Противники США в Европе, на Большом Ближнем Востоке, в Восточной Азии и других местах пришли в движение. Они захватывают территории, запугивают союзников и при помощи своих ставленников и нетрадиционных методов и сил бросают вызов политическому порядку, сложившемуся после Второй мировой войны.

В своей книге The Unquiet Frontier: Rising Rivals, Vulnerable Allies, and the Crisis of American Power (Неспокойные рубежи: крепнущие противники, уязвимые союзники и кризис американской власти) Якуб Григель (Jakub Grygiel) и А. Уэсс Митчелл (А. Wess Mitchell) утверждают, что ревизионистские страны, такие как Россия, Китай и Иран, тщательно выверяют свои действия во всем мире в попытке оценить американскую реакцию. Авторы — профессор Школы передовых международных исследований при Университете Джонса Гопкинса и президент Центра анализа европейской политики — рисуют мрачную и захватывающую картину формирующегося геополитического ландшафта. Они напоминают нам, что в эпоху после окончания холодной войны геополитика по-прежнему имеет значение.

Григель и Митчелл относят «зондирование» к ключевой категории современного поведения на стратегическом уровне. Россия, Китай и Иран при помощи агрессивной дипломатии, экономических заигрываний и военных действий проверяют готовность Америки защищать свои интересы и своих союзников. Российская аннексия Крыма и вторжение на Украину, напористые действия Китая в Южно-Китайское море, а также поддержка, которую Иран оказывает террористическим группировкам и боевикам по всему Ближнему Востоку, являются наглядными примерами такого зондажа.

Как утверждают авторы, подвергающиеся таким атакам американские союзники испытывают еще большее давление из-за того, что Соединенные Штаты переходят от наступления к обороне. Система расширенного сдерживания, созданная Америкой после Второй мировой войны, ослабевает, и союзники начинают сомневаться в военной мощи и политической решимости США. Без успокаивающего эффекта американского военного присутствия эти союзники придут к выводу, что у них остался один-единственный выбор: идти на уступки угрожающим соседям. Но так или иначе, утрата ключевых союзников и связанная с этим неспособность сдержать ревизионистские державы может привести к крупному военному кризису международного масштаба.

Особо опасной Григель и Митчелл считают растущую уверенность США в том, что сокращение военного присутствия за рубежом укрепляет внутреннюю безопасность. Она основана на предположении о том, что интересы у противников носят ограниченный характер, что они в основном оборонительные, и что их можно удовлетворить без особых последствий. Однако ревизионистским державам нужно нечто большее, чем гегемония в своих регионах. Они надеются на установление нового мирового порядка. У тех действий, которые кажутся изолированными, на самом деле есть общие «стратегические характеристики», и они являются частью масштабной геополитической перегруппировки, которая противоречит американским интересам. Недавние сокращения в американской армии усиливают страхи среди американских союзников по поводу того, что США бросают их на произвол судьбы.

Авторы рекомендуют оказывать поддержку союзникам США методами активной дипломатии и посредством размещения вооруженных сил в зонах потенциальных конфликтов или рядом с ними. Глобальная сеть американских альянсов выполняет «главную задачу большой стратегии США», говорят авторы. Эта задача заключается в «недопущении появления силы или сочетания сил на евразийском континенте, которые могли бы напасть на Соединенные Штаты или установить над ними экономическое господство». Альянсы являются недорогой альтернативой прямому сдерживанию, которое осуществляется посредством развертывания крупных американских сил за рубежом, или отказу от такого рода обязательств, могущему вызвать необходимость дорогостоящего возвращения военных сил в том случае, если противник превратится в серьезную угрозу. Авторы напоминают нам, что «усиление американской военной конкурентоспособности в противодействии крупной державе в ее регионе является той организационной целью, которая заставляет США формировать оборонительные альянсы».

Благодаря размещению войск по всему миру удается сдерживать крупные конфликты, успокаивать союзников и повышать оперативность американских вооруженных сил. Григель и Митчелл показывают, что такие действия также экономичны: дешевле и проще сдерживать и не допускать, не дожидаясь, когда что-то произойдет. Активное военное вмешательство США в «зонах потрясений», как выражаются теоретики геополитики, также мешает союзникам в нестабильных регионах самим превращаться в источник дестабилизации. Данный довод подтверждается вышедшим недавно документом о стратегии американского командования в Европе. Там отмечается, что «временное размещение сменяющих друг друга войск дополняет, но не заменяет собой постоянное передовое присутствие, которое осязаемо и реально. Виртуальное присутствие на самом деле означает отсутствие». Последние события в Европе показывают, что гораздо труднее восстановить атрофированные силы сдерживания, чем поддерживать их в целостности и готовности.

Авторы выделяют «три соблазна», из-за которых Америка может отказаться от своих альянсов. Это ошибочная вера в технологии как в основное средство обеспечения безопасности, ложное ощущение защищенности благодаря Атлантическому и Тихому океанам, а также представление о мире как о самоуравнивающей системе, которой не нужны альянсы, являющиеся либо опасными, либо излишними. Авторы по этому поводу замечают: «Изоляционистское крыло республиканских убеждений сходится во взглядах со сторонниками отступления из демократического лагеря».


Хотя литература на тему национальной безопасности чаще всего выдвигает на первый план технологические изменения и новые угрозы, Григель и Митчелл рассматривают недавние сдвиги в геополитическом ландшафте в контексте последовательности американской внешней политики и оборонной стратегии. Они также проводят убедительные исторические аналогии. Например, зондаж перерос в войну, когда Рим предложил свою защиту Мессине в третьем веке до н. э., чтобы оказать влияние на Сицилию и бросить вызов власти Карфагена. Рим просчитался, и это привело к Первой Пунической войне. А Афины в пятом веке до н. э. и Великобритания в конце XVII — начале XIX веков делали слишком большую ставку на свою военно-морскую мощь в надежде избежать заморских конфликтов. Эти надежды оказались нереалистичными и способствовали поражению Афин в Пелопонесской войне. А Британия заплатила высокую цену в ходе двух мировых войн.

Авторы «Неспокойных рубежей» рисуют мрачную картину. Это и перспектива крупномасштабных конфликтов, и распад системы альянсов, дающей важнейшие стратегические преимущества США. Однако Григель и Митчелл завершают книгу вполне конкретными рекомендациями вашингтонским руководителям. Среди них политика и дипломатия, отдающая приоритет союзникам, передовое военное присутствие, взаимодействие в вопросах разведки и информационного обеспечения, а также оказание помощи странам на дальних рубежах американского влияния в создании мощного оборонного потенциала.

Скорее всего, историки назовут российское вторжение на Украину в 2014 году событием, обозначившим конец эпохи после холодной войны. То, как Америка и ее союзники справятся с усиливающимися угрозами, покажет, выживет или рухнет мировой порядок, на протяжении 70 лет после окончания Второй мировой войны предотвращавший конфликты между великими державами.

Генерал-лейтенант Макмастер — автор книги Dereliction of Duty: Lyndon Johnson, Robert McNamara, the Joint Chiefs of Staff, and the Lies That Led to Vietnam («Забвение долга: Линдон Джонсон, Роберт Макнамара, Объединенный комитет начальников штабов и ложь, приведшая к Вьетнамской войне»).