Вопрос о том, можно ли считать Турцию союзником, на первый взгляд кажется удивительным. Турция, обладательница второй по величине армии НАТО и кандидат в ЕС, должна по умолчанию рассматриваться как надежный союзник Запада. Да, если бы не нестабильность самосознания населения Турции: отделение восточных регионов с преимущественно курдским населением еще никогда не было столь реальным.

Кстати, сейчас я говорил именно о «населении Турции», а не «турецком населении». Ведь разве можно рассматривать эту страну как единое целое, если на ее территории проживают порядка двух десятков разных этнических групп? Если даже взять одних курдов и алевитов, на них приходится 15 миллионов из 75.

Турецкое руководство как огня боится появления Курдистана на востоке Анатолии. Это в значительной мере объясняет двойную игру Турции, когда та в конечном итоге согласилась участвовать в американо-арабской коалиции против ИГ: Анкара обратила оружие в большей степени против курдов, чем против террористов. С августа 2014 года Турция нанесла 300 ударов по курдам в Ираке и Сирии и только 3 по ИГ! Битва за Кобане навсегда останется в памяти как символ предательства.

Турция — козырь или балласт в борьбе с ИГ?

На прошедшем 15 ноября в Анталии саммите двадцатки президент Путин представил доказательства поддержки ИГ со стороны ряда государств. Он открыто заявил о личной ответственности президента Турции в систематическом нарушении резолюций Совбеза ООН и финансировании ИГ.

Только после этих разоблачений президенты Путин и Обама договорились об уничтожении принадлежащих семье Эрдогана колонн бензовозов, чтобы положить конец незаконной нефтеторговле, являющейся главным источником финансирования террористов. В тот день США впервые нанесли удары по конвоям в Ираке, тогда как российская армия уничтожила более 500 машин в Сирии.

Если Запад действительно хочет уничтожить ИГ, ему нужно потребовать от Эрдогана прекратить атаки на курдов, чтобы те смогли спокойно сражаться с террористами. Если бы курды захватили Джераблус (последний подконтрольный ИГ город на турецкой границе), это перекрыло бы канал снабжения в Ракку (столица Исламского государства), поток людских и материальных ресурсов. Тот факт, что Эрдоган считает взятие города недопустимым, говорит об очень многом.

Во время Второй мировой войны Турция выступила на стороне союзников только в феврале 1945 года. Запоздалый и ничего не значащий с военной точки зрения альянс. Но он позволил Турции участвовать в мирной конференции на стороне победителей. Поэтому нынешней коалиции нужно потребовать от Турции здесь и сейчас определиться с лагерем в коллективной борьбе с ИГ.

Европа допускает ошибку, вводя санкции против весомого союзника в лице России, и прогибаясь перед Эрдоганом (а также закрывая глаза на его опасные связи с ИГ) в надежде на сотрудничество по «мигрантам».

Необходимо срочно менять политику и отринуть турецкий шантаж по миграционному кризису, чтобы, наконец, позволить тем, кто сражается с ИГ, довести до конца их спасительную миссию.