Министр иностранных дел Германии Франк-Вальтер Штайнмайер произнес 14 января инаугурационную речь в Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе (ОБСЕ), которую его страна будет возглавлять в 2016 году. В выступлении Штайнмайера прозвучало лишь одно послание. «Возобновление диалога, восстановление доверия и возрождение безопасности — таковы наши приоритеты в предстоящем году», заявил он. И аудитория поняла, о чем он говорил. Однако, ни разу в своей речи он не произнес этого слова — Россия.

Роль, выпавшая Штайнмайеру весьма незавидна, особенно учитывая, что по мнению некоторых членов ОБСЕ, он все еще стремится возродить германскую «Ostpolitik» (восточную политику) времен холодной войны. Ее суть заключалась в поддержании особых отношений между Германией и Россией в ущерб некоторым другим союзникам Германии.

Кроме того, Штайнмайер должен добиться роста авторитета ОБСЕ. Эта организация не пользуется большой известностью в мире, хотя она играет ключевую роль в попытках осуществления мониторинга за ходом перемирия в восточной Украине. Она также остается одной из немногих площадок, где могут встретиться члены блока НАТО, страны бывшего Варшавского договора и бывшего Советского Союза.

ОБСЕ, детище холодной войны, была создана в 1975 году, когда два идеологически соперничавших блока, НАТО и Варшавский договор, подписали Хельсинкский Акт по безопасности и сотрудничеству в Европе, пытаясь как-то улучшить отношения. Сосредоточенность ОБСЕ на правах человека обеспечивала диссидентским движениям и отдельным людям в Восточной и Центральной Европе, находившихся под влиянием СССР, легитимную основу для оппозиционной деятельности в своих странах.

С момента падения Берлинской стены в 1989 году и последующего объединения Европы, ОБСЕ прошла через многие кризисы, большинство из которых были связаны с Россией. Лишившись имперского статуса, Россия в лице своих лидеров постоянно ставила под вопрос намерения ОБСЕ, особенно ее приверженность правам человека и статус государств, расположенных между Европейским Союзом и Россией.

Именно эти три страны, Грузию, Молдову и Украину (и, в меньшей степени, Беларусь), Россия не желает «отпустить» на Запад. Блицкриг России в Грузии в 2008 году, присоединение Крыма в 2014-м, и последовавшее вмешательство в конфликт на востоке Украины, подтвердили неготовность Москвы позволить этим странам самостоятельно выбирать свое политическое будущее.

Нет ничего удивительного в том, что во многих европейских странах возник кризис доверия в отношении России. Именно по этой причине, Штайнмайер утверждал, что настало время попытаться возобновить диалог и восстановить доверие в отношениях с Россией через ОБСЕ.

На какой основе? Если он полагает, что Германия может вернуться к своей старой «Ostpolitik» времен холодной войны, благодаря которой с помощью диалога и сотрудничества с Россией ее можно будет сблизить с Европой, это наивное предположение.

«Ostpolitik» была политикой, игнорировавшей интересы и настроения восточных союзников Германии. Это также была политика, которая ослабила, а не укрепила трансатлантические связи, именно из-за способа, с помощью которого Германия хотела сформировать особые экономические и политические отношения с Россией. Кроме того, она игнорировала интересы безопасности, если не сказать, что создала вакуум безопасности, вокруг восточных соседей Германии, что и подтвердилось вторжением России в отдельные регионы Украины.

В своей инаугурационной речи Штайнмайер упоминал о Группе видных деятелей, созданной в 2015 году для поиска путей укрепления европейской безопасности и улучшения отношений между Западом и Россией.

Последний отчет этой Группы весьма показателен. Вместо корректного дипломатического языка, в нем изложены две различные точки зрения на то, что произошло с взаимоотношениями между Западом и Россией после падения Берлинской стены в 1989 году. В документе нет никакого намека на единство взглядов.

После крушения коммунистического режима, Запад, согласно его собственной версии, «стремился сформировать стратегическое партнерство с Россией, которое предусматривало самое тесное сотрудничество, если не интеграцию в западные структуры. С точки зрения Запада, расширение НАТО и Европейского Союза, вовсе не преследовали цель окружения России. «Это было связано с желанием большинства населения во многих странах, получивших независимость, вернуться в демократическую семью народов».

В глазах Запада, Россия отказалась от демократии, модернизации и сотрудничества с Западом. «Она также оставила всякие попытки делать вид, что играет по правилам, включая уважение политической независимости суверенных государств и принцип недопустимости использования силы для изменения государственных границ. В результате, для России понятие ее безопасности сегодня означает отсутствие безопасности для ее соседей.

Российская точка зрения полностью отвергает это мнение. «Запад систематически пользовался слабостью России», говорится в отчете. «Запад говорил о сотрудничестве… но при этом верил в ее извечную агрессивность или/и слабость».

Московская версия событий состоит в том, что «под лозунгом распространения демократических ценностей Запад продолжал расширять свои структуры в ущерб российским интересам безопасности». С точки зрения России, Запад проводил политику смены режима в странах Ближнего Востока, «которая привела к глубокой дестабилизации обстановки, гражданской войне и потокам беженцев».

Расхождение во мнениях среди участников Группы видных деятелей столь велико и неустранимо, что российский делегат Сергей Караганов счел необходимым выразить личное особое мнение, которое вошло в окончательный отчет. «Документ в основном является западным по содержанию, логике и предлагаемым рекомендациям», написал он.

В сущности, этот документ содержит сильные аргументы в пользу воссоединения Европы после 1989 года и права стран, расположенных между Европейским Союзом и Россией самостоятельно выбирать путь развития. Именно это в высшей степени раздражает Россию и подрывает безопасность в этих странах.