3 января, всего за несколько недель до своей смерти, начальник российской военной разведки ГРУ, генерал-полковник Игорь Сергун был направлен в Дамаск с деликатной миссией. 

Этот генерал, предположительно делавший свои первые шаги в разведке в качестве советского оперативного сотрудника в Сирии, передал президенту Башару аль-Асаду послание от Владимира Путина: Кремль, самый влиятельный международный покровитель сирийского диктатора, считает, что ему пора уйти в отставку.

Асад гневно отказался.

Два высокопоставленных западных разведчика рассказали Financial Times подробности о миссии Сергуна. Просьбу прокомментировать произошедшее российское Министерство иностранных дел перенаправило в Министерство обороны, которое от комментариев отказалось.

Неудачная попытка России в Дамаске привела к тому, что Асад окопался еще глубже, а надежды на дипломатическое урегулирование и прекращение жестокой гражданской войны снова начали угасать.

На прошлой неделе чиновники из ООН старались всячески понизить градус ожиданий от переговоров между воюющими сторонам, которые планируется провести в Женеве 25 января, заявляя о том, что ни на какие дипломатические прорывы рассчитывать не следует.

Ситуация и перспективы изменились самым драматическим образом. Новости о секретном предложении, озвученном Сергуном (организованная передача власти с сохранением алавитского режима, но при условии реалистичных переговоров с умеренными повстанцами), в конце 2015 года прибавили оптимизма западным разведслужбам.

Ведомой США и борющейся против ИГИЛ коалиции показалось, что компромисс с Москвой поможет выйти из многомесячного тупика, возникшего из-за проблем с уходом Асада — ведь Вашингтон рассматривает его уход в качестве предварительного условия, после чего можно было бы приступить к снятию межконфессиональной напряженности в Сирии и Ираке, которая подпитывает повстанческое движение джихадистов.

Многие в Европе и США пришли к выводу, что военное вмешательство Москвы в конфликт на стороне Дамаска себя исчерпало. «Путин посмотрел под капот сирийского режима, — сказал Financial Times один высокопоставленный представитель европейских разведслужб, — и нашел там гораздо больше проблем, чем рассчитывал увидеть».

Однако Россия перегнула палку, сказал этот разведчик, и Асад четко заявил Сергуну, что у России в Сирии нет будущего, если он уйдет с поста президента.


В своих контактах с Кремлем Асад следует стратегии сталкивания одной иностранной державы с другой. В данном случае его козырная карта — это Иран. Россия уже давно нервничает по поводу усиливающегося регионального влияния Тегерана в ущерб ее собственному.


Близкие к сирийскому режиму люди говорят, что намерения России в Дамаске какое-то время расширялись. «То настроение радостного возбуждения, которое царило с приходом России, какое-то время сохранялось, но потом стало угасать, и у людей появился пессимизм, — сказал один дамасский бизнесмен. — Люди Асада стали понимать, что если большой брат их защищает, он также может предъявлять им свои требования».

Асад также весьма усердно избавляется от всех тех влиятельных людей, которые могут создать альтернативу его руководству.

Исчезновение алавитского диссидента Абдель Азиза аль-Хейра (Abdelaziz al-Kheir) стало ярким тому подтверждением, говорит аналитик по Сирии из университета штата Оклахома Джошуа Лэндис (Joshua Landis).

Аль-Хейр был одним из лидеров Национального координационного органа, который является политической группировкой, нацеленной на переговоры с Асадом в интересах демократических перемен. По словам Лэндиса, Аль-Хейр был из известной семьи, живущей в родном городе Асада.

«В 2012 году он поехал в Москву, а затем отправился в Пекин. Всем было понятно, что это смотрины, и что его проверяют как потенциальную алавитскую замену нынешнему режиму, который сможет успокоить общину алавитов», — сказал Лэндис. Когда Аль-Хейр вернулся в Дамаск, его увезла из аэропорта служба безопасности.

«Похоже, это был знак, что Асад не позволит России подбирать для Сирии нового президента», — добавил Лэндис.

Москва была недовольна. «Стало ясно, что в рамках будущего политического урегулирования Асад в какой-то момент должен уйти в отставку, хотя, как нам кажется, сейчас пока не решено, когда это должно произойти, — сказал один авторитетный российский специалист по Сирии, участвующий в дипломатических усилиях Москвы. — С тех пор, как президент Асад побывал в прошлом году в Москве и был принят нашим президентом, его отношение становится все более неприемлемым, а это мешает нашим усилиям по поиску политического решения».

Но как отмечают многие эксперты по внешней политике, Кремль также весьма прагматичен, и цель его интервенции — это не только защита сирийского лидера, но и демонстрация своей силы на международной арене.


Дмитрий Тренин, возглавляющий Московский центр Карнеги, сказал: «Для Путина интервенция в Сирии никогда не была операцией по сохранению Асада у власти. Главное для него — чтобы американцы признали ключевую роль России в урегулировании этого конфликта, и это достигается через венский процесс».

«Но подготовка переворота в Сирии кажется преждевременной. Я не вижу, как это поможет политическому процессу, когда там недостаточно оппозиционеров, которые смогут признать режим, если у него будет другой номинальный руководитель».

Между тем, говорит один британский дипломат, не имея приемлемой стратегии ухода, Россия, похоже, наращивает свое военное вмешательство, отдаляя перспективу достижения мира путем переговоров.