Охотящиеся за иностранцами вооруженные люди убивают японского специалиста по сельскому хозяйству на севере Бангладеш и итальянского сотрудника организации помощи в столице Дакке. 24 мусульманина-шиита становятся жертвами взрыва бомбы в Пакистане. В Индонезии в торговом центре Джакарты в ходе нападения на кафе Starbucks расстреляны восемь человек. В популярном индуистском храме в Бангкоке срабатывает взрывное устройство, в результате чего гибнут 20 человек, в том числе, пятеро китайских туристов.

Террористические акты последних месяцев, ответственность за которые берет на себя ИГИЛ или приверженцы этой организации, свидетельствуют о том, что эта экстремистская группировка исламистов-суннитов и ее жестокая и ультраконсервативная идеология успешно распространяют свое влияние с Ближнего Востока и Европы на Азию.

В мире мгновенных интернет-соединений и социальных сетей рост популярности бренда ИГИЛ среди молодых азиатских исламистов не должен вызывать удивления. В Азии проживает около миллиарда мусульман, или почти две трети от их общего количества в мире, и в прежние десятилетия по ней тоже прокатывались волны радикализации.

Общеизвестно, что поддержанный США и Саудовской Аравией джихад, члены которого в 1989 году изгнали советские войска из Афганистана, породил режим исламистов-талибов и «Аль-Каиду» Усамы бен Ладена.

В первом десятилетии нового тысячелетия мир стал свидетелем взрывов бомб на индонезийском Бали в 2002 году, когда погибло более 200 человек, а также террористического нападения с территории Пакистана на индийский город Мумбаи в 2008-м.

Однако то обстоятельство, что такие вещи случались и раньше, лишь усиливает тревогу среди азиатских и западных правительств по поводу последнего масштабного всплеска исламистского террора, который подпитывается за счет своих онлайновых вербовочных кампаний и пользуется поддержкой многочисленных местных эстремистских группировок, чьи лидеры находятся под впечатлением от ИГИЛ и от его войны в Сирии и Ираке.

Анализ рисков, проведенный консалтинговой группой IHS, говорит о том, что теракты в Париже в ноябре прошлого года продолжают выдавливать азиатские исламистские группировки на юг, в объятия ИГИЛ. Это и остатки «Аль-Каиды», и пакистанский «Талибан», и «Джамаат уль-Муджахеддин» в Бангладеш.

Омар Хамид (Omar Hamid) написал в этом аналитическом докладе о рисках, что такие группировки не получают от ИГИЛ прямую помощь и вынуждены рассчитывать на собственные силы, осуществляя атаки на иностранцев, правительственные и военные объекты, а также на религиозные меньшинства.

«Тем не менее, из-за энтузиазма, возникшего среди джихадистов в связи с парижскими атаками, в ближайшие шесть месяцев велика вероятность роста числа терактов», — отметил он.

Западные страны особенно обеспокоены ситуацией в России и Центральной Азии, которые стали важным источником поставки иностранных боевиков в ряды ИГИЛ на Ближнем Востоке, а также способствуют радикализации других регионов Азии.


«Охватившая всю Азию радикализация вызывает серьезные опасения у соответствующих государств, — говорит один западный представитель. — По сути дела, произошла глобализация радикального ислама в лице „Даиш“ (ИГИЛ)…хотя мы по-прежнему имеем множество местных брендов».

Череда террористических нападений, включая атаки в Джакарте и убийства либеральных писателей на улицах Бангладеш, может положить конец представлению о том, будто азиатские мусульмане менее склонны к радикализации, чем их единоверцы на Ближнем Востоке.

Действительно, индонезийский ислам, например, зачастую испытывает на себе влияние индуистских и прочих доисламских традиций. Но это не мешает пуританским суннитским организациям типа «Аль-Каиды» и ИГИЛ находить рекрутов, преисполненных желания убивать невинных людей любого возраста и религии.

В Южной Азии, где центром является Индия с ее индуистским большинством, живут миллионы таинственных, влюбленных в музыку суфитов. А мусульманские традиции там разнообразны, толерантны и синкретичны, например, в Индонезии.

Однако в Пакистане с 2003 года в ходе терактов и государственных репрессий погибло почти 60 000 человек из числа мирного населения, сил безопасности и боевиков. Почти все жертвы — мусульмане.

В равной мере, трудно себе представить хотя бы одну азиатскую страну — за исключением, пожалуй, гималайского королевства Бутан — которую не задело усиление ИГИЛ, и где не начался бы исход части граждан в Сирию и Ирак на войну за дело «Исламского государства».

