На прошлой неделе Сильвио Берлускони (Silvio Berlusconi) снова выступил в своей старой и хорошо отрепетированной роли. В этот раз речь шла об уничижительном высказывании в адрес беременной женщины. Оно прозвучало знакомым эхом дней прежней славы 79-летнего популиста, известного своими нападками на меньшинства, грубой ложью и бесстыдными порновечеринками.


Как известно, один из скандалов вокруг бывшего премьер-министра разыгрался в связи с огромной кроватью у него дома, которая получила чувственное наименование «кровати Путина». Сообщалось, что кровать могла быть подарком от русского лидера итальянскому коллеге.


Близкая дружба между Владимиром Путиным и Сильвио Берлускони имела и другие признаки родства душ. Однажды на совместной пресс-конференции в Москве журналистка задала Путину неприятный вопрос, после чего Берлускони притворился, будто стреляет в женщину из автомата. Сейчас это не удивило бы никого, кто в ходе американской избирательной кампании следит за агрессивными выпадами Дональда Трампа (Donald Trump) против СМИ. Вопрос в том, как долго они будут ограничиваться театральными жестами.


Британский писатель Петр Померанцев напомнил во время визита в Швецию на прошлой неделе о преемственности, существующей между Сильвио Берлускони, Владимиром Путиным и Дональдом Трампом. Все они — своего рода главные герои в шоу Paradise Hotel глобальной политики, где популярность участников зависит от их способности постоянно бросать скандальные комментарии. Гениальное название книги Петра Померанцева говорит само за себя — «Ничто не истинно, и все возможно».


Померанцев называет это «эпохой пост-истины», когда СМИ и возможность их контроля играют важнейшую роль. В особенности это касается телевидения: США Трампа и Италию Берлускони объединяет полная блокировка каналов, которые доступны в западноевропейских демократиях, таких, как Великобритания, Франция и Германия. Конечно, и эти страны не могут полностью избавиться от презирающего реальность популизма, но могут, по крайней мере, гарантировать единодушие в основополагающих фактах, как то, что Земля — круглая, а мир не был создан Богом за шесть дней.


Русский телевизионный рынок — это особый случай. Границы между фактом и вымыслом там совершенно стерты. В своей книге Петр Померанцев описывает российские новостные программы как сюрреалистическое явление, при котором пропагандистские стратегии Берлускони и политическая слежка на американском Fox News преподносятся как главная повестка дня.


Это презрение к здравому смыслу, которое впервые продемонстрировал Берлускони, Путин сделал более изощренным, а Трамп сейчас выводит на более высокий уровень, — новая политическая культура в рамках демократической системы. Вероятно, это можно назвать искусством избегать быть хорошим. Риторика этого типа разрывает негласный договор между гражданами и политиками, подразумевающий, что тот, кто находится у власти, должен по крайней мере делать вид, что имеет добрые или разумные намерения. Новый популизм покоится, напротив, на установке, что мир совершенно прогнил, и хороший политик должен действовать, осознавая это, — плевать на лицемерные понятия о правах человека и вместо этого идти на поводу своих истинных инстинктов (вступать в сексуальные отношения с несовершеннолетними, сажать в тюрьму гомосексуалистов, вторгаться на территории соседних стран и выгонять мусульман).


Ложь и поведение, в результате которых оппоненты садятся в тюрьму или подвергаются осмеянию, генерируют один политический успех за другим. Петр Померанцев подводит итог с большой точностью: It’s ok to be an asshole. Быть свиньей — нормально.


Сильвио Берлускони активировал эти глубоко антидемократические рефлексы, пока мы смеялись над ним — безобидным певцом и танцором из страны солнца и маленьких желтых лимонов.


Смех над Берлускони уже давно должен был застрять в горле. Когда Бенито Муссолини (Benito Mussolini) буйствовал на трибуне в Риме в 1920-х годах, молодой репортер Эрнест Хемингуэй (Ernest Hemingway) высмеял его как «величайший блеф Европы», а вот первые нацисты в Мюнхене были глубоко впечатлены. Увы, механизмы роста отрицающего здравый смысл популизма остались прежними. И снова его роковые последствия распространяются по всему миру.