Да, в Турции нарушаются права человека. Да, в Турции ограничена свобода печати. Тем не менее, эта страна ведет себя в большей степени по-европейски, чем многие европейцы.

Берлин — Счастлива Германия, правительство которой все еще в состоянии днями напролет обсуждать вопрос о том, могут ли пара сотен въехавших самостоятельно молодых людей пригласить затем к себе родителей. Турция была бы счастлива иметь такого рода проблемы на фоне десятков тысяч беженцев из разрушенного в результате бомбовых ударов Алеппо.

Счастлив Европейский Союз, который уже в течение нескольких месяцев может себе позволить затягивать решение вопроса о распределении 160 тысяч беженцев между своими членами. Это соответствует количеству людей, которые, судя по всему, в течение нескольких дней, могут появиться на турецкой границе, если бои в Сирии будут продолжаться с той же интенсивностью, как в последнее время.

Турция является формальной демократией с большими недостатками. Права человека там не соблюдаются, свобода печати ограничена. Жестокие действия правительства страны в отношении курдов являются разрушительными в политическом отношении. Все это такие недостатки, которые совершенно не соответствуют самоидентификации Европейского Союза. Вместе с тем, Турция приняла такое количество беженцев, которое должно было бы вызывать чувство стыда у многих европейских глав правительств. Если гуманность все еще среди европейских ценностей, то Турция уже давно ведет себя в большей степени по-европейски, чем многие европейцы.

Оба государства имеют нечто общее — у них мало хороших друзей

Поэтому и сложно, и законно вести переговоры с Турцией. Встречи между Ангелой Меркель и Ахметом Давутоглу в последнее время достигли такой частоты, как в лучшие времена Европы это происходило со встречами федерального канцлера с французским президентом.
Привилегированное партнерство, которое когда-то было отдаленной целью для Меркель в отношениях с Турцией, уже стало реальностью сегодня для Берлина и Анкары. Это, конечно же, связано с тем, что здесь разговаривают друг с другом два правительства, которые в настоящее время по совершенно разным причинам имеют нечто общее — довольно мало хороших друзей.

Для Меркель и для ее одиночной борьбы за ограничение количества беженцев без закрытия внутриевропейских границ Турция является самым важным партнером. Это переговоры, которые, по сути, должен был бы вести Евросоюз, но которые, в действительности, стали, прежде всего, двусторонним процессом в отношениях Берлина и Анкары — процессом сложным по своей структуре, напряженным и без гарантий на успех. Однако многие части Европы смотрят на предпринимаемые федеральным канцлером непростые усилия, как посетители пивного сада смотрят на осу, пытающуюся выбраться из пивной кружки.

В Германии многих беспокоит то, что страна может оказаться в слишком большой зависимости от Турции. Однако поток беженцев из Алеппо также свидетельствует о том, что и Турция нуждается в помощи. Таким образом, общая политика в отношении беженцев отвечает интересам обеих сторон. Однако возможности подобного дуэта будут ограничены, если к нему не присоединится остальная Европа. Нужно надеяться на то, что усугубляющиеся проблемы на сирийско-турецкой границе приведут здесь к переоценке подходов. И тогда, как бы цинично это ни звучало, в российских бомбардировках Алеппо окажется все же нечто хорошее.