Китай убедился в уступчивости России, которая беспрепятственно передала западную часть острова Большой Уссурийский и остров Тарабаров. Китай решил воспользоваться российским опытом в Южно-Китайском море.

 

На днях госсекретарь США Рекс Тиллерсон и министры иностранных дел Японии Таро Коно и Австралии Джули Бишоп призвали руководство Китая прекратить односторонние силовые действия в Южно-Китайском море. По их мнению, построенные Китаем искусственные острова на коралловых рифах могут изменить статус-кво, стать причиной роста напряженности в регионе и препятствовать свободному судоходству в акватории Южно-Китайского моря.


Островная экспансия


Южно-Китайское море уже много лет неспокойно из-за территориальных споров Китая с Филиппинами, Брунеем, Малайзией и Вьетнамом вокруг островов Спратли и Парасельского архипелага. Китайское руководство считает данные острова своими «историческими землями», считая, что китайцы около 2 тысяч лет используют их в своей хозяйственной деятельности. Соседние государства отстаивают свои права на данные острова. Их позицию разделяют США, Австралия и Япония, которые не заинтересованы в усилении позиции Китая в регионе. Главы внешнеполитических ведомств США, Австралии и Японии призвали Китай придерживаться решения Международного суда в Гааге. В 2016 г. третейские судьи пришли к мнению, что у Китая нет юридических оснований отстаивать исторические права на ресурсы в акватории Южно-Китайского моря в границах спорных островов. Большую часть островов Спратли и Парасельского архипелага составляют отдельные рифы и скалы, которые не считаются островами и затапливаются во время приливов. Согласно Конвенции ООН по морскому праву, рифы и затапливаемые скалы, которые находятся за пределами территориального моря какого-либо государства, не могут считаться островами и иметь собственные территориальные воды. Провести отсчет 200-мильной экономической зоны можно только от берега суши, в том числе от острова.


Китай отказывается брать во внимание решение Международного суда в Гааге и продолжает намывать песок на рифы в Южно-Китайском море с помощью специальных инженерных судов для того, чтобы превратить их в острова. Согласно докладу американского аналитического центра CSIS, Китай создал искусственные острова на рифах Файри Кросс, Суби и Мисчиф. Сейчас китайские инженеры строят на данных островах инфраструктурные объекты двойного назначения, которые могут использоваться в военных и гражданских целях: аэродромы, радары, узлы связи. Не говоря об укрытиях для ракет класса «земля-воздух», которые также есть на искусственных островах. В 2015 г. председатель КНР Си Цзиньпинь слукавил, когда уверял, что строительные работы на островах Спратли не затрагивают интересы какой-либо страны и Китай не намерен проводить их милитаризацию.


Складывается впечатление, что Китай создает искусственные острова в Южно-Китайском море для того, чтобы затем провозгласить над ними свой суверенитет. Согласно морскому праву, искусственные острова не обладают статусом островов, не имеют территориального моря, исключительной экономической зоны и континентального шельфа и от них нельзя отсчитывать 200-мильную экономическую зону. Они нужны Китаю для других целей. С помощью искусственных островов Китай рассчитывает контролировать острова Спратли. Военные и гражданские объекты на территории островов это прикрытие для обоснования необходимости постоянного присутствия китайских военных и моряков в регионе. Если Китай будет вести отсчет 200-мильной экономической зоны от спорных островов, то он сможет превратить большую часть Южно-Китайского моря в свои территориальные воды. Данное море имеет стратегическое значение и является одним из основных маршрутов морской торговли. Ежегодно коммерческие суда перевозят через южно-китайские воды товаров на сумму 5 триллионов долларов. Наличие военных объектов на искусственных островах позволит китайцам установить контроль над Южно-Китайским морем. Сегодня китайские военные называют районы, где строятся искусственные острова, «зоной военной тревоги» Китая и требуют от экипажей иностранных самолетов покинуть воздушное пространство.


Китайские искусственные острова стоит воспринимать как упрощенную альтернативу авианосному флоту. В Тихоокеанском флоте США авианосцы используются как плавучие военные базы, способные находиться продолжительное время у берегов регионов, где у США есть жизненно важные интересы. На вооружении у американцев стоят 11 авианосцев. Военно-морские силы Китая существенно отстают по количеству авианосцев от Америки. Пока что у китайцев в строю 1 авианосец «Ляолин» — достроенный советский авианесущий крейсер класса «Варяг», который Украина продала Китаю. Строительство еще одного авианосца «Шаньдун» будет завершено в 2020 г. Китаю нужно обеспечить себе постоянное военное присутствие в Южно-Китайском море и акватории спорных островов Спратли и Парасельского архипелага. В ангарах на искусственных островах Файри Кросс, Суби и Мисчиф могут находиться 24 боевых самолета (в общей сложности 72), 4 военно-транспортных самолета либо тяжелых бомбардировщика. Для сравнения, один американский авианосец типа «Нимиц» позволяет размещать на палубе 64 боевых самолетов и вертолетов.


