По данным недавно опубликованного Heritage Foundation Индекса американской военной мощи на 2017 год, Россия представляет собой «значительную» и «агрессивную» угрозу жизненным интересам США. В отчете сказано: «Россия стремится максимально усилить свои стратегические позиции в мире за счет США. Она также старается подорвать американское влияние и моральные принципы, преследует силы США и НАТО, работает над срывом американской и западной политики в Сирии».

Международные махинации российского правительства не особенно отличается от его внутренней политики, полагает Дэвид Сэттер (David Satter), бывший московский корреспондент британского издания Financial Times, в течение долгих лет наблюдавший за Россией и Советским Союзом. Сэттер, автор уже трех книг о России и СССР, выступающий советником радио «Свободная Европа» и радио «Свобода», написал новую книгу, способную раскрыть глаза на недавние российские интриги. Книга называется «Меньше знаешь, крепче спишь: путь России к террору и диктатуре под властью Ельцина и Путина» (The Less You Know, The Better You Sleep: Russia’s Road to Terror and Dictatorship Under Yeltsin and Putin).

Книга начинается с тревожного описания правления Бориса Ельцина, который, хотя и пришел к власти мирным путем и благодаря народной поддержке, убил сотни человек из своего народа, чтобы удержать власть. Сэттер отмечает, что так называемое «возрождение» постсоветской России, интерпретированное, как конец коммунизма, было всего лишь обманом. Ширмой служила перестройка, а якобы имевший место пересмотр советской экономической и политической системы на самом деле был фальшивым.

С началом перестройки Россия, на первый взгляд, изменила взаимодействие с Западом с конфронтации на сотрудничество. Но так называемая трансформация по сути представляла собой гигантскую кампанию по дезинформации, в рамках которой правительство создало и внедрило «контролируемую политическую оппозицию», говорит Сэттер. Страна казалась изменившейся, но у нее сохранилась бывшая коммунистическая партия, централизованная политика правительства, а также тайная роль КГБ, переименованного в Федеральную службу безопасности (ФСБ).


Миру показывали признаки современной демократии и системы свободного предпринимательства. Но под поверхностью номенклатура использовала в своих целях финансовые институты и поступление экономических навыков и технологий с Запада, при этом коммунистическая партия продолжала контролировать финансовые ресурсы и миллиарды долларов в виде собственности и инвестиций. Широко разрекламированная политика по преобразованию советской экономической и политической системы и внедрению частного владения предприятиями и другой собственностью не привела к достижению заявленной цели по передаче государственной собственности в частные руки, пишет Сэттер. Вместо быстрой отмены плановой экономики и перехода на рыночную Россия при Ельцине продолжала оставаться, по сути, коммунистическим режимом.

Во время пребывания у власти Ельцин искусно маневрировал, чтобы распустить Верховный совет и создать супер-президентскую власть, сорвав попытки сформировать правительство с реальным разделением властей. Он не добился установления власти закона и уважения индивидуальных прав, необходимых для существования свободного общества. Вместо этого во время его правления собственность передавалась незаконно, и в экономике доминировали криминальная олигархия и авторитарная политическая система, пишет Сэттер.

Экономические условия в России стали отчаянными в результате отмены государственного контроля над ценами, но без одновременного внедрения настоящей рыночной экономики. В результате началась гиперинфляция и массовое обнищание людей. Курс валюты рухнул, ВВП уменьшился и многие русские стали бездомными. Вдобавок, во время хаоса и неизвестности ни о чем не подозревающие русские попались на удочку заманчивых схем быстрого обогащения и становились жертвами финансовых пирамид, теряя свои деньги. Экономическое положение страны из плохого стало ужасным.

Книга Сэттера рассматривает жуткие действия, совершенные российскими властями для отвлечения внимания народа от экономических проблем. По мере приближения к концу 1999 года русские все больше возмущались правительственной коррупцией и беззаконием, а популярность Ельцина и его предполагаемого преемника Путина оценивалось однозначным числом, были взорваны четыре жилых многоквартирных дома. Это насилие было организовано ФСБ с целью отвлечения внимания общественности от внутренних проблем в сторону чеченских террористов. Сэттер, изгнанный в 2014 году из России как нежелательная персона, описывает, как российские власти устроили взрывы домов. Погибли более 300 человек, а ответственность немедленно была возложена на чеченских террористов.

В российском населения воцарился страх и ощущение чеченской угрозы, что дало Путину предлог начать вторую чеченскую войну. Этот шаг превратил его в национального героя и значительно облегчил обретение власти над страной. После того, как на передний план вышла террористическая угроза, ужасное положение России и преступное правительство Ельцина переместились в сторону, сказал Сэттер. Русские объединились вокруг Путина и обратили свое внимание на проблемы безопасности. После победы на выборах Путина считали решительным лидером, отразившим чеченскую агрессию, и это освободило Ельцина, ушедшего в отставку с поста президента на фоне возмущения коррупцией его правительства.

Хотя общественное внимание было удачно отвлечено, вокруг обстоятельств взрывов домов возникли подозрения, написал Сэттер. По загадочной причине мишенью теракта были выбраны невинные жители, а не правительственные и военные объекты. При взрывах использовались военные детонаторы. Взрывчаткой служил гексоген, оборот которого под государственным контролем. На места взрывов быстро прибыли правительственные команды чистильщиков, удалившие обломки, что затруднило уголовное расследование.

