Террористические акты, потрясшие бельгийскую столицу 22 марта, подняли волну вопросов. Основной из них: как это событие может повлиять на ход сирийского политического урегулирования, процесс которого запущен в Женеве в виде переговоров под эгидой ООН между правящим режимом и сирийской оппозицией. Волна терроризма, ударившая по Брюсселю после Парижа, ставит на повестку дня ряд проблем первостепенной важности, с которыми столкнулась Европа и которые больше невозможно игнорировать. Прежде чем пострадать от терроризма, Европа столкнулась с огромным потоком беженцев, хлынувшим из арабских и мусульманских стран.
   
Госсекретарь США Джон Керри на следующий день после террористической атаки на Брюссель отправился в Москву, чтобы встретиться с руководством России. Ведь именно Европа сегодня находится на передовой борьбы с терроризмом, из последних сил пытаясь сохранить свое единство, значительно подорванное проблемой беженцев. Наиболее влиятельные страны Европейского союза, такие как Франция и Великобритания, ранее решительно возражали тому, что Европа была изолирована из соглашения о прекращении огня в Сирии и переходу за стол переговоров, которое заключили США и Россия. Не только Франция выразила свое раздражение, которая несколько недель назад вроде бы доходчиво объяснила госсекретарю Керри, что Европа, а в частности Франция, также должна сказать свое слово. Еще большее раздражение вызвала сама суть Соглашения между Россией и США, так как в самом положении о прекращении огня имеется множество фундаментальных пробелов, однако американцы предпочитают делать вид, что глухи и не слышат своих европейских партнеров.
   

Первый раунд переговоров между представителями сирийского режима и оппозицией, который состоялся в Женеве, не принес особых результатов. Однако на прорыв никто и не рассчитывал, по крайне мере, на начальном этапе переговоров в свете неблагоприятных факторов, которые так и не были разрешены до начала переговорного процесса. Во-первых, это характерное для американцев «пустозвонство», которое даже международного спецпосланника Стеффана де Мистуро приводит в замешательство.

Во-вторых, угрозы России в одностороннем порядке предпринять меры в отношении тех, кто нарушает перемирие, тогда как 90% ответственности за нарушение режима прекращения огня лежит на союзном России правящем сирийском режиме, который пытается использовать этот прогресс в свою пользу за столом переговоров.

В-третьих, намерение режима отложить второй раунд переговоров с целью проведения 13 апреля выборов в стране. Сирийское правительство хочет попытаться таким образом укрепить свою легитимность и попробовать создать новую реальность вдали от женевского процесса и это при том, что треть сирийских граждан покинули страну. Возникают серьезные опасения, что режим может отказаться далее участвовать в переговорах, если только русские не смогут оказать на него давление. Однако, возможно, Москва окажется бессильной и отдаст первенство в этом вопросе иранцам, которые поддерживают правящий сирийский режим во всем, в том числе лично Башара Асада, в отличие от русских.
   
После событий в Брюсселе стало совершенно очевидно, что терроризм, который ударил с невероятной силой по Европе, является уже внутренней угрозой ее безопасности. И возможно, этот фактор не позволит затянуть ход сирийского политического процесса на долгое время. Более того, есть вероятность, что заинтересованные лица попытаются извлечь пользу из того, что режим сегодня не готов пойти на уступки, а максимум, на что он может пойти — это согласиться с решением по поводу формирования расширенного правительства, которое ранее он решительно отвергал. И этой уже большой прогресс, так как ранее такое предложение официальный Дамаск отвергал.
   
Есть также мнение, что такой ход событий может привести к тому, что западные страны могут пересмотреть свое отношение к Башару Асаду и использовать его в борьбе с «Исламским государством». Однако в тоже время есть другое мнение, что, наоборот, делая ставку на то, что Асад является причиной разгула ИГИЛ, признание этого факта может направить политический процесс в сторону запуска переходного периода в Сирии, к чему, в свою очередь, призывает Женевская декларация.
   
Нет сомнения, что трудности, с которыми столкнулась Европа: террористическая угроза и проблема беженцев, могут стать серьезным движущим фактором для ускорения политического процесса в отношении сирийского урегулирования. Европа может пересмотреть принципы своего взаимодействия с Россией, которое до всем известных событий сталкивалось с проблемами по причине расхождения в позициях по Украине и из-за санкций, наложенных на российскую экономику в этой связи Западом. Однако взаимодействие европейских лидеров с президентом России Владимиром Путиным не было прервано, даже после того, как интересы Европы при заключения соглашения между Россией и США были проигнорированы.
   
Таким образом, есть определенные ожидания, что террористическая волна, обрушившаяся на Европу, станет причиной для ряда изменений, в том числе касательно проблемы беженцев.