Политические процессы на Ближнем Востоке развиваются крайне интенсивно. Одновременно с этим тактика отдельных стран и политических коалиций представляется весьма запутанной. Россия — одна из тех держав, которые не так давно предприняли военную кампанию в регионе и таким образом стали играть совершенно иную роль в ближневосточной политике. Эта страна добивается еще большего развития своих отношений с региональными державами и старается играть роль активного участника в решении ближневосточных проблем, связанных с политикой и безопасностью. Принимая во внимание недавнее обострение отношений Ирана с Саудовской Аравией и пытаясь проанализировать на этом фоне суть тактики России на Ближнем Востоке, мы взяли интервью у ведущего эксперта, занимающегося проблемами развития России, Махмуда Шури (Mahmud Shuri).

IRAS: В связи с нынешней ситуацией в отношениях между Ираном и Саудовской Аравией как можно охарактеризовать основные направления деятельности России и отношение этой страны к сложившемуся положению?

Махмуд Шури: В ближневосточном регионе Россия добивается многих самых разных целей, поэтому создается впечатление, что она стремится установить прочные сбалансированные отношения с Ираном, но при этом поддерживать соответствующие связи и с другими региональными державами. Правда, то, что произошло в ходе военной операции России в Сирии после уничтожения российского истребителя, фактически поставило крест на отношениях Москвы с Анкарой. Однако в целом русские стараются поддерживать свои отношения со всеми региональными государствами на должном уровне. Касательно Саудовской Аравии стоит отметить, что, хотя в прошлом Россия и не имела с ней особо развитых отношений, в последние годы российские власти пытаются наладить контакты и с этим партнером. С другой стороны, Королевство Саудовская Аравия тоже желает путем развития своих отношений с Россией влиять на ее политику на Ближнем Востоке. В связи с этим на первый план выходит в том числе и вопрос о саудовских инвестициях в российскую экономику. В результате этого Россия закрывает глаза как минимум на некоторые действия саудовских властей.

В отношении последних событий, произошедших между Ираном и Саудовской Аравией, стоит отметить, что русские, не имея желания вступать в полемику по поводу соблюдения прав человека, слабо отреагировали на действия саудовской стороны, однако строго осудили то, что произошло в Иране (имеется в виду атака на посольство КСА в Тегеране). Общественное мнение Ирана не ожидало, что российские власти выступят с таким резким заявлением против нашей страны. Россия как одно из ключевых государств, входящих в состав ООН, и постоянный член Совета Безопасности была вынуждена прореагировать на события в столице Исламской Республики. Вместе с тем, иранским экспертам и аналитикам не понятно, почему ее заявление было настолько резким. По всей видимости, таким образом Россия стремилась продемонстрировать свою ответственность и укрепление отношений с Саудовской Аравией.

Вероятнее всего, используя недавние события в регионе, российская сторона прилагает усилия для того, чтобы каким-то образом сохранить свои связи с саудовцами. Она делает это ради того, чтобы обеспечить для себя определенную выгоду, упущенную после разрыва отношений с Турцией. Сохранение и развитие связей с Саудовской Аравией может стать для России хорошим подспорьем для решения ее экономических проблем, вызванных прекращением контактов с Турцией. Как бы то ни было, эти условия можно считать одним из мотивов поведения Россия в данной ситуации.

— Можно ли утверждать, что неожиданная резкость заявления России, на которую Вы только что указали, была вызвана воспоминаниями русских о нападении на их собственное посольство в Тегеране еще в 1829 году?

— Да, конечно, для русских данный инцидент служит напоминанием о далеком прошлом. В России до сих пор принято отмечать День дипломата в тот самый день, когда был убит глава русской миссии в Тегеране Александр Грибоедов, память о котором чтут в этой стране. В любом случае это черная страница истории отношений России и Ирана, и очевидно, что отношение российского руководства к недавним событиям в Тегеране обусловлено в том числе и прошлым негативным опытом.

