Избранный президент вступает в должность, а Вашингтон может говорить только о том, как плохо все это закончится.


«Самые опасные враги республиканского правительства, — писал Александр Гамильтон, — появляются в основном из-за стремления иностранных государств получить неподобающий вес и влияние в наших советах. Как они могут лучше всего потворствовать этому, если не путем создания собственных креатур в высшем органе власти Союза?» Гамильтон со своим опубликованным в 1788 году предостережением об «интригах и коррупции» каким-то сверхъестественным образом напоминает нам о сегодняшнем Вашингтоне, где враги Трампа воображают, будто он российский агент влияния, которого Кремль подкупил или шантажирует. Новый глава государства действует целиком и полностью в режиме Никсона, воюя со средствами массовой информации, с разведывательным сообществом, с истэблишментом и с «прогнившей системой», хотя свое место за столом в Овальном кабинете он занимает впервые. Скандал — если это так называть — уже чем-то напоминает Уотергейт. Можно ли себе представить, что Трампа, как и Никсона, со временем принудят покинуть свой пост?


Задавать такой вопрос в момент инаугурации нового президента, казалось бы, нелепо. Тем не менее, сенатский комитет по разведке уже объявил о проведении слушаний о «связях между Россией и людьми, занимавшимися политическими кампаниями». Республиканский председатель этого комитета сделал заявление, отметив, что расследование будет «двухпартийным», и что при необходимости «людей для дачи показаний будут вызывать повесткой». А «комитет будет следить за информацией, к чему бы она ни привела». Если сотрудники Трампа или его друзья действительно встречались с российскими представителями для координации хакерских атак в процессе президентских выборов в США, то для этого есть специальное слово: измена. Это самое важное из всех «особо тяжких преступлений и правонарушений», о которых говорится в конституции как об основании для импичмента. Но люди Трампа отрицают, что такие встречи имели место. И даже если они были, то что там обсуждалось? А если были обсуждения, вызывающие тревогу у сенатского комитета, то знал ли о них Трамп? Что знал президент, и когда он это узнал?


Если, если, если. Долгая череда «если». Что крайне важно, в конгрессе почти не ведется публичных дискуссий об импичменте Трампа — ни в той, ни в другой партии. Открыто о такой возможности говорят очень немногие, и среди них член конгресса и Демократической партии Максин Уотерс (Maxine Walters) — как и можно было ожидать. Она рассказала кабельному каналу MSNBC, что Трамп «так крепко обнимался с Путиным… что я ему не верю, не думаю, что ему поверит американский народ. Ему это не сойдет с рук. Мы все расследуем и выясним, каковы его истинные связи». Она делает следующее заключение: «Давайте выясним, не ставим ли мы на самую важную в свободном мире должность человека, который может быть заложником Путина и России». Один высокопоставленный сотрудник конгресса рассказал мне, что демократов в палате представителей по тактическим соображениям попросили держать язык за зубами до инаугурации. Они поняли, что республиканское большинство в юридическом комитете палаты представителей не поддерживает слушания, а именно там выдвигаются все предложения об импичменте. Пока еще не 1974 год.


Университетский преподаватель по имени Роберт Катнер (Robert Kuttner) начал собственную кампанию по импичменту президента. Он пытается созвать «независимый орган в составе авторитетных юристов и прочих первоклассных специалистов, чтобы собрать досье о злоупотреблениях и нарушениях, дающих основания для импичмента». Это досье (данное слово находит сегодня отклик в Вашингтоне) передадут в юридический комитет палаты представителей, если, как надеется Катнер, будут начаты слушания по импичменту. «Надо дать ему возможность вступить в должность, — сказал он мне, вторя аналитикам из конгресса. — Надо посмотреть, какие его действия дают основания для импичмента в период его президентства. Надо собрать доказательства… чтобы республиканцы в конгрессе почувствовали необходимость дистанцироваться от Трампа… Именно так произошло с Никсоном».


Профессор Катнер возлагает надежды на положение о вознаграждении из американской конституции, в котором говорится, что должностное лицо не может получать подарки от иностранных государств без разрешения конгресса. «Трамп не может не смешивать свою личную заинтересованность и президентские обязанности. Он просто не в состоянии себя контролировать, и не знает, как надо поступать».


Отцы-основатели считали взятки иностранных государств настолько опасным явлением, что положение о вознаграждении они включили в первую статью своей новой конституции. Они имели в виду скандальный инцидент с Бенджамином Франклином, который получил от французского короля инкрустированную бриллиантами табакерку. Франклину разрешили сохранить ее у себя только после утверждения в континентальном конгрессе.


