Марк Цукерберг (Mark Zuckerberg) и его супруга Присцилла Чан (Priscilla Chan) заявили о своем решении в будущем жертвовать на благотворительность 99% доходов от акций компании Facebook, которая сейчас оценивается в 45 миллиардов долларов. Это заявление вызвало широкий отклик и массу комментариев, в основном положительных. И это понятно. Тот факт, что Цукерберг, Билл Гейтс (Bill Gates), Уоррен Баффетт (Warren Buffett) и некоторые другие миллиардеры тратят свои состояния на благотворительность, вместо того чтобы оставить их своим наследникам, уже оказывает положительное воздействие.

В прошлом году Фонд Билла и Мелинды Гейтс, основанный в 2000 году, выдал множество грантов на общую сумму почти в 4 миллиарда долларов. Значительная часть этих денег пошла на разработку методов борьбы с такими заболеваниями, как ВИЧ, малярия, полиомиелит и туберкулез, которые убивают миллионы людей в бедных странах. Цукерберг и Чан уже жертвовали средства на различные благотворительные цели, в том числе на борьбу с вирусом Эбола. В своем открытом письме, адресованном их новорожденной дочери, которое было опубликовано 1 декабря на странице Цукерберга в Facebook, они написали, что новая благотворительная организация Chan Zuckerberg Initiative, которую они основывают в настоящее время, будет заниматься «развитием человеческого потенциала и обеспечением равенства».

Однако не только размеры пожертвований, которые делают богатые люди, заслуживают внимания. Благотворительные пожертвования такого масштаба делают современный капитализм со всеми его несправедливостями и неравенством, немного более оправдываемым. Создав чрезвычайно успешные компании, которые позволили им сделать невообразимые состояния, Цукерберг, Гейтс и Баффетт отправляют мощный сигнал менеджерам хеджевых фондов на Уолл-Стрит, российским олигархам, европейским промышленникам, арабским нефтяным шейхам и всем тем, кому удалось накопить большое состояние: «От тех, кому больше дано, больше и ожидается».

Выступая в Гарварде в 2007 году, Гейтс использовал эту цитату, говоря о своей умирающей матери. В 2010 году Гейтс и Баффетт бросили вызов членам клуба ультра-богатых людей, предложив им пожертвовать по крайней мере половину своих состояний. С того момента под инициативой «Giving Pledge» («Обещание отдавать») подписались более сотни миллиардеров. Некоторые из этих благотворителей согласились на то, чтобы их пожертвованиями управляли другие. (В 2006 году Баффетт передал значительную часть своего состояния Фонду Билла и Мелинды Гейтс.) Богатые люди все чаще открывают свои собственные благотворительные фонды, которые преследуют какие-то конкретные цели — феномен, который получил название «филантрокапитализм».

Это положительная сторона. Однако также стоит отметить, что все эти благотворительные пожертвования делаются за счет обычных налогоплательщиков и, в более широком смысле, демократического процесса в целом. Если бы Цукерберг и Чан получали доход от своих акций Facebook, а не отдавали бы их на благотворительность, им бы пришлось платить налог на прирост капитала — и эти деньги можно было бы использовать на финансирование государственных программ. Если бы они оставили свое состояние детям, то тем пришлось бы заплатить довольно большой налог на наследуемое имущество. Но жертвуя доходы от акций на благотворительность, они и их наследники освобождаются от этих налогов.

Это еще не все. Как написал во вторник, 1 декабря, Роберт Вуд (Robert Wood), «такая щедрость чрезвычайно налогоэффективна». Согласно федеральным налоговым законам, Цукерберг и Чан получат кредиты, равные стоимости акций Facebook, в тот день, когда они переведут средства новой благотворительной организации, которую они сейчас основывают. В последующие годы они смогут пролонгировать часть этих кредитов, чтобы укрыть доходы, которые они еще не получили, такие как заработная плата Цукерберга в его компании и дивиденды от акций, которыми он все еще владеет. (Сейчас Facebook не выплачивает дивиденды.) И суммы могут оказаться весьма внушительными.