Есть информация, что с архипелага Мальдивы в Индийском океане, куда любят ездить состоятельные туристы, воевать за ИГИЛ уехали около 200 боевиков. По данным Soufan Group, это один из самых больших контингентов в пропорции к общей численности населения страны.

Внутренние факторы

Радикализации может способствовать то, что некоторые азиатские страны и общества с мусульманским большинством, например, Малайзия и Пакистан, имеют тенденцию навязывать или принимать все более консервативные правила. Но ни усиление консерватизма, ни привлекательность ИГИЛ отнюдь не означают, что азиатские мусульмане это монолитная группа, обреченная на дальнейшую радикализацию.

Анализ ведущих азиатских стран показывает, что они находятся под влиянием множества факторов, включая этнический сепаратизм, политические споры, исламизм, религиозный фанатизм, а также глубоко укоренившуюся неприязнь к Западу.

В некоторых странах ИГИЛ — лишь самая молодая сила, присоединившаяся к давно уже начавшейся кампании экстремизма. Так, в Афганистане, где поддерживаемое Западом правительство президента Ашрафа Гани безуспешно пытается обеспечить безопасность, ИГИЛ борется за влияние с «Талибаном», «Аль-Каидой» и прочими суннитскими группировками.

Есть признаки того, что закрепившиеся в Пакистане группы боевиков стремятся создать альянс с ИГИЛ. 13 декабря в шиитском городе Парачинар взорвалась бомба. Если бы осуществившая взрыв группировка не заявила, что это месть за «убийство невинных мусульман в Сирии», атаку можно было бы назвать очередным примером межконфессионального насилия. Но организацию «Лашкар-е-Джангви» уже долгое время подозревают в том, что она стремится стать отделением ИГИЛ.

«„Лашкар-е-Джангви“ упорно пытается вступить в ряды „Даиш“. Им нужны деньги и оружие», — говорит один представитель разведслужб.

Незадолго до прибытия на прошлой неделе в Нью-Дели французского президента Франсуа Олланда индийская полиция задержала 14 человек, подозреваемых в симпатиях к ИГИЛ. В Индии проживает 170 миллионов мусульман, и это самый крупный мусульманский контингент в пределах одной страны; но их редко считают экстремистами, и воевать в Сирию поехало лишь несколько десятков человек.

«О большинстве индийцев, увлекшихся „Даиш“, нам сообщили их родственники или местные общины, — заявил недавно в своем выступлении бывший советник по национальной безопасности Шившанкар Менон (Shivshankar Menon). — Но нас должно беспокоить то, что еще 10 лет назад мы могли с гордостью говорить, что в „Аль-Каиде“ нет ни одного индийца. Сегодня мы уже не можем так говорить».

В Бангладеш в прошлом году стали заметны две разновидности террористической деятельности исламистов. Во-первых, филиал «Аль-Каиды» под названием «Ансарулла Бангла Тим» убил пятерых либеральных писателей и атеистов, а также распространил список приговоренных им к смерти, где гораздо больше имен. Во-вторых, ИГИЛ заявляет о многочисленных взрывах и нападениях на иностранцев, полицейских и мусульман-шиитов, а также хвастается «возрождением джихада в Бенгалии».

В прошлом месяце Сингапур объявил о том, что арестовал 27 работавших на его стройках бангладешцев за поддержку идеологии «Аль-Каиды» и ИГИЛ.

Между тем, власти Малайзии заявляют, что они раскрыли несколько заговоров, и выражают обеспокоенность тем, что многие малазийцы уезжают воевать за ИГИЛ. Правящая в стране Объединенная малайская национальная организация пытается заручиться поддержкой у сельских жителей и для этого подчеркивает свою исламскую направленность.

Альянс жаждущих

Короче говоря, вполне может быть, что ИГИЛ взял Азию в перекрестье своего прицела. В последнем номере его журнала «Дабик» говорится о том, что ислам покоряет или вновь завоевывает «поклоняющихся коровам индусов и безбожных китайцев, действуя с территории «Хорасана» — воображаемой исламской земли с центром в Афганистане и западном Пакистане.

© AP Photo, Rased News Network via AP, File
Боевик «Исламского государства» во время боя с сирийскими государственными войсками в городе Дейр эль-Зур


Но Азия важна для ИГИЛ не настолько, насколько бурлящий Ближний Восток или заманчиво уязвимые и близкие страны Европы.