Недоверие к властям усилилось в свете неправдоподобного объяснения по поводу сорванной попытке взорвать многоквартирный дом в Рязани. В этом случае местный житель заметил двух подозрительных людей, несших мешки в подвал, и вызвал милицию. Во время расследования было обнаружено взрывное устройство, местные саперы нейтрализовали детонатор и определили взрывчатку как гексоген. Милиция установила блокпосты, жителей района эвакуировали.

На следующий день Путин похвалил бдительность жителей Рязани, сорвавших планы террористов, и призвал разбомбить в ответ Грозный, чеченскую столицу. Однако сотрудник телефонной компании сумел прослушать разговор между предполагаемыми исполнителями теракта и офицерами ФСБ. Когда подозреваемых задержали местные милиционеры, то они предъявили удостоверения сотрудников ФСБ и были отпущены по приказу из Москвы.

В этот момент директор ФСБ объявил, что силовики провели постановочный теракт, чтобы проверить реакцию граждан, а заодно потренировать сотрудников ФСБ. Это выглядело странно, так как не сопровождалось традиционной подготовкой служб чрезвычайных ситуаций. И тот факт, что Дума, нижняя палата российского парламента, отклонила два предложения расследовать этот инцидент, дополнительно усилил подозрения. Любая попытка усомниться в официальной версии подавлялась с помощью предъявления следователям фальшивых обвинений и запретом СМИ, публиковавшим скептические комментарии. Со временем многие свидетели, следователи и журналисты, часть из которых Сэттер знал лично, были запуганы или ликвидированы, как он указал в своей книге.

Став премьер-министром в 1999 году, примерно во время терактов, Путин назначил на правительственные должности тех, с кем работал в ФСБ и в администрации Санкт-Петербурга. Окружив себя верным людьми, он взял под контроль СМИ, бизнес, парламент и юридическую систему. Назначив председателя суда, ответственного за распределение жилья, очередность отпусков и надзор за поведением судей, Путин высказывал интерес правительства в определенных делах и получал желаемый результат. Свобода выражения исчезла, и у частных лиц отсутствовали какие-либо реальные средства для защиты своих прав.

При правительстве Путина взяточничество развернулось с невиданным размахом, говорит Сэттер. Прибыльный бизнес, не лояльный Путину или отказывавшийся платить взятки, подвергался набегам силовиков под ложными обвинениями, и собственность отбиралась. Лишая оппонентов финансирования и повышая электоральный барьер народных представителей, Путин ликвидировал политическую оппозицию. Голоса подтасовывались, рабочих заставляли голосовать под зорким взором начальства. Те, кто в сельской местности выступал против властей, рисковали остаться без доступа к воде, а их дома могли сгореть.

В книге «Меньше знаешь» Сэттер объясняет, что существуют доказательства, согласно которым, два других теракта, напоминавших взрывы домов в 1999 году, а именно теракт в Театральном центре на Дубровке в 2002 году и в Беслане в 2004 году, могли быть правительственными операциями. Он пишет, что в обоих случаях все исполнители были уничтожены, предотвратив проведение общественного процесса, в ходе которого могли всплыть нежелательные детали. Государственная бюрократия преследовала семьи, искавшие информацию о гибели своих родных, отвергала запросы правозащитных организаций по поводу происшествий и блокировала на голосовании парламентское расследование. Когда расследовавший взрывы домов член комиссии пообещал проверить теракт на Дубровке, он был убит, что стало вполне ясным посланием Кремля.

Как и взрывы домов, теракты на Дубровке и в Беслане были призваны обеспечить безграничный контроль над Россией. Теракт в театре позволил начать новую атаку на чеченцев и стал инструментом для подавления недовольства русских, уставших от войны, и международного давления по предоставлению Чечне конституционного самоуправления.

Теракт в Беслане позволил российской власти показать, что война продолжается, и что сопротивление со стороны чеченцев, особенно исламистов, усиливается. Любопытно, что на следующий день после теракта в Беслане все, что было в школе, включая учебники и фрагменты тел, было вывезено на свалку за городом. Милиция сообщала, что поступали предварительные сообщения об угрозе терактов, но не были поставлены блокпосты или приняты иные меры предосторожности. Вдобавок, большинство террористов, позднее опознанных как исполнители этого теракта, в момент нападения должны были находиться в тюрьмах.

Как следствие, предполагаемый захват школы чеченскими исламистами помог усилить страх того, что чеченцы были опасными террористами и способствовал укреплению образа Путина как неукротимого бойца и непримиримого врага терроризма. Это оправдало войну в Чечне и позволило ему сокрушить сепаратистское движение и уничтожить политическую оппозиция.

Книга Сэттера во многом усиливает впечатление, согласно которому, в России интересы государства решительно перевешивают любую ценность человеческой жизнь и индивидуальной свободы. Его интересная книга описывает реальность, в которой, несмотря на распад СССР, Россия продолжает оставаться государством, не признающим международных норм, под властью очередного авторитарного режима, ради удержания власти готового на все, включая убийство.