В конце октября я получил электронное письмо от The PropOrNot Team, которые характеризовали себя как «новую независимую команду специалистов по компьютерным технологиям, статистике, профессионалов по национальной безопасности и политических активистов, занимающихся распознаванием пропаганды, — в частности российской пропаганды, нацеленной на американскую аудиторию». Команда PropOrNot заявляла, что они выделили 200 вебсайтов, которые «можно определить как каналы российской пропаганды». Аудитория этих сайтов обширна: их читает по меньшей мере 15 миллионов американцев. Как указывает PropOrNot, команда «создала предварительный отчет об этом, передала его в офис сенатора штата Орегон от Демократической партии Рона Уайдена (Ron Wyden), и, просмотрев наш отчет, они попросили нас связаться с Вами и договориться о подготовке сюжета».

Когда вы пишете об интернете, вы привыкаете с осторожностью относиться к анонимным коллективам, бесплатно предлагающим воспользоваться плодами их изысканий. Я ответил PropOrNot, что, скорее всего, я слишком занят, чтобы писать о них статью, но попросил взглянуть на отчет. В своем ответе PropOrNot попросили меня дать им контакты «ребят из New York Times, Washington Post, Wall Street Journal и всех остальных, кто мог бы этим заинтересоваться». Я был всецело занят другим проектом и так и не ответил им.

PropOrNot сами нашли выход на Washington Post. На прошлой неделе эта газета опубликовала сюжет, отчасти основанный на исследовании PropOrNot. В репортаже, озаглавленном «По оценкам экспертов, российская пропаганда распространяла ложную информацию во время выборов», утверждалось, что команда исследователей раскрыла «изощренную схему российской пропаганды», в рамках которой в интернете публиковалась дезинформация с целью помешать Хиллари Клинтон и помочь Дональду Трампу. В статье содержалось много ссылок на доклад PropOrNot. Этот сюжет возглавил список самых популярных материалов Washington Post, ссылкой на него делились известные журналисты и политики в Twitter. Бывший советник Белого дома Дэн Пфайфер (Dan Pfeiffer) написал: «Почему этот сюжет не стал самым главным в мире на данный момент?»

О симпатии Владимира Путина и российских властей к Трампу писали много. Во время предвыборной кампании бесконечно распространялись сюжеты, авторы которых размышляли о связях между Трампом и Путиным и предполагали, что Россия способствовала выборам в пользу Трампа, используя пропаганду и скрытые маневры. Клинтон построила на этом основную линию нападения. Однако в публикации Washington Post был элемент сенсации: группа опубликовала 32-страничный доклад, детально расписав методы и указав названия двух сотен подозреваемых новостных источников. Анонимность организации, которую соблюдал ее представитель, объяснялась опасением, связанным с возможностью нападения российских хакеров, что добавляло пикантной кибермистики.

Однако при внимательном анализе доклада можно было понять, что это какой-то сумбур. «Честно говоря, это напоминает какую-то дилетантскую попытку, — поделился со мной Элиот Хиггинс (Eliot Higgins), уважаемый исследователь, в течение многих лет расследовавший сюжеты о российской дезинформации на своем вебсайте Bellingcat. — Я считаю, это не должно было становиться материалом для статьи на каком-либо значительном новостном ресурсе».


Больше всего здесь поражает широта критериев, используемых для определения каналов распространения пропаганды. Согласно описанию методов команды PropOrNot, третьим шагом они проверяют, публиковались ли на сайте материалы, «в целом повторяющие линию российской пропаганды», что включает в себя восхваление Путина, Трампа, Башара Асада, Сирии, Ирана, Китая и «радикальных политических партий в США и Европе». Помимо восхваления, российская пропаганда выступает с критикой США, Барака Обамы, Клинтон, Европейского Союза, Ангелы Меркель, НАТО, Украины, «еврейского народа», союзников США, мейнстримовых СМИ, демократов и «правоцентристов или левоцентристов, а также любых умеренных политиков».

Под эти критерии, разумеется, могли попасть не только контролируемые российскими властями СМИ, такие как Russia Today, но и почти любой новостной канал в мире, включая саму газету Washington Post. При этом PropOrNot заявляют, что они не заинтересованы в разграничении организаций, которые служат открытыми инструментами российской власти, и так называемых полезных идиотов, которые вторят российской пропаганде, руководствуясь собственными искренними твердыми убеждениями. «Нас интересуют действия, а не мотивация», — пишут они.