Chan Zuckerberg Initiative будет представлять собой корпорацию с ограниченной ответственностью, а вовсе не традиционный благотворительный фонд. Что касается налогов, разница здесь небольшая. В своем посте на сайте Fast Company Маркус Бэрэм (Marcus Baram) отметил, что благотворительные корпорации с ограниченной ответственностью — довольно распространенное явление. Пока они занимаются благотворительностью и принадлежат семейным фондам, они могут пользоваться безналоговым статусом. У них также больше свободы в том, как инвестировать свои средства, чем у обычных благотворительных организаций, что может повлиять на то, как будет работать новая организация. Но это никак не затронет Казначейство США.

Если бы то, что сейчас делает Цукерберг, было отдельным случаем, это не оказало бы практически никакого влияния на налоговые поступления в целом. Однако эта практика все больше распространяется во времена, когда распределение богатства становится все более неравномерным, а это значит, что действия небольшого числа очень богатых людей могут оказать существенное влияние. В 2012 году, как говорится в новом исследовании экономистов Эммануэля Саэца (Emmanuel Saez) и Габриэля Зукмана (Gabriel Zucman), 0,01% самых богатых американцев — их всего около 16 тысяч — владеют 11,2% всех состояний в стране. Это самый высокий показатель с 1916 года.

Передавая почти все свое состояние благотворительным организациям, миллиардеры, такие как Цукерберг и Гейтс, навсегда выводят значительные части своих доходов за пределы досягаемости Федеральной налоговой службы. Будучи налогоэффективными организациями, эти благотворительные предприятия не будут иметь никаких обязательств в тот момент, когда они продадут свои акции. Это значит, что налоговая база страны сокращается. Пока я еще не сталкивался с какими-либо оценками общих убытков для казны США, однако этот вопрос нельзя игнорировать. Более того, перед нами возникает вопрос, который уже поднимали экономисты Томас Пикетти (Thomas Piketty), Энтони Аткинсон (Anthony Atkinson) и некоторые другие: может быть, нам нужно усовершенствовать наши налоги на имущество?

Возможно, на кону стоит еще один вопрос — демократия.

Хотя такие организации, как Фонд Гейтса, называют себя аполитичными, внепартийными образованиями, они все же соприкасаются с политикой. И соприкасаются довольно тесно. К примеру, Фонд Гейтса стал крупным спонсором чартерных школ, стандартизированного тестирования и Единого комплекса государственных стандартов. Цукерберг также передал значительные средства чартерным школам. Они стали одним из ключевых звеньев в его дорогостоящих и противоречивых попытках реформировать систему среднего образования в Ньюарке, штат Нью-Джерси, о которых Дейл Руссакофф (Dale Russakoff) писал в прошлом году. В своем письме, опубликованном на сайте Facebook, Цукерберг отметил, что он собирается продолжать свои попытки: «Мы должны принимать участие в дебатах, чтобы формировать политику. Многие институты не хотят этого делать, но, чтобы прогресс был устойчивым, различные движения должны его поддерживать».

Я не хочу сейчас вступать в дебаты по вопросу об образовании. Я хочу лишь указать на то, что и без того очевидно: такие люди, как Цукерберг и Гейтс, благодаря их благотворительной деятельности могут оказать гораздо более существенное влияние на разработку политики, чем простые граждане. (Как отметил Мэтью Иглесиас (Matthew Yglesias) в Vox, одним из преимуществ регистрации Chan Zuckerberg Initiative в качестве корпорации с ограниченной ответственностью заключается в том, что она сможет тратить деньги на политическую рекламу.) Чем больше денег миллиардеры отдают своим благотворительным организациям, которые зачастую остаются под их личным контролем, тем больше влияния они получают — и, соответственно, тем меньше влияния остается у остальных.

Некоторые американцы — и не все они являются учениками Айн Рэнд (Ayn Rand) — могут сказать, что это хорошо. Я уже упоминал о некоторых достижениям Фонда Гейтса. Разве Майкл Блумберг (Michael Bloomberg) с его попытками реформировать законы об оружии не действует в интересах общественности? Разве Джордж Сорос, делающий пожертвования на развитие правозащитных организаций, не приносит пользу обществу? В этих конкретных случаях на эти вопросы я отвечу да и да. Но в более широком смысле проблема сохраняется. Линия границы между филантропией и политикой уже очень нечеткая. И с развитием движения «филантрокапитализма» разглядеть эту линию будет все сложнее.

В любом случае давайте поблагодарим Цукерберга и Чан за их щедрость. Давайте также отдадим должное Гейтсу, с которого все началось. Однако, вопреки старой пословице, нам все же стоит внимательно посмотреть в зубы этому дареному коню.