Обеспокоенный усилением западного влияния на постсоветском пространстве, а также вытеснением пророссийских элит в результате народных восстаний в начале 2000-х годов, Кремль создал ряд прокси-групп для поддержки своей внешней политики. Эта сеть прокремлевских групп продвигает концепцию так называемого Русского мира — гибкий инструмент, позволяющий оправдать усиление активности России на постсоветском пространстве и за его пределами. Российские группы ведут особенно активную деятельность в Грузии, Молдавии и на Украине, то есть в странах, заявивших о своем желании сблизиться с Западом.

Россия пользуется формулировками «мягкой силы», чтобы замаскировать попытки «мягкого принуждения», направленные на сохранение превосходства в регионе. Российские псевдо-неправительственные организации подрывают социальную сплоченность в соседних государствах посредством консолидации пророссийских сил и этнической геополитики, очернения национальной идентичности, а также продвижения антиамериканских, консервативно-православных и евразийских ценностей. Они также пытаются навязать альтернативные системы взглядов, чтобы затруднить принятие решений, и действовать как дестабилизирующие силы, объединяя военизированные группировки и распространяя агрессивную пропаганду.

Деятельность этих прокси-групп в сочетании с огромными административными ресурсами и аппаратом безопасности российского государства, а также с влиянием Русской православной церкви, пророссийских элит, массовой культуры и СМИ может серьезно навредить хрупким механизмам политического перехода и гражданскому обществу в регионе.

Внутри кремлевской системы агентов отчетливо выделяются три круга. Первый состоит из крупных государственных федеральных агентств, нескольких больших, связанных с государством фондов, занимающихся выдачей грантов, и нескольких частных благотворительных организаций, связанных с российскими олигархами. Второй круг включает в себя небольшое число партнеров, обеспечивающих выполнение решений, и их местных спутников, которые финансируются из средств государственных фондов, посредством президентских грантов или через крупные компании, верные Кремлю. Третий круг состоит из групп, разделяющих взгляды Кремля на траекторию развития соседних стран, но работающих вне формальных каналов.

Первый круг

Главное государственное агентство, чья деятельность направлена на русскоязычные сообщества по всему миру, — это Федеральное агентство по делам Содружества Независимых Государств, соотечественников, проживающих за рубежом, и по международному гуманитарному сотрудничеству (Россотрудничество). Оно было основано в 2008 году и в настоящий момент представляет собой зонтичную организацию для сети соотечественников, финансируя проекты в области общественной дипломатии. Это агентство руководит целой сетью, состоящей из 60 российских Центров науки и культуры и 25 представительских офисов в российских посольствах, и в его системе работают 600 человек в разных странах. По сравнению, к примеру, с Британским советом, у которого есть офисы в 100 странах мира и на которое работают 8,7 тысячи сотрудников, это может показаться весьма ограниченным присутствием, однако Россотрудничество играет активную роль в российской внешней политике, координируя деятельность пророссийских игроков в постсоветском регионе и распространяя кремлевскую систему взглядов. Наряду с новой Концепцией содействия международному развитию, подписанной президентом Владимиром Путиным в 2014 году, Россотрудничество официально выполняет флагманскую роль в разработке системы российской «мягкой силы». Вся международная финансовая помощь, за которую прежде отвечал Минфин, теперь проходит по каналам этого агентства. В результате его бюджет в 2014 году увеличился на 50% — до 3 миллиардов рублей (95,5 миллионов долларов).

Российский частный сектор тоже поддерживает продвижение концепции Русского мира, вкладывая деньги в пропаганду консервативных и православных ценностей как в России, так и за ее пределами. Люди, известные как «православные олигархи», такие как основатель «Маршал капитала» Константин Малофеев и бывший глава РЖД Владимир Якунин, перевели на эти цели немалые средства через свои частные благотворительные фонды.

Принадлежащий Малофееву Фонд святителя Василия Великого является одним из крупнейших частных фондов в России. В 2014 году он потратил более 1,1 миллиарда рублей (17 миллионов долларов) на реализацию различных проектов в России и за ее пределами. В августе 2014 года Малофеев запустил собственный телеканал «Царьград ТВ», транслирующий смесь религиозной, идеологической и националистической риторики.

Второй круг

Второй круг включает в себя небольшое число партнеров, исполняющих решения, и их отделения в регионе. В него входят различные молодежные группы, аналитические центры, более мелкие фонды, ассоциации соотечественников, группы казаков и ветеранов войны.

