Пока Турция переживает боль чудовищного теракта в Анкаре, во внешней политике происходят критически важные события.

Среди них — решение России о выходе из Сирии и провозглашение федерации сирийскими курдами.

*

Почему администрация Путина, неожиданным образом пришедшая на помощь Башару Асаду в Сирии 30 сентября прошлого года, опять в неожиданный момент уходит из региона?

Прежде всего России удалось повернуть ситуацию на поле боя в пользу Асада.
 
Россия, у которой до войны была только база в Тартусе, получила возможность сосредоточить свои средства ведения войны на авиабазе в Латакии.

Администрация Путина, под санкциями и в изоляции из-за украинского кризиса, выступила в роли важного игрока на Ближнем Востоке, которого нельзя не принимать во внимание.

Почему именно сейчас?

С другой стороны, Россия уходит не сразу.

Москва, несмотря на то, что у нее на прицеле не столько ИГИЛ, сколько оппозиция, сохранит в регионе силу в том объеме, который позволит продолжать кампанию в отношении «террористических групп».

Останется и система противоракетной обороны С-400, которая была развернута после самолетного кризиса в отношениях с Турцией.

Утверждается, что Путин, давая Асаду сигнал «мы больше не можем быть твоими солдатами, и остальное ты будешь решать сам», форсирует мирные переговоры.

Российский лидер не хочет, чтобы Россия увязла в Сирии в болоте, как Советы — в Афганистане.

Также возможно, что Путин, расходовавший на операцию по три миллиона долларов в день в период, когда цены на нефть достигли дна, решил прийти в себя за год до выборов.

Таким образом, все эти ходы могут быть тактическим предпочтением администрации Путина, который сделал своей политикой удивлять мир такого рода «сюрпризами».

*

Как вступление России в войну в Сирии изменило ситуацию на поле боя?

Асад окружил оппозицию в Алеппо, дошел до Идлиба под контролем оппозиции на севере страны, вернул контроль над 400 населенными пунктами, находившимися в руках оппозиции или ИГИЛ.

Бомбардировки России, можно сказать, стали настоящим ударом для оппозиции, поддерживаемой такими странами, как Турция и Саудовская Аравия.

А сирийские курды получили возможность при поддержке США и России расширить удерживаемые ими территории.

В результате разобщенность в стране и линии этнорелигиозного разлома стали еще более ярко выраженными.

Сирия распадется?

В то же время вмешательство России в события на поле боя в Сирии стимулировало стороны конфликта заключить перемирие и сесть за стол переговоров в Женеве.

До последнего момента Россия всячески настаивала на том, что сирийские курды тоже должны быть приглашены на переговоры в Швейцарии под наблюдением ООН.


Министр иностранных дел России Сергей Лавров отметил: «Если курдов выбросить из переговоров о будущем Сирии, то как можно рассчитывать, что они захотят оставаться в составе этого государства?»

Но, чтобы не беспокоить Турцию, сирийскую курдскую Партию «Демократический союз» (PYD), связанную с террористической организацией Рабочая партия Курдистана (РПК), как и некоторые другие группы, в Женеву не пригласили.

*

Когда представители режима Асада и оппозиции начали опосредованные переговоры в Женеве, появилась информация о том, что на конференции в Римелане сирийские курды стали обсуждать вопрос о провозглашении федерации в Сирии.

В заявлении для официального российского агентства «РИА Новости» представитель сирийских курдов в Москве Роди Осман (Rodi Osman) отметил: «В Женеве начались переговоры. Но нас, курдов, важную часть Сирии, к участию в них не пригласили. В этой связи мы видим один выход — объединить три кантона, находящихся под контролем курдов, и провозгласить создание федерации на севере Сирии».

А один из представителей PYD Ибрахим Ибрахим (İbrahim İbrahim) в беседе с газетой New York Times сделал следующее заявление: «Федерация позволит сохранить единство Сирии».

Сохранит ли федеральная структура целостность Сирии или же ускорит ее распад — покажет время.

Но она непременно повлияет на политические балансы в регионе.

*

С одной стороны, инициатива о создании федерации, озвученная в Римелане, привела к тому, что от Сирии, Турции и США последовали заявления похожего тона.

Представитель дамасского режима в Женеве отметил: «Попытки играть с инициативами, ведущими к разделу Сирии, обречены на провал».

Анкара возразила: «Это незаконно».

Представитель Госдепартамента США Марк Тонер (Mark Toner) заявил, что США не поддерживают какую-либо автономную или полуавтономную структуру в Сирии.

Но после того, как его спросили: «А если сирийцы пожелают разделиться на федеральные регионы?» — Тонер ответил: «Это решение, которое примут сами сирийцы».

Значит, идея федеральной Сирии полностью не отвергается.

Сирийская оппозиция не одобряет федеральную структуру.

Один из оппозиционных лидеров, Риад Хиджаб (Riad Hicab), полагает: «Мы поддерживаем децентрализацию, в рамках которой местные администрации будут обладать бóльшими полномочиями, но не федерализм. Федерализм разделит страну».

Если сирийские курды вслед за иракскими де-факто обретут самостоятельную структуру, это может вызвать беспокойство не только Турции, но и Ирана.

Тем не менее, очевидно, ситуация в Сирию уже давно поворачивается в сторону федеральной системы…