Из уст киргизского ученого Зайнудина Курманова прозвучала идея объединения Казахстана и Киргизии в конфедерацию. Однако эксперты видят большие препятствия на пути объединения этих стран, в том числе в случае возвращения Владимира Путина в Кремль.

Призывы к созданию некоего объединения в Центрально-Азиатском регионе звучат не первый раз, они провозглашаются периодически. Например, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев заявлял о Центрально-Азиатском союзе (ЦАС). В 2003 году лидер Демократической партии Таджикистана призывал к объединению – по примеру Евросоюза – с названием «Центральная Азия – наш общий дом».

Прозвучала идея и создания конфедерации Казахстана и Киргизии, которая в перспективе может якобы превратиться в федерацию. Ее автор – профессор из Бишкека Зайнудин Курманов, бывший некоторое время назад спикером парламента Киргизии. Идея интеграции в разных интерпретациях, и именно в рамках Центрально-Азиатского региона, витает в воздухе.

 

Читайте также: ЕС и Евразийский союз


Но какова же перспектива этого замысла на фоне заявления Владимира Путина о создании Евразийского союза, что он намерен осуществить при возвращении в Кремль в следующем году?

Эмоциональные аргументы

Автор идеи о конфедерации Зайнудин Курманов заявляет, что сейчас уже ничто не может помешать интегрированию Казахстана и Киргизии в конфедерацию.

– И для подобного союза есть достаточно серьезные основания. Для интеграции Казахстана и Киргизии условия, я бы даже сказал, самые лучшие. Нас объединяет единое культурное и цивилизационное пространство. Такой общности, которая существует между казахами и киргизами, не имеет ни один народ в мире. И в мире нет народов, которые бы были так близки к друг другу, как казахи и киргизы. И эта интеграция не будет препятствием на пути евразийской интеграции. Только лишь от нас зависит, как мы эту конфедерацию будем двигать дальше, – считает киргизский профессор.

Однако не согласен с ним Султан Акимбеков – казахский политолог, главный редактор журнала «Центр Азии». Он считает, что говорить о существовании объективных условий для создания конфедерации несколько преждевременно.

«Более того, если мы говорим о конкретном предложении о Казахстане и Киргизии, то, не отрицая наличия очевидной цивилизационной общности между этими странами, нельзя забывать наличие и других факторов. Например, у нас сегодня разные политические системы. Это раз. Разные ВВП, несопоставимые по сути.

И те аргументы, которые приводит профессор, они, конечно, во многом эмоциональны, во многом такого психологического характера. Но в то же время с точки зрения реальной политики они объективно не преимущество для Казахстана, в частности. Они не очевидны в данной ситуации.

Потому что это объективно приводит к изменению и политической системы в той или иной форме. Это создает нагрузку и для экономики, и для бюджета. Потому что всё равно потребуется выравнивание всех этих вещей...» – говорит Султан Акимбеков.

Для идеи профессора Зайнудина Курманова о конфедерации не видит оснований и крупный киргизский политик Алматбек Матубраимов. Он считает, что в основе этой идеи больше политики. Алматбек Матубраимов говорит, что у Киргизии и Казахстана разные типы государственного устройства.

– С другой стороны, сейчас образован Таможенный союз, куда Киргизия не входит, но является членом Всемирной торговой организации (ВТО). И объединиться в конфедерацию, преодолев эти и многие другие препятствия, которые реально существуют между нашими странами, будет очень сложно, – считает киргизский политик.

Но Алматбек Матубраимов наряду с массой противоречий, препятствующих реальному объединению Казахстана и Киргизии, видит и ряд факторов, которые могли бы подтолкнуть эти страны к тесной интеграции. Этими факторами он считает водные и энергетические ресурсы, которые для Центральной Азии имеют жизненно важное значение. «Всё равно, как бы ни было, нам объединяться надо», – резюмировал Алматбек Матубраимов.

Конфедерация у других не получилась

Андрей Чеботарев, директор Центра актуальных исследований «Альтернатива» из Алма-Аты, ссылаясь на исторический опыт в мировом масштабе, полагает, что на сегодняшний день такая форма объединения разных государств, как конфедерация, не присутствует. Швейцария, хотя и называется конфедерацией, но, по мнению Чеботарева, всё же является больше федерацией.

Кроме того, политолог предлагает изучить опыт создания конфедерации в странах третьего мира, куда, как говорит Чеботарев, по уровню относятся Казахстан и Киргизия. Но все их примеры были весьма неудачными, считает политолог.

Андрей Чеботарев привел опыт создания Объединенной арабской республики с участием Египта и Сирии в 1958–1961 годах и попытку своеобразной интеграции Малайзии с Сингапуром в форме конфедерации или даже единого государства, которые закончились полной неудачей.

 

Читайте также: Что ждет российскую Азию?


– Это говорит о том, что всё-таки разноуровневым и разновекторным государствам очень сложно объединиться. Вряд ли будет желание объединиться на уровне элиты двух стран. Другое дело, когда пытаются развивать какие-то формы сотрудничества. Взять тот же водноэнергетический консорциум, правда на создание которого никто из сторон не идет на реальные шаги, – говорит казахский политолог.

В то же время Андрей Чеботарев видит больше плюсов с точки зрения того, что были бы решены многие проблемы во взаимоотношениях заинтересованных государств, в том числе и по воде, энергетике и обеспечению безопасности границ, в случае если соответствующие страны согласились бы создать такое межгосударственное объединение – конфедерацию Казахстана и Киргизии.

Но ему сложно предсказать, какой механизм управления этим государственным объединением был бы наиболее подходящим. Чеботарев считает: сомнительно, чтобы элита любой из центрально-азиатских стран согласилась передать основные полномочия некоему надгосударственному органу.

По мнению Султана Акимбекова и Андрея Чеботарева, Россия, в случае возвращения Владимира Путина в Кремль, будет пытаться не допустить создание нового интеграционного объединения других постсоветских государств, в том числе и в Центральной Азии. Но как Кремль это может сделать – политологи не берутся предсказать. Пока же, по их мнению, Россия оперирует имеющимися инструментами в рамках Таможенного союза, ЕврАзЭС и ОДКБ.