Одним из примеров могут служить журналистские школы на Кавказе и в Центральной Азии, которые пропагандируют российские стандарты журналистики и делают акцент на российской линии в освещении войны в Украине. В их мероприятиях участвуют журналисты из «РИА Новости», «Русского репортера» и RT. К примеру, программа «Новой волны» — тренинга для молодых людей из Армении, Азербайджана, Грузии, Казахстана, Литвы и Приднестровья — включала в себя лекцию под названием «Цензура как инструмент свободы СМИ», а также профессиональные советы председателя совета директоров «Известий».

Третий круг

Этот круг агентов Кремля занимается пропагандой ультрарадикальных и неоимперских идей и часто организует в регионе военизированные молодежные лагеря.

Самый известный представитель евразийской идеологии в современной России — это Александр Дугин, которого больше не считают маргинальным интеллектуалом. Его цели заключаются в том, чтобы оказывать влияние на политические круги и формировать новое поколение. В 2003 году он основал Международное евразийское движение, а в 2005 году — Евразийское молодежное движение. У Международного евразийского движения есть члены в двадцати странах, как в Евросоюзе, так и в бывших советских республиках. Сайт Дугина «Русский мир Евразии» финансируется посредством президентских грантов. За пределами постсоветского пространства Дугин пытается создать сеть сторонников Кремля в Венгрии, Греции, Италии, Польше, Румынии, Сербии, Франции и Хорватии.

Организованные Россией группы ультранационалистических и неоимпериалистических интеллектуалов дополняются военизированными группировками.

Сеть организаций казаков в России насчитывает приблизительно 740 тысяч человек, которых побуждают сотрудничать с их партнерами на постсоветском пространстве. Организации казаков открыли свои филиалы в Белоруссии, Казахстане, Киргизии и на Украине. Они устраивают военизированные молодежные лагеря в Армении, Белоруссии, Киргизии, Молдавии и на Украине. К примеру, в 2013 году в летнем лагере «Таврическая сечь» в Крыму прошли подготовку 170 молодых людей из Украины, России и Приднестровья, которых там обучали стрельбе, боевым искусствам и основным навыкам выживания.

Неужели это работает?

Российские прокси-организации оказывают заметное влияние, особенно там, где есть крупные русскоязычные СМИ. Они создают атмосферу неопределенности, а там, где их изображают как «подлинное гражданское общество», они закрепляются в качестве элемента общественного пространства и пропагандируют разрушительную систему взглядов. Их сигналы находят отклик у тех, кто испытывает ностальгию по Советскому Союзу. Россия по-прежнему обладает «мягкой силой», способной извлекать выгоду из остатков просоветских настроений такой аудитории. Радикальным националистическим движениям и молодому поколению они предлагают концепцию поднимающей голову России и нового полюса евразийской цивилизации, бросающего вызов США.

Более разрушительная функция российских агентов проявляется в их попытках подготовить почву для сепаратизма и мобилизовать граждан вокруг пророссийских идей. Более того, российские прокси-группы играют важную роль в возбуждении негативного отношения к правящим элитам на постсоветском пространстве, чтобы сорвать реформы и блокировать движение к интеграции с Западом.

Что делать Западу?

Для борьбы с потенциальной угрозой, исходящей от финансируемых российским государством прокси-групп, важно понять их сущность. Местные СМИ должны понимать, что представителей и комментаторов, связанных с такими группами, далеко не всегда можно считать «независимыми экспертами». Нужно тщательно проверять российские государственные СМИ, действующие за границей, на предмет соответствия их деятельности правилам, установленным в принимающих их странах, и при необходимости нужно накладывать наказание за нарушения этих правил. Наблюдающие организации должны бороться с дезинформацией и создавать профессиональные и авторитетные источники информации, ориентированные на русскоязычную аудиторию. Деятельность прокси-групп должна находиться под пристальным вниманием местных властей, и группы, подрывающие суверенитет государства, на территории которого они находятся, или представляющие угрозу его территориальной целостности, должны быть закрыты.

Западным продемократическим организациям нужно сконцентрировать усилия на более глубоком вовлечении граждан в их программы и устанавливать контакты с нетрадиционными представителями местного гражданского общества, такими как различные культурные группы, религиозные благотворительные фонды, ассоциации родителей. Сильные независимые организации гражданского общества должны установить, какие именно части общества являются объектами российской пропаганды и ее агентов, приложить усилия для более эффективного налаживания связей и создать нейтральные, деполитизированные общественные пространства для выражения разнообразных взглядов и выстраивания консенсуса. Подобные шаги крайне важны для создания общественного единства, установления доверия и нахождения общего языка, с помощью которого можно проводить реформы и делать общество более демократическим. Нельзя терять время, и Западу нельзя относиться к развивающимся демократиям и открытому пространству для гражданского общества как к чему-то, что уже окончательно сформировалось.

Орыся Луцевич — руководитель Украинского форума в Королевском институте международных отношений Chatham House.