Июльский саммит НАТО может оказаться своеобразной проверкой боевой готовности Владимира Путина и позволит с гораздо большей уверенностью утверждать, соответствуют ли действительности регулярно звучащие из Кремля претензии о якобы идущей «холодной войне». Иллюзий в отношении намерений России уже, пожалуй, не осталось, так как рассматриваются даже самые мрачные сценарии. Насколько они имеют под собой основание, очень скоро покажет жизнь.

Россия в характерном для нее стиле достает оружие самого крупного калибра и делает ставку на то, чтобы как можно больше напугать противника. На недавней конференции по безопасности в Мюнхене из уст премьера Дмитрия Медведева прозвучали очень сильные слова о том, что мы стали участниками «новой холодной войны», которая разыгрывается на наших глазах. Действительно ли ситуация стала настолько щекотливой и нам пора опасаться худшего?

Как полагает руководитель Института Восточной Европы Варшавского университета Ян Малицкий (Jan Malicki), тактика Кремля рассчитана на достижение конкретных целей. «Никто кроме России не использует формулировку, намекающую на то, что мы находимся в состоянии "новой холодной войны". Этот факт создает только и исключительно хозяин Кремля», — объясняет эксперт.

Три цели Москвы

Симптомы охлаждения отношений можно было заметить уже давно. «Действительно, отношения такого свойства, напоминающие холодную войну, мы наблюдаем достаточно долго. Не стоит только забывать, что причиной такого положения вещей стала Россия — из-за аннексии Крыма или действий в Донбассе, а теперь она своими заявлениями старается переложить вину на Запад», — говорит Малицкий.

Благодаря использованию риторики холодной войны, Москва может достичь трех наиболее важных для нее целей. «В первую очередь, Россия хочет не столько выиграть время, сколько сохранить лицо. Конечно, не на Западе, так как там, пожалуй, все видят, какова ситуация. Во-вторых, в постсоветских странах и в мире в целом она старается предстать в роли активного игрока, с которым все должны считаться. Движущая сила ее деятельности — желание заставить Запад отказаться от дальнейших санкций или более жестких действий», — перечисляет наш собеседник.

Какова ставка в игре Путина?

Самая крупная игра сейчас, как обращает внимание Ян Малицкий, касается Польши и НАТО. «Россия предпринимает попытки заблокировать масштабные решения июльского саммита НАТО в Варшаве, то есть в первую очередь сорвать планы по строительству элементов системы ПРО или по созданию баз НАТО на польской территории и в целом — в странах восточного фланга Альянса», — объясняет он.

Стремясь к намеченным целям, Владимир Путин обращается к старым, но проверенным и очень эффективным инструментам и методам воздействия. Но удастся ли ему достичь успеха? «На этот вопрос невозможно ответить со стопроцентной уверенностью. Можно только точно сказать, что он пытается. Также он занимается традиционной для российской политики вещью. Как это бывало и в советскую эпоху, он постоянно провоцировал войны в разных точках, вооружался против Запада, а одновременно изображал из себя защитника мира, выступал с компромиссными предложениями и протестовал против Запада, как угрозы мировому порядку», — рассказывает наш собеседник. 

Эта хитроумная игра стоила усилий, поскольку метод устрашения оказывается в итоге действенным. «С точки зрения политики такие действия выглядит разумно, ведь еще никто не прибегал к такому оружию, как угроза Третьей мировой войной. Первым об этом сказал (как мы понимаем, от имени Путина) Медведев. Но никто в западном мире не хочет войны глобального масштаба. Если российский премьер задает вопрос: нужно ли вам третье мировое потрясение, это очень резкие слова, это запугивание и сдерживание. В первую очередь речь идет о НАТО и саммите в Варшаве», — добавляет Малицкий.

Москва готовится к большой войне?

В контексте российской операции в Сирии и напряженных отношений с Турцией выдвинутый российским аналитиком Павлом Фельгенгауэром тезис о том, что Москва готовится к большой войне, приобретает особое звучание и уже не кажется преувеличением. «Разные аналитики и эксперты уже давно высказывают такое мнение. Такие голоса появлялись, например, в контексте масштабного развития в России танковых войск», — говорит Малицкий, указывая на одну закономерность. «Если страна развивает оборонительные вооружения, это значит, что она не готовится к наступлению. А если она развивает наступательные вооружения, значит, она думает о нанесении удара. Танки относятся к наступательным вооружениям, поэтому такие высказывания экспертов звучали уже раньше. Это, конечно, говоря коротко, не предвещает ничего хорошего», — предупреждает он.

Удар по Турции

Отвечая на вопрос о долгосрочных целях и стратегиях Владимира Путина в отношении Турции и риске эскалации напряженности в контактах между Москвой и Анкарой, эксперт говорит о плане создания Курдского государства. «Те, кто задавался вопросом, что же может Путин сделать Турции и почему он ей угрожает, уже все поняли. Ответом стало согласие на открытие представительства курдов в Москве — их посольства. Это удар, нацеленный в Турцию», — заключает он.