Российский опыт


Манипуляции с искусственными островами в Южно-Китайском море напоминают действия Китая в отношении России. Китай проводит территориальную экспансию в отношении России, влияя на изменение русла приграничных рек, пока российское руководство не жалеет средств на военные авантюры и провокации на востоке Украины. Китай активно осваивает свой берег Амура, проводит дноуглубительные работы, укрепляет щебнем, закатывает в бетон свои берега, влияя, таким образом, на изменение русла реки. В результате действий китайской стороны течение Амура подмывает российский берег, а русло реки уходит в сторону России. Поскольку российско-китайская граница проходит посередине русла Амура, территории, по которым ранее текла река, оказались на китайском берегу и стали объектом претензий Пекина. По мнению директора Биолого-почвенного института ДВО РАН, академика РАН Юрия Журавлева, Китай также проводит мероприятия по изменению русла реки Сунгачи, в результате которых разливается приграничное озеро Ханка и затапливает российскую территорию.


Вследствие изменения русла реки Амур, Россия и Китай неоднократно проводили демаркацию границы. В 2005 г. Китай получил территорию площадью 337 кв. км. В 2008 г. в состав китайской провинции Хэйлунцзян вошли остров Тарабаров, западная часть острова Большой Уссурийский, протока Казакевичева, а также часть российского берега, по которому стала проходить сухопутная граница. Китайцы продолжили дноуглубительные работы в протоке Казакевичева, в результате чего в течении 2010 г. под воду ушел участок российской территории размером с футбольное поле. На бывших российских территориях китайцы развивают инфраструктуру: построили мост, соединяющий западную часть острова Большой Уссурийский с сушей, проложили на острове шоссе с четырьмя полосами движения, возвели монументальный комплекс с пагодой, открыли обустроенный парк болотистых угодий. В 2016 г. Китайцы убедили российское руководство согласиться на совместное развитие инфраструктуры всего острова под предлогом «сохранения окружающей среды в первозданном виде».


Китайское руководство убедилось в уступчивости россиян, которые без особых прений передали в состав КНР западную часть острова Большой Уссурийский и остров Тарабаров. Китай решил воспользоваться российским опытом в Южно-Китайском море. Поскольку против манипуляций Китая с изменением русла рек не выступила ядерная супердержава в лице России, сомнительно, что мероприятия по созданию искусственных островов в Южно-Китайском море встретят действенный отпор со стороны Филиппин, Брунея, Малайзии, Вьетнама. Китай пользуется бездействием соседних стран и пока что успешно поглощает спорные острова в Южно-Китайском море.


Против лома нет приема


Отношения между США и Китаем заметно ухудшились в последнее время на фоне санкций США против отдельных китайских фирм, которые развивали торгово-экономические отношения с Северной Кореей. Неуступчивость Поднебесной по спорным вопросам в Южно-Китайском море лишь усиливает недовольство президента Дональда Трампа своим китайским коллегой, который не смог убедить верховного руководителя КНДР Ким Чен Ына прекратить проводить ракетно-ядерные испытания. С США солидарна Япония, для которой Китай является конкурентом в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Между Китаем и Японией существует территориальный спор вокруг островов Сенкаку, которые находятся под японской юрисдикцией. Однако, опции давления на Китай у США ограничены.


Опыт экс-президента США Барака Обамы подтверждает неэффективность демонстрации силы Китаю. Военные корабли США неоднократно заходили в Южно-Китайское море. Демократы хотели подтвердить, таким образом, серьезность своих намерений и поддержку стран Юго-Восточной Азии в территориальных спорах с Китаем. Тем не менее, Китай не прекратил строительство искусственных островов по сей день. Администрации республиканцев будет сложно убедить Китай прекратить создавать искусственные острова в Южно-Китайском море. Китай воспринял ввод санкций против своих компаний со стороны США как недружественный акт. В Пекине не доверяют Дональду Трампу, который до инаугурации провел переговоры с руководством Тайваня, нарушил «политику одного Китая» и недавно поставил американские вооружения на остров. Со времен установления в континентальном Китае коммунистического строя, Пекин заинтересован установить контроль над китайским островом Тайвань, который отказался признать смену режима.


США могут ввести антикитайские санкции, аналогичные недавним новым санкциям против России, Ирана и КНДР. Однако такой шаг не выгоден американскому бизнесу, для которого Китай основной внешнеэкономический партнер и кредитор. Санкции против отдельных отраслей экономики Китая обойдутся США слишком дорого. Американская и китайская экономики взаимно зависимы. В споре за острова в Южно-Китайском море преимущество пока на стороне Китая.