartmann). Вместе того, чтобы определить направления главного удара, советские войска вели наступательные действия на фронте протяженностью 1000 километров. Более миллиону советских солдат противостояли 500 000 немцев.

Тем не менее безумная идея о разгроме Советского Союза в ходе блицкрига превратилась в кошмар. Провал операции «Тайфун» ознаменовал собой начало тотальной материальной войны, которую Германия вела против Советского Союза, Англии, а также Америки и в которой она не могла одержать победу. Казалось, что Гитлер это осознал. Поскольку именно в этот момент он приступил к активной реализации второй цели своей войны на уничтожение – к ликвидации еврейства, представителей которого он считал истинными правителями Советского Союза.