По мнению PropOrNot, одной только демонстрации системы убеждений, выходящих за пределы политического мейнстрима, достаточно, чтобы попасть в зону риска и получить ярлык «распространителя российской пропаганды». В самом деле, в список «каналов пропаганды» вошли такие левосторонние источники, как CounterPunch и Truthdig, а также правосторонний гигант Drudge Report. Список настолько обширен, что он не способен абсолютно ничего сказать об устройстве и распространенности российской пропаганды. «Это невероятно скоропалительная оценка, — говорит мне Хиггинс. — Если вы хоть раз опубликовали пророссийскую информацию на своем сайте, то вы распространитель российской пропаганды». В едком анализе в Intercept Гленн Гринвальд (Glenn Greenwald) и Бен Нортон (Ben Norton) пишут, что PropOrNot воплощает собой ядовитую сущность Джозефа МакКарти, которому, однако, не хватает мужества подписаться под черным списком«.

Преувеличивая влияние российской дезинформационной кампании, доклад также играет на руку российским пропагандистам, с которыми его создатели хотят бороться. «Представьте себе цели RT и Sputnik, как они докладывают Путину о своих успехах, — говорит Василий Гатов, российский медиааналитик, приглашенный специалист в Институте коммуникации и журналистики при Университете Южной Калифорнии. — Их успех состоит в том, что они попали в центр внимания, стали темой обсуждения на Западе. Ведь именно это как раз и произошло». («Наше издание делало репортаж о четырех разных командах исследователей. PropOrNot была одной из них. В Washington Post проанализировали их изыскания, и мы получили удовлетворительные ответы на интересовавшие нас вопросы в серии многочисленных интервью», — сказала Кристин Коратти Келли (Kristine Coratti Kelly), представитель Washington Post).

В интервью по телефону представитель PropOrNot отверг критику. «Если имеется определенная схема действий за определенный период времени, особенно в сочетании с техническими показателями, то да, мы будем это подчеркивать, — сказал он. — Уже давно стало ясно, что Россия действует смелее, агрессивнее, что она стремится выйти за рамки того, что прежде считалось дозволенным». По его словам, чтобы избежать слишком широких обобщений, группа использует сложный анализ, основанный не на одном отдельно взятом критерии.

Однако на вопрос о технических схемах, позволивших PropOrNot оценить Drudge Report как канал российской пропаганды, он указал лишь на общую оценку предубеждений в его контенте. «Они действуют в значительной степени как дублеры, давая ссылки своим читателям на российскую информацию, — сказал он. — Нет никакой априорной причины, чтобы сайт с консервативным уклоном в таком объеме полагался на такое количество российских новостных ресурсов. Что здесь не так?» Я попросил, чтобы мне показали исходную информацию, использовавшуюся PropOrNot для определения того, что Drudge Report является каналом российской пропаганды. Представитель команды ответил, что они вскоре опубликуют ее, но на данный момент он не может ее предоставить: «Это требует большого труда, а мы добровольная организация». Вместо этого он призвал меня самому почитать Drudge Report, полагая, что его природа самоочевидна.

В своем аккаунте в Twitter PropOrNot в поддержку своего исследования приводит мою статью в журнале New York Times 2015 года об онлайн-пропаганде в России. Однако мое расследование основывалось на конкретной организации, непосредственно распространявшей дезинформацию. Я смог проследить связь аккаунтов Twitter и вебсайтов со зданием в Санкт-Петербурге, где работали сотни молодых россиян, занимаясь штамповкой пропаганды. Несмотря на внушительно выглядящие диаграммы и цифры в докладе, результаты доклада PropOrNot основаны, главным образом, на инсинуациях и конспирологии.