«Россия, по моему мнению, стремится разрушить государственное и граничное устройство Ближнего Востока и создать Курдское государство — в Ираке, части Сирии и, естественно, на части территории Турции. Это, в свою очередь, заставляет Анкару, одного из важнейших союзников НАТО в этом регионе мира, концентрироваться на ближневосточном вопросе», – добавляет наш собеседник.

Аналитик рисует мрачные сценарии будущего. «Я думаю, это еще не конец. Для всех было большим сюрпризом внезапное включение России в дела Ближнего Востока в Сирии, и я опасаюсь, что Москва готовит сейчас какой-то новый шаг, который нас всех удивит», — предупреждает он.
В свете происходящего в мире можно предполагать, что как аннексия Крыма, так и война в Донбассе были прелюдией к более масштабным действиям Владимира Путина.

«Мало кто говорит о Крыме и Донбассе»

Наш собеседник обращает внимание, что предпринимающиеся в Сирии, и не только там, шаги можно воспринимать, как «действия, призванные отвлечь внимание от того, что уже было сделано». «Как об Украине, так и о Крыме говорить почти прекратили, ключевой темой стали беженцы и миграция, масштаб которой подстегивает своими действиями Россия. Все размышляют, что будет дальше с миграционным кризисом, "Исламским государством", курдами или ситуацией на Ближнем Востоке, и никто уже не говорит про Крым, о том, что было нарушено международное законодательство, в границах Европы была совершена аннексия и так далее», — перечисляет он.

«В этом смысле Владимир Путин добился своей цели. Крым на всех картах станет частью России. Скоро таким же образом, возможно, перестанут говорить и о Донбассе. Но я не уверен, что это было прелюдией к более масштабному делу, в особенности к войне», — добавляет он.

Как полагает наш собеседник, Запад расплачивается сейчас за то, что не поддался на диктат Москвы. «Россия, как мне кажется, угрожает войной в ответ на то, что западный мир не стал тихо, покорно и мирно реагировать на действия Москвы, то есть на воплощение в жизнь ее неоимперского плана возвращения постсоветскому блоку прежней силы», — говорит Малицкий.

«Запад предпринял ответные шаги и начал защищаться, поэтому Москва отреагировала, в частности, прибегнув к запугиванию», — добавляет он. Кремлевский руководитель уже не раз обращался к таким инструментам. «Напомню, что Крым — это не первая история такого рода. Первой была война с Грузией и ее аннексия, не дословная, но приведшая к тому, что страна раскололась, и у нее отняли Абхазию и Южную Осетию. Это был первый этап — 2008 год», — напоминает аналитик.

«Только слепой мог поверить, что Россия не планирует дальнейшее наступление»

Проблема, однако, заключается в том, что об этом, как и о Крыме, сейчас мало кто помнит. «Тогда Запад (Польша была исключением) вообще не обратил на это внимания и не говорил об этом. В Тбилиси протестовал только Лех Качиньский (Lech Kaczyński) вместе с лидерами стран нашего региона, и, возможно, тем самым он спас Грузию. Запад в это время через президента Франции вел переговоры не о выходе войск из Грузии, не о завершении войны, не о том, что Грузию нужно оставить в покое, а о том, как успокоить Россию. И на время успокоить ее удалось», — рассказывает эксперт. «Мы помним, что спустя месяц с небольшим после войны с Грузией, когда только слепой мог верить, что у России нет никаких наступательных планов, как ни в чем не бывало состоялся саммит НАТО-Россия. Запад был тогда готов любой ценой закрыть глаза и делать вид, что он ничего не знает и не понимает, лишь бы укротить имперскую державу и обеспечить себе спокойствие», — добавляет он.

Запоздала реакция Запада

Эксперт обращает внимание, что политика уступок в отношении Владимира Путина была недальновидной, а действия Запада после грузинского конфликта оказались неэффективными, так как он не поверил Польше, предсказывавшей, что такая стратегия не принесет плодов. «Москва претворяет в жизнь свой план, в итоге это привело к дальнейшей эскалации в виде Крыма и Донбасса. Запад отреагировал лишь сейчас, и только эта реакция может оказаться тем, что остановит Россию», — подчеркивает он.

 

«Наиболее эффективными могут оказаться санкции и жесткая однозначная позиция Запада, который заявит, что он не потерпит дальнейших аннексий и будет защищать своих союзников», — добавляет Малицкий.

США — главный заслон для действий Москвы

Какую роль играют во всем этом искусном мировом раскладе Соединенные Штаты? Не слишком ли пассивно ведет себя Вашингтон в отношении действий Путина?

 

Наш собеседник обращает внимание, что излишне пассивным долгое время был Евросоюз, а не США. «Крупнейшие страны ЕС больше думали о торговле и бизнесе с Москвой, чем об угрозах и защите свободы европейских стран, в особенности, постсоветских. Их вообще не учитывали. На этом фоне Америка выглядит отлично», — отмечает он.

