Юрген Кёниг (Jürgen König) не испытывает никакого страха перед словами «кризис» и «санкции». Работая в Москве, где спад ощущается практически во всех отраслях, глава российского представительства фармацевтического концерна Merck остается оптимистом. «Россия со своим населением в 140 миллионов человек — огромный рынок», — говорит Кёниг. «А если прибавить к этой цифре и население стран СНГ, то получится целых 280 миллионов».

Merck обходит проблему санкций стороной, сотрудничая с компаниями Фанмстандарт и Нанотек и занимаясь производством лекарств на территории России. Кроме того, компания вкладывает серьезные средства в обучение персонала и новую технику.

Из-за санкций и плохой экономической ситуации в России немецкий экспорт в страну Путина в 2015 году сократился, по данным Российско-Германской внешнеторговой палаты на 8,5 миллиардов евро до примерно 21 миллиарда евро. Больше всех пострадали такие отрасли как автомобиле- и машиностроение, энергетический и электронный сектора, а также сельское хозяйство. По данным внешнеторговой палаты, около 400 из в общей сложности шесть тысяч немецких компаний, присутствовавших на российском рынке, уже «выбросили белое полотенце».

В то же время, согласно недавнему исследованию компании EY, 80% немецких концернов не желают отказываться от планов относительно российского рынка. Те, кто остаются, действуют так же, как Merck, начиная или расширяя производство на территории России, утверждает комитет по локализации при внешнеторговой палате. В качестве примеров можно привести такие фирмы как GEA (производство морозильной техники), Bionorica (фармацевтика), Siemens или Claas (производство сельскохозяйственной техники).

Все эти компании, несмотря на санкции, вполне довольны развитием своего бизнеса в России: «В лице России немецкие предприятия получают крупнейший в Европе рынок, нуждающийся в обширной модернизации, и обладающий огромным потенциалом потребления среди населения», — говорит заместитель главы Внешнеторговой палаты Владимир Никитенко.

Компании не ожидают улучшения


Однако начиная собственное производство, немецкие компании хотят не только обойти санкции, но и расширить свою долю на российском рынке, а также сэкономить на таможенных пошлинах и транспортных расходах. Кроме того, в России на тендерах в рамках госзакупок преимущество обычно имеют товары, произведенные на территории страны. А еще иностранные инвесторы, вкладывающиеся в производство в России, могут рассчитывать на субсидии, а также на инвестиционные контракты на особых условиях, в частности, на полное или частичное освобождение от уплаты налогов или на иные преференции.


ЕС ввел экономические санкции против России в июле 2014 года из-за украинского кризиса, дополнительно ужесточив их в сентябре того же года. В марте 2015 года Европейский совет поставил отмену санкций в зависимость от выполнение Минских мирных соглашений. В настоящий момент санкции действуют до 31 июля 2016 года. Москва, в свою очередь, ввела до конца августа 2016 года запрет на импорт западной сельскохозяйственной продукции, в частности, овощей и фруктов, молока и мяса. По опросам Российско-Германской внешнеторговой палаты, немецкие компании, однако, не ожидают скорого улучшения сложившейся ситуации.

Немецкие аграрии уже давно успешно ведут бизнес «на месте», потому что большая часть их импорта в Россию попала под запрет еще в 2012 году. В 2012-2014 годах Россия отправляла в Германию и другие страны ЕС ветеринарные комиссии с целью выявления нарушений или ошибок, с точки зрения гигиенического или санитарного контроля. Таким образом, постепенно почти все известные немецкие производители молочных и мясных продуктов столкнулись с проблемой запрета экспорта в Россию.

Молочный концерн Ehrmann наладил производство в Подмосковье еще 16 лет назад. В последний год он активнее использует при этом российское сырье. К трудностям компании не привыкать: «С самого начала нашей деятельности в России нам приходилось сталкиваться с колебаниями спроса», — говорит Карин Шмид (Karin Schmid), ассистент главы российского представительства Ehrmann. Компании Hochland и Meggle также оказались лишь частично затронуты российскими контрсанкциями, потому что им удалось заменить часть ингредиентов для своих продуктов, попавших под эмбарго, российскими.

«Самое время для локализации производства»


Фармкомпания Boinorica, производящая, в частности, препарат Sinupret, собирается  до 2017 года начать производство в Воронеже, расположенном примерно в 500 километрах к югу от Москвы. А компания Novartis несколько месяцев назад открыла фабрику в Санкт-Петербурге, строительство которой обошлось примерно в 100 миллионов евро. Фирма AstroZeneca до 2017 года планирует инвестировать в производство около 200 миллионов евро. Компании, не имеющие собственного производства в России, сотрудничают, по примеру Merck, с российскими партнерами. Так, косметический и химический концерн Henkel имеет уже девять фабрик в России, последняя из которых была построена в июне прошлого года в Новосибирске.

Фирма GEA наладила совместное производство с российскими партнерами в Климовске, Коломне и Воронеже. «Сейчас самое время локализовать производство», говорит председатель комитета по локализации при внешнеторговой палате Антон Калин. «Из-за упавшего курса рубля производство здесь стало дешевле, а экспорт из России стал более прибыльным. Кроме того, России нужны новые технологии, так что немецким компаниям следовало бы быть более гибкими, чтобы не упустить представившийся им шанс».

Автоконцерн Volkswagen уже имеет собственный завод в Калуге (190 километров на юго-запад от Москвы) и постоянно расширяет локализацию производства. По словам главы Daimler Дитера Цетше (Dieter Zetsche), целью его компании также является наладить собственное производство в России. У Siemens есть фабрика под Санкт-Петербургом, на которой производятся газовые турбины. В это производство компания в свое время вложила 275 миллионов евро.

Сельскохозяйственные производители также заинтересованы в том, чтобы остаться в России. Фирма Horsch из баварского местечка Швандорф (Schwandorf) намерена инвестировать 6,5 миллиона евро в расширение своих производственных мощностей в Липецке. В апреле началось строительство нового цеха. Фирма Ropa из баварского Зиттельсдорфа (Sittelsdorf) также планирует расширить производство сельхозтехники в Липецке до 2017 года. А компания Amazone вложит в этом годе около 2,5 миллиона евро в новый цех своей российской дочерней компании Евротехника в Самарской области.

Фирма Claas, в свою очередь, уже давно ощущает себя в России местным производителем, имея производственные мощности в Краснодаре. На этот год запланировано подписание особого инвестиционного контракта с российским правительством. Для этого Class потребуются дополнительные инвестиции в размере 9,5 миллиона евро. Тем самым должен быть формально подтвержден ее статус российского производителя с гарантированным допуском на отечественный рынок.

В рамках данного контракта Москва предлагает неизменяемые инвестиционные условия и обещает на десять лет включить машины Claas в программу госзакупок. «Получится ли все именно так, мы пока не знаем. Но мы надеемся получить равные с конкурентами права в рамках нынешних государственных стимулирующих программ», говорит глава Claas в России Ральф Бендиш (Ralf Bendisch).