Еще одна значительная проблема с PropOrNot состоит в том, что ее участники настаивают на анонимности. Если ваша цель — борьба с кампанией по дезинформации, то прозрачность должна быть первостепенным условием. В противном случае вы просто нагнетаете еще большую паранойю. Российский журналист Алексей Ковалев, развенчивающий на своем сайте «Лапшеснималочная» кремлевскую пропаганду, предположил, что PropOrNot — это украинцы, ведущие дезинформационную кампанию против России. Представитель PropOrNot разговаривал со мной исключительно на условиях анонимности и предоставил лишь пустые биографические данные о происхождении команды. «Знаете ли вы об убийстве Джо Кокса?— спросил он, сославшись на историю члена британского парламента, убитого правыми экстремистами, отвечая на мой вопрос, почему их группа прячется в тени. — В этом для нас состоит большая проблема. Россия использует безумных людей, чтобы убивать своих врагов».

Я могу сказать, что представитель группы — американец, возможно, лет 30-40, хорошо владеющий интернет-культурой и смачно ругающийся. Он сказал, что группа состоит примерно из 40 человек. «Я могу сказать, что некоторые наши участники работают в крупных технических компаниях, другие работали на правительство в разных его аспектах, но все мы действуем по собственной частной инициативе, — заявил он. — Одно, в чем мы все соглашаемся, — это то, что Россия не должна дурить американский народ. Это никуда не годится». Представитель PropOrNot отметил, что группа начинала свою работу, когда в ней состояло меньше 12 членов, — они собрались вместе после вторжения России на восток Украины. Кризис сопровождался потоком дезинформации, который должен был сбить с толку Украину и ее союзников. «Это был громкий сигнал для нас. Как будто, понимаете, Россия создает весьма эффективную дезинформирующую пропаганду вдобавок к военной операции на месте, — рассказал представитель PropOrNot. — Боже мой, если они могут сделать это там, то почему они не могут повторить это здесь?» По словам PropOrNot, в их команду входят американцы украинского происхождения, хотя ее представитель рассмеялся в ответ на предположение, что они были украинскими агентами. PropOrNot заявляют о полной финансовой независимости и свободе выражения.

Учитывая теневую природу команды и ее недоброкачественную работу, я был озадачен заявлением PropOrNot о сотрудничестве с сенатором Роном Уайденом. В электронном письме Кит Чу (Keith Chu), представитель Уайдена, написал мне, что команда PropOrNot связалась с их офисом в конце октября. Два участника группы, бывший сотрудник Госдепартамента и специалист по IT, описали свою работу: «Это показалось нам интересным и совпадало с данными о действиях российской пропаганды», — написал Чу. После ряда телефонных разговоров с членами группы стало ясно, что в офисе Уайдена не могут оценить их изыскания. Чу подсказал группе предложить их СМИ и дал имена журналистов, к которым они могут обратиться. «Я сказал им, что если у них есть факты, изложенные в документе, который можно предложить журналистам, это может им помочь», — рассказал он мне. Чу также отметил, что офис Уайдена не сыграл никакой роли в создании доклада и не оказывал никакой поддержки группе. Однако он добавил: «Со стороны обеих партий уже давно был интерес к действиям России, включая вмешательство в выборы, и сенатор Уайден не исключение». На этой неделе Уайден и еще шесть сенаторов направили в Белый дом письмо с просьбой рассекретить информацию, «касающуюся российского правительства и американских выборов».

История PropOrNot должна служить предостережением для тех, кто видит причину поразительной победы Трампа исключительно в коварном применении цифровых технологий. В этой истории задействованы два популярнейших технологических зла, упоминаемых при разборе итогов выборов — дезинформация и российские скрытые маневры, — которые сплетаются в единый мрачный образ. Как и в самой действенной российской пропаганде, в докладе сливаются воедино правда и недостоверные данные.

Выдуманные новостные сюжеты, сыгравшие с удивительным перевесом на руку Трампу, действительно наводнили во время предвыборной кампании социальные сети, и вполне возможно, что взлом электронной почты руководителя кампании Клинтон Джона Подесты (John Podesta) был делом рук российской разведки. Но сколько бы вреда ни принесли эти явления, перспектива оценки голосов, законно выражающих свою точку зрения, как дезинформации или российской пропаганды со стороны таинственных групп бывших правительственных чиновников при помощи национальной газеты, представляется еще страшнее. Как сказал мне Василий Гатов: «Винить третьих лиц в последствиях внутренних общественных процессов — это очень по-путински».