На самом деле, азиатские боевики иногда с огромным энтузиазмом говорят о связи с ИГИЛ, хотя это не всегда соответствует действительности, так как перегруженные сверх меры лидеры «Исламского государства» принимают в свои ряды далеко не всех. ИГИЛ — это лишь одна из многих экстремистских суннитских группировок в Азии, а ее идеологи очень часто подвергают осуждению и нападкам организации типа «Талибана», которые в идеологическом плане почти неотличимы от самого «Исламского государства».


«Экстремизм в этой части света очень многогранен, и провести черту здесь чрезвычайно сложно, — говорит Сидни Джонс (Sidney Jones) из некоммерческой организации International Crisis Group. — Не думаю, что руководство ИГИЛ заинтересовано в Юго-Восточной Азии. Как мне кажется, индонезийцы, воюющие в Сирии на стороне ИГИЛ, в большей степени хотят показать, насколько они значимы».

Мало кто из аналитиков считает, что исламистские радикалы создали непосредственную угрозу существованию азиатских стран. Надо сказать, что именно такая угроза стабильности Пакистана со стороны доморощенных суннитских экстремистов вынудила вооруженные силы этой страны начать боевые действия против тех группировок, которые они сами помогали создавать. Но Исламабад не хочет бросать на произвол судьбы тех джихадистов, которых считает полезными: это силы, дестабилизирующие соседнюю Индию и Афганистан.

Подобно Индонезии и некоторым другим азиатским странам, Пакистан может сегодня похвастать определенными успехами в подавлении жестоких радикалов, стремящихся осуществлять нападения на своих сограждан. К сожалению, после терактов в Париже, Стамбуле, Бангкоке и Джакарте это мало кого утешит.

Региональная картина: местные группировки под влиянием исламистских сил

Китай

Там действует группировка под названием «Исламское движение Восточного Туркестана». Пекин активизировал действия против этого повстанческого движения в северо-восточном Синьцзян-Уйгурском автономном районе, где проживают 10 миллионов мусульман-уйгуров, сделав это после резни на вокзале в Куньмине в 2014 году. В этом нападении Пекин обвинил «сепаратистов».

Пакистан

Там действуют такие организации, как «Лашкар-е-Джангви», «Джаиш-е-Мухаммад», «Техрик-е Талибан Пакистан». Последняя проводит нападения сама и посредством связанных с ней многочисленных группировок. Один сотрудник разведки заявил, что «Лашкар-е-Джангви» «упорно пытается вступить в ряды „Даиш“».

Афганистан

Там действуют: афганский «Талибан», «Сеть Хаккани», «Исламское движение Узбекистана».
Правительство без особого успеха пытается обуздать беззаконие, последствия которого ощущает на себе Пакистан, а также Центральная Азия и Китай.

Индия

Там действует террористическая организация «Индийские муджахеддины». Считается, что из 170 миллионов проживающих в Индии мусульман на войну в Сирию отправились всего несколько десятков. Но на прошлой неделе индийская полиция задержала 14 человек, подозреваемых в симпатиях к ИГИЛ.

Бангладеш

Группировки: «Ансарулла Бангла Тим», «Джамаат уль-Муджахеддин». «Ансарулла Бангла Тим», являющаяся филиалом «Аль-Каиды», убила несколько либеральных писателей и атеистов, а связанные с ИГИЛ группировки взяли на себя ответственность за серию недавних террористических нападений.

Таиланд

Там действует «Национальный революционный фронт». Многолетнее повстанческое движение, в котором принимают участие преимущественно малайцы-мусульмане, уничтожило тысячи человек. В причастности к августовскому нападению на храм в Бангкоке подозревают уйгуров из Китая.

Индонезия

Группировки: «Джемаа Исламия», «Моджахеды Восточной Индонезии». Несмотря на недавнюю атаку в Джакарте, количество серьезных террористических актов там по-прежнему невелико. Однако власти опасаются, что возвращающиеся боевики могут возродить местные экстремистские группировки.

Малайзия
Группировка «Катиба Нусантара». Власти Малайзии сообщают, что им удалось сорвать несколько заговоров. Но они выражают обеспокоенность тем, что многие жители этой умеренной мусульманской страны уехали в Ирак и Сирию воевать на стороне ИГИЛ.

Филиппины
Группировки: «Абу Сайяф», «Исламский фронт освобождения моро». Есть опасения, что неспокойный южный остров Минданао станет «безопасным убежищем для беглецов из этого региона, а также поставщиком оружия», сказал один аналитик по вопросам безопасности.

Свой материал для статьи предоставили Фархан Бухари (Farhan Bokhari), Джозеф Олчин (Joseph Allchin), Майкл Пил (Michael Peel), Дживан Васагар (Jeevan Vasagar) и Том Митчелл (Tom Mitchell).