— Некоторые эксперты и наблюдатели связывают отношение России к недавним событиям на Ближнем Востоке и напряженность между Ираном и Саудовской Аравией с резким снижением цен на нефть за последние несколько месяцев и желанием российской стороны установить подходящие отношения с саудовцами. Как вы оцениваете подобную точку зрения?

— Как бы то ни было, проблема нефти тоже относится к числу тех тем, которые должны обсуждаться в ходе контактов России с Саудовской Аравией. Разумеется, одна из целей русских — не допустить еще большего снижения нефтяных цен за счет более активного сотрудничества с Королевством. Пока что российской стороне не удалось добиться в этом направлении желаемых результатов. Одновременно с этим русские считают, что обострение их противоречий с Саудовской Аравией может еще больше усугубить сложившуюся ситуацию и создать для них куда более трудные условия. Скорее всего, сейчас в российско-саудовских отношениях наиболее заметную роль играет экономический фактор. По крайней мере, вполне очевидно, что русские не желают обострять свои отношения с саудовцами и тем самым создавать для себя еще больше проблем.

— С одной стороны, за последние месяцы в плане характеристики нынешнего состояния российско-иранских отношений звучат предположения и даже уверенные заявления о том, что они являются стратегическими или, по крайней мере, становятся таковыми. Однако с другой стороны, мы становимся свидетелями участившихся визитов в Россию политических представителей арабских стран Ближнего Востока. Одновременно с этим Турция, несмотря на напряженность своих отношений с Россией, добивается еще большего расширения сотрудничества с арабскими государствами и особенно Саудовской Аравией. Как связана эта ситуация с якобы стратегическими отношениями между Россией и Ираном и ролью последнего в качестве региональной державы? Можно ли это считать своего рода охлаждением России к Ирану и обращением к Саудовской Аравии с ее возможностями в плане региональной и международной политики?

— Как я уже говорил, Россия — это такая страна, у которой множество самых разных целей в ближневосточном регионе. У России, как и у любой другой страны, могут возникать кризисы в отношениях с тем или иным государством. Что касается российско-иранских отношений, то можно сказать, что, хотя в разные периоды на них влияли некоторые внешние факторы, как, например, политика Запада или определенная тактика арабских государств, эти отношения крайне важны как для Москвы, так и для Тегерана. Возможно, отношения двух стран никогда не будут стратегическими, однако со стратегической точки зрения последствия российско-иранского сотрудничества на региональном уровне и в международной политике будут определяющими. Иначе говоря, двусторонние отношения между нашими странами не настолько развиты, чтобы их характеризовать как стратегические, тем не менее их важность настолько велика, что имеет ключевые стратегические последствия. Для доказательства данной точки зрения приведем пример Сирии. Возможно, там представители России и Ирана не действуют полностью согласованно друг с другом, но этого от них никто и не ждет. Однако сотрудничество и определенные отношения, установившиеся между двумя странами в Сирии, на практике имеют весьма серьезные стратегические последствия для решения кризиса и в состоянии изменить баланс сил в Арабской Республике.

Следует также обратить внимание на тот факт, что улучшение отношений России с арабскими государствами вовсе не обязательно должно означать разрыв связей с Ираном. Российско-иранские отношения имеют свои специфические основания, и их развитие или ослабление зависит только от наших стран. Для России арабские страны не могут заменить Иран. Россия, в свою очередь, — тоже не настолько заманчивый вариант для арабов, чтобы они ради нее отказались от политических связей с Западом. Таким образом, у меня не создается впечатления, что те подвижки, которые происходят сейчас в отношениях России с арабскими государствами, будут иметь столь значительное влияние на ее связи с Ираном. Этот процесс ни в коем случае не стоит расценивать как негативный фактор для развития российско-иранских отношений или же воспринимать его в качестве их дестабилизатора.

— Мы благодарим вас за то, что Вы приняли приглашение Центра изучения Ирана и Евразии, уделили нам свое время и подробно ответили на все наши вопросы.