Начало переговорному процессу по сирийскому кризису положено, и пока нет единого мнения — можно ли этот поворот квалифицировать в качестве многообещающего или нет? Можно не сомневаться, что переговоры по кризису во многом повторят судьбу многоэтапного переговорного марафона вокруг иранской ядерной программы. А может, они переплюнут их. Уж слишком много акторов намереваются схлестнуть позиции в рамках проблемы.

С иранским атомом за столом обсуждений были две стороны — Тегеран и представляющая интересы сообщества так называемая «шестерка».

А тут претендентов на выбивание преференций ради реализации собственных интересов — хоть отбавляй.

По самым скромным оценкам около тридцати государств, не считая непосредственных участников боевых действий, представляют ряд наиболее активных заинтересованных сторон. А есть еще и длинная скамейка участников опосредованно заинтересованных сторон, которые только и ждут разблокирования проблемы ради осуществления коммерческих и других проектов в перспективном регионе.       

При любых раскладах судьба политических и экономических, не говоря о социально-гуманитарных планах, будет зависеть от того, насколько быстро воцарится мир. Судя по началу женевского действия, гранды мировой политики реально осознают, что время силовых оборотов на излете, и впору заострить внимание на возможностях дипломатии. И это не мешает подводить предварительные итоги первого горячего акта.

Видимый конец войны

Интенсивность на полях сражений несколько спадает, и это стало возможным благодаря преимуществу, раздобытому коалицией, возглавляемой Россией. Удары военно-космических сил за 4 месяца склонили чашу весов в пользу сил, противостоящих ИГИЛ.

Но расклад сил на геополитическом поле более сложен, и говорит о том, что закулисные благодетели джихадистов не собираются сбавлять обороты. Это означает, что подпитка радикалов не только продолжится, но и будет диверсифицироваться.  

Саудовская Аравия все еще не отказалась от ставки на победу цветной революции в растерзанной войной Сирии. Главное требование, которое озвучивает команда радикалов, поддерживаемых Эр-Риядом, остается в силе — Башар Асад должен уйти. Собственно, потому и до последнего момента судьба дебюта женевского процесса была под вопросом.

Высший комитет по переговорам (ВКП), расквартированный в саудовской столице, не может себе позволить выйти за рамки, определенные лидерами  королевства. Изначально ВКП громогласно заявил о своем «нежелании быть участником провального процесса».

Источники свидетельствуют, что гарантии, данные Вашингтоном, сыграли ключевую роль в смягчении позиции этого крыла сирийской оппозиции. Однако согласие на участие еще не означает, что финансируемые Эр-Риядом группы, среди которых наиболее непримиримой позицией выделяется «Армия ислама», будут играть стабилизационную партию по чужим нотам. У них своя партитура, и тональность в ней задает ставка на перехват инициативы у более или менее умеренных групп, чтобы застолбить за собой ведущую роль.  

Эр-Рияд уже не первый десяток лет упорно ставит на популяризацию салафизма, как своего главного идеологического оружия. И пока у него хватает материальных возможностей для упрочения крайнего течения в отдаленных от страны регионах, процесс он ведет с завидной настойчивостью.

Однако на сегодня очевидной и неотвратимой неизбежностью является надвигающееся военное поражение ИГИЛ. Не сегодня-завтра Аль-Багдади со своей кликой покинет север Сирии и Ирака, и дабы не стать заложником положения, когда все возможные альтернативы станут иллюзией, Эр-Рияд попытается отвоевать для себя выгодные условия для поствоенного времени, чтобы не остаться ни с чем.

По самым скромным подсчетам сирийская партия обошлась Эр-Рияду в 22 миллиарда долларов. Этот куш разлетелся по сторонам, а реальных преференций саудитам собрать так и не довелось. Молодая поросль политиков из королевского двора, играющая ва-банк, намеревается спровоцировать взлет котировок мирных акций. Насколько в этом она преуспеет, зависит не только, да и не столько от саудитов.

Традиционные лоббисты Эр-Рияда заметно изменили отношение к процессам в жгучем регионе, отсюда и смена приоритетов.  

Орудия дипломатии расчехлены

Турция, как непосредственно заинтересованный актор, пока может себе позволить тактический праздник, ибо курды Сирии не допущены на женевский формат. Похоже, сами курды по этому поводу особенно и не горюют. Их действия, если судить по заявлениям Салеха Муслима, показывают, что не имеет смысла раньше времени нажимать на спусковой крючок дипломатического оружия.