Адвокаты Трампа считают, что положение о вознаграждении к нему неприменимо. А сам Трамп, давая после выборов интервью New York Times, сказал: «Закон полностью на моей стороне, поскольку у президента не может быть конфликта интересов». После этого он объявил, что планирует передать свой бизнес в доверительное управление. Правда, управлять им будут его сыновья, и поэтому это далеко не анонимное доверительное управление, каким пользовались другие президенты. Его адвокат Шерри Диллон (Sherri Dillon) рассказала на пресс-конференции по этому вопросу: «В то время как президент Трамп будет находиться на своем посту, не будет заключена ни одна зарубежная сделка. Новые сделки внутри страны дозволительны, но они будут подвергаться тщательной проверке».


Но что произойдет, если иностранные дипломаты начнут селиться в вашингтонском отеле Трампа? Что если банки начнут ссужать его компаниям деньги под низкие проценты? Если зарубежные корпорации станут скупать апартаменты в Башне Трампа? Трамп совершенно правильно заявлял, что у него в России мало коммерческих интересов, однако русские массово вкладывают деньги в нью-йоркскую недвижимость и (это признает его сын Дональд-младший) в компании Трампа.


Возможно, оппоненты Трампа думают, что он сделал с конституцией то же самое, что российские проститутки якобы сделали с кроватью в президентском люксе Ritz Carlton. (Жалко горничную, если это так.) Но никто не видел никаких записей его сексуальных утех. Вполне возможно, что компромат существует. Но здесь лучше применить другой термин российских спецслужб — провокация или сфабрикованная операция с целью введения противника в заблуждение. В марте прошлого года кто-то из американских спецслужб рассказывал мне о другой предполагаемой записи, о кремлевских деньгах, направляемых помощникам Трампа на его кампанию. Запись якобы сделала эстонская секретная служба. В досье, которое составил бывший человек МИ6 Кристофер Стил (Christopher Steele) (многие утверждения там бездоказательны), говорится о встрече, за которой, по словам его источников, следили эстонцы. Если сенатский комитет по разведке ничего не найдет в этой кучке хлебных крошек, республиканцы в юридическом комитете палаты представителей не будут голосовать о проведении слушаний по импичменту. Но если что-то появится, возможно всякое. Трамп, как и Никсон, может в таком случае пожаловаться на попытки конгресса отменить результаты выборов. «Если уйти в отставку сейчас, — сказал Никсон своему кабинету, когда его стали все активнее призывать покинуть президентский пост, — то Америка может пойти по пути парламентского правления, при котором исполнительная ветвь будет оставаться у власти лишь в том случае, если получит вотум доверия от законодательной ветви».


По мнению сторонников Трампа, это минимум, что могут сделать оппоненты. Сейчас самая популярная история на правом «информационном» сайте Infowars звучит так: а не убьет ли ЦРУ Трампа? «Если вы дома, — советует этот сайт, — забаррикадируйтесь и приготовьтесь переждать бурю. Не доверяйте СМИ, и постарайтесь заметить, не произошел ли переворот, и не свергнута ли конституционная власть».


Infowars это инструмент ведущего Алекса Джонса (Alex Jones), который рассказал своим радиослушателям, что нам следует ждать военного переворота. В качестве доказательства он привел твит с призывом ввести военное положение, который написала либеральная телеведущая Рози О'Доннелл (Rosie O'Donnell), в прошлом ссорившаяся с Трампом. «Впервые вы услышали это от меня, — заявил Джонс. — Дамы и господа, они открыто говорят о том, что хотят отменить результаты выборов. Они готовятся… заявляя, что нам нужно ввести чрезвычайное положение и навести порядок, если Трамп российский агент…Они планируют отправить 50 миллионов американцев в лагеря на перевоспитание. И эти люди настроены серьезно».


Это довольно любопытно, но нечто похожее я слышал на безукоризненно либеральном приеме в Вашингтоне накануне выборов. Там собрались интеллектуалы из сферы национальной безопасности. «Если изберут Трампа, — сказал один из гостей, — это закончится военным переворотом. Танками на газоне Белого дома». То же самое на этом приеме мне сказал еще один человек. Разговоры в Вашингтоне похожи на какие-то галлюцинации. Импичмент, каким бы неправдоподобным он ни казался, это не самый странный вариант развития событий, о котором говорят в этом городе сегодня, когда 45-й президент принимает присягу.


Пол Вуд корреспондент ВВС и научный сотрудник фонда «Новая Америка».