«Конечно, верно и то, что долгое время Америка, веря в Россию, делала мало, но именно она выступает основной силой, которая блокирует развитие деятельности Москвы», — говорит Малицкий.

Стратегическое значение российской операции в Сирии

В контексте роли Соединенных Штатов в отношениях с Россией Малицкий обращает внимание на огромное значение российской операции в Сирии. «Эти действия направлены на реализацию одновременно нескольких целей. Во-первых, Россия стремилась отвлечь внимание всего демократического мира от Крыма, и это удалось. Во-вторых, усилить хаос на Ближнем Востоке, что удалось тоже. Кроме того, подстегнуть миграционную волну, которая угрожает стабильности Европы, и разбить европейское единство: эта цель достигнута. Пятая цель – привести к тому, чтобы изгоя, то есть Путина и Россию, пришлось пригласить за общий стол, за которым сидят представители демократических государств, поскольку иначе вопрос Сирии решить невозможно. Здесь не все пошло гладко, так как США выступили против того, чтобы считать Москву равноправным участником дискуссии», — говорит эксперт.

«Только Америка и НАТО могут остановить Путина»

Единственным противовесом действиям Владимира Путина может служить активная позиция США и НАТО. Европейский Союз выглядит в этом контексте бледно. «ЕС подключается по мере своих возможностей и своей отваги, которая невелика, что связано со страхом перед избирателями, недостаточной военной силой и мечтами о торговых интересах. Поле для маневра есть в этом плане у США и НАТО. Только они могут остановить и сдержать Путина», — предупреждает Малицкий.

Какие решения будут приняты на саммите Альянса?

Отвечая на вопрос, изменит ли что-нибудь в отношениях с Россией июльский саммит НАТО, который пройдет в Варшаве, и будут ли на нем приняты какие-то важные для Польши и мира решения, эксперт говорит о связанных с этим событием надеждах. «Я глубоко в это верю. Как патриот я бы хотел, чтобы Польша была сильной и безопасной. Пока назвать ее мощной нельзя, мы, к сожалению, остаемся слишком слабой (особенно в экономическом плане) страной, чтобы создать хорошую оборонительную армию, сильную экономику и иметь большие деньги для активной политики в мире, а в особенности на Востоке, — отмечает он. — Раз мы входим в большой Североатлантический альянс, я рассчитываю, что мы получим поддержку от наших союзников, а в июле в Варшаве будут приняты решения, которые обеспечат Польше и соседним странам безопасность. Во-первых, это система ПРО, во-вторых, базы, о которых столько говорилось».

«Договора с Россией нет, она его нарушила»

Ян Малицкий полагает, что проблема, на которой сконцентрировался Запад, то есть Основополагающий акт Россия-НАТО 1997 года, на самом деле не является препятствием. «Я считаю, что любой дипломированный юрист может доказать, что этот документ утратил силу в первую очередь из-за того, что Россия его нарушила. Запад утверждает, что ничего не может сделать, поскольку он связан этим Актом. Между тем Россия в Грузии и особенно в Крыму очевидно его нарушила, —  говорит он. — Этот договор просто нужно разорвать, но раз никто не хочет этого делать и Запад пытается его придерживаться, хотя Москва нет, следует предпринять три шага: создать силы немедленного реагирования, о которых было столько разговоров в Ньюпорте, но пока их никто не видел; пригласить несколько десятков американских военных, чтобы они базировались в Польше; создать ротационные базы, то есть полностью оборудованные структуры с меняющимся военным составом и только этим отличающиеся от баз обычных. На это я рассчитываю в первую очередь».

Малицкий также не скрывает, что он возлагает большие надежды на самого президента Владимира Путина. «Я надеюсь, что он не оставит своих атак на Запад, а тот в связи с этим наконец предпримет действия по созданию трех вышеперечисленных вещей: сил немедленного реагирования, системы ПРО и баз в Польше и Румынии. Польша имеет здесь ключевое значение, потому что с чисто военной точки зрения неразумно создавать базы в странах Балтии. Их следует построить у нас, создав возможность для быстрой переброски сил в Прибалтику. Это возможно. Ведь у нас есть Сувалки или Белосток: всюду близко», — объясняет он.

Есть ли у Польши повод бояться?

Польша, по очевидным причинам, особенно внимательно следит за действиями Путина. Практика показывает, что мы способны предвидеть его шаги, при этом к нам не всегда прислушиваются на Западе, в частности, в США. Но есть ли у нас повод для опасений?

«Мы узнаем это в июле. Я считаю, что пока непосредственных причин для страха нет. Слова Медведева — это целенаправленное запугивание. Не потому, что Россия не может развязать войну, она на это способна. Но ее игра имеет конкретную цель: запугать, чтобы испугать, а не чтобы что-то делать», — говорит Малицкий.