Будучи в позиции дееспособных сил, которым удалось продемонстрировать боевую мощь ИГИЛу, они сейчас находятся не только на эмоциональном, но и на политическом подъеме. Составляя 15%-ую часть от общего населения Сирии и будучи консолидированным этническим срезом, курды не распыляют ресурсную базу и не отвлекаются на досужие пререкания с недоброжелателями.

Недавний визит Джо Байдена в Турцию не только оставил горький привкус во рту руководителей страны, но и обозначил череду трудноразрешимых для связки Эрдоган-Давутоглу задач. Главной из них стал как раз курдский вопрос с его двуединой составляющей. С одной стороны Анкара блокирует  курдов на юго-востоке страны, на корню подавляя любые проявления свободомыслия. С другой стороны турецкие лидеры в контексте участия сирийских курдов в женевском проекте просто шарахаются, демонстрируя завидную непоколебимость.  

В свете повышенной чувствительности американский вице-президент не только не стал аплодировать антикурдским заявлениям своих визави, а просто решил обойти тему стороной. На деле же Вашингтон не только оказывает знаки внимания курдам региона, а всячески подыгрывает им, видя в них реальную силу, на которую можно делать завышенные ставки.  
      
При всех нерадостных перипетиях Анкара продолжает синхронизацию действий с Эр-Риядом, видя в этом единственную возможность для сохранения лица, позиций и возможности заполучить дивиденды.  

Парадоксально, что потеря ею стратегических позиций продолжается. На днях рухнули последние надежды на нормализацию отношений с Тель-Авивом. Последний в сирийской партии с самого начала держался поодаль от всех с видом на нейтралитет, и уж тем более не имел планов на согласование подходов с Анкарой.

В свете непростых региональных геополитических катаклизмов Анкара надеялась на газовый прорыв с Израилем, не отказываясь от своих предварительных условий в связи с долгожданным примирением. Так, Тель-Авив так и не согласился с условием разблокирования Газы, задвинув в задний ящик и всю тему восстановления отношений с Турцией.

А визит израильского премьера Нетанияху на Кипр и вовсе похоронил хрупкие ожидания вокруг слияния усилий на энергетическом поприще.  

Таким образом, Турция так и не смогла переоформить свою роль из второстепенной в профилирующую. Потому на формирующийся ныне порядок возможности ее влияния в лучшем случае останутся такими же скудными, каковыми они является на данный момент.  

Фавориты как они есть

Открытие второго антишиитского фронта, на который так страстно рассчитывали некоторые региональные страны, так и не состоялось. Да и шансов на реализацию этого плана ничтожно мало. Благо супер силы, по достоинству оценив реальные возможности ключевых региональных субъектов, взвесив тонкости момента, отыграли план назад. Это важно потому, что большой и богатый регион долго оставаться в подвешенном состоянии не может.  

США и Россия, как ведущие силы, понимают важность переустройства регионального порядка. На фоне нормализации атмосферы вокруг Ирана и появления предпосылок для возвращения России в орбиту предсказуемых отношений с Западом важна наработка реального инструментария в выстраивании принципиально новой ближневосточной композиции.

Вездесущие источники свидетельствуют, что вопрос ухода с политической сцены Асада уже является делом времени. США между тем отказались от плана раздела Ирака на три части. Ведущие между собой гибридные войны Иран и Саудовская Аравия с Турцией похоже исчерпали геополитический запал, и теперь не остается ничего, кроме как делать заготовки для мирного периода.   

Бесспорно, на большее вправе рассчитывать те, кому удалось пережить непростой и вязкий период войны в Сирии и Ираке с наименьшими  физическими и имиджевыми затратами.

До того, как иранский президент Хасан Роухани вел переговоры в Европе, в Москве потчевали эмира Катара Тамима. Параллельно шли и другие раунды вокруг раскладывания нового пасьянса в регионе, где, казалось, война всех против всех не завершится, пока не наступит один большой на всех коллапс. Ан нет!

Крепи сдерживания никуда не делись, и они вовремя сработали. На сегодня не вызывает сомнений одно — первая горячая фаза сирийской, да и иракской трагедии, обнажила возможности сильных и дееспособных, но она также выявила слабости и узкие места тех, чьи амбиции во много крат превосходили возможности.

Это означает, что за сильными будет больше преимуществ в обстоятельном диалоге, без которого не обойтись. Нынешний женевский формат — это только предтеча большого действия, которое обязательно затронет судьбу будущего одного большого Ближнего Востока. Важные роли останутся за теми, кто без натяжек тянет на роль строителей системы.