Прогноз

 

Россия в этом году может выйти из состояния рецессии, но во многих ее регионах продолжится экономический спад.


Некоторые регионы будут и дальше сопротивляться кремлевской политике, из-за которой усугубляются их экономические проблемы, отказываясь возвращать кредиты и накапливая крупный дефицит.


Кремль будет пытаться давить на регионы и их руководителей, вводя внутренние санкции и жесткие меры безопасности.


Анализ


После двух с половиной лет мощного спада перспективы у российской экономики несколько улучшились. Россияне затянули пояса, и эти усилия дают результат, хотя нефтяные цены не восстановились, а экономические санкции против России продолжают действовать, как и раньше. На самом деле, Россия в этом году может выйти из состояния рецессии. В 2017 году в экономике страны прогнозируется возобновление роста, который, согласно прогнозам Всемирного банка, составит полтора процента. Объясняется это составлением бюджета на основе более реалистичных нефтяных цен и сокращении общего размера расходов. Иностранные инвестиции тоже начали потихоньку возвращаться в страну, так как остальной мир научился действовать в условиях антироссийских санкций. Западные рейтинговые агентства типа Standard & Poor's даже повысили прогноз по России с негативного до стабильного.


Но несмотря на общий экономический подъем, российский народ по-прежнему находится в отчаянном положении. Четверть российских компаний в 2016 году сократила зарплаты, а порой даже не выплачивала их своим сотрудникам. В прошлом году средняя заработная плата в России снизилась на восемь процентов (в 2015 году снижение составило 9,5%), составив менее 450 долларов. Это меньше, чем средняя заработная плата в Китае, Польше и Румынии. В то же время доля бедных в общей численности населения увеличилась почти до 15%. Регионы страны выглядят ничуть не лучше, что вызывает страх в Кремле.


Обременительная проблема


Огромная территория России поделена на 85 регионов, которые имеют разную форму, размеры и названия. (Два из них, Севастополь и Крым, не признаны мировым сообществом в качестве российских территорий, так как Москва отняла их у Украины в 2014 году.) По данным российского Министерства финансов, только 10 из 85 официальных регионов России (в основном это те, где добываются сырьевые ресурсы, а также крупные города с пригородами, имеющие значительную налоговую базу) стабильны в экономическом и финансовом отношении. С 2015 года количество таких регионов уменьшилось наполовину. Из остальных регионов страны 30-ти удается сводить концы с концами благодаря прямым федеральным субсидиям, составляющим как минимум 33% от их доходов. Половина из 3,5 миллиардов долларов субсидий уходит на нужды 10-ти регионов: Дагестана, Чечни, Якутии, Камчатки, Крыма, Алтая, Тывы, Бурятии, Ставропольского края и Башкортостана. Таким образом, более половины российских регионов не в силах выполнять свои социальные обязательства и требования федерального правительства о финансировании.


70 российских регионов отправляют в федеральный бюджет 63% своих доходов, оставляя у себя всего 37%. Между тем, федеральное правительство возвращает им в лучшем случае 20% в виде дотаций и переводов. За последние четыре года Кремль увеличил сумму изымаемых у регионов доходов на 12%, а в этом году возможно дополнительное увеличение еще на два процента. Ситуация усугубляется еще и из-за того, что после финансового кризиса 2008-2009 годов Москва переложила большую часть бремени социальных расходов на региональные власти. В 2011 и 2012 годах Владимир Путин издал серию указов после того, как в третий раз занял должность президента. В них он призывает к различным улучшениям в стране, от замены ветхого жилья до увеличения зарплат врачам и учителям. Так называемые непрофинансированные указы добавили в региональные бюджеты десятки миллиардов долларов. Всего несколько лет тому назад страна снова оказалась в состоянии финансового кризиса.


Из-за рецессии и увеличения финансовых обязательств большинству российских регионов пришлось увеличивать дефицит бюджета. Ходят слухи, что Министерство финансов разрешило некоторым региональным правительствам в период с 2016 по 2018 годы дефицит в размере почти 10% на том условии, что к 2019 году они вернутся к официальному кремлевскому лимиту в три процента. Однако у 17 регионов дефицит даже больше предельных 10%. Например, у Республики Хакасия дефицит в настоящее время составляет 43%. Чтобы заткнуть дыры и профинансировать растущий долг, региональные правительства пошли на увеличение заимствований, обратились к государству за бюджетными ссудами, взяли коммерческие займы, денежные кредиты, выпустили облигации и прочие ценные бумаги. Поскольку федеральный бюджет испытывает все большую нагрузку, регионы стали чаще брать коммерческие кредиты, главным образом в российских банках. (75% таких кредитов выдает государственный «Сбербанк».) Хотя цифры долгов по регионам постоянно меняются и разнятся от агентства к агентству, по оценкам Standard & Poor's, сумма долга у российских регионов превышает 100 миллиардов долларов. Если эта цифра точна, получается, что большую часть общего российского долга составляют заимствования региональных правительств.


Бунт регионов


Беды регионов не сулят Кремлю ничего хорошего, причем не только с финансовой точки зрения. На всем протяжении российской истории Кремль предоставлял руководителям многочисленных регионов страны значительную автономию в качестве компенсации за то, что Москва не в состоянии заботиться обо всех одновременно. Такая система ослабляла борьбу за контроль над огромными российскими территориями, но в то же время обеспечение неизменной преданности региональных правителей федеральному правительству было постоянной головной болью для Кремля. После распада Советского Союза десятки регионов пытались выйти из состава России или получить от нее больше автономии, а попытки Чечни провозгласить независимость привели в 1990-е годы к двум войнам. Во время финансового кризиса 1998 года многие главы регионов ответили отказом на требования федерального правительства о выделении средств, поставив во главу угла финансовое выживание собственных территорий.

Кафедральный собор в Саранске, Мордовия


Сегодня Кремль сталкивается с аналогичной проблемой. В конце 2016 года у 25 с лишним российских регионов соотношение долгов и доходов превышало 85%, а в Мордовии оно приближалось к 200%. Более того, у регионов нет иных путей к подъему экономики кроме увеличения заимствований. Такое решение проблем вряд ли можно назвать пригодным. По оценкам Standard & Poor's, в этом году только на выплаты по погашению долгов региональным правительствам придется позаимствовать еще 20 миллиардов долларов. Семь регионов оказались на грани финансовой нестабильности из-за крупного дефицита и соотношения долгов и доходов. Однако Кремль как и прежде требует все больше денег. Сегодня многие регионы начинают оказывать сопротивление.


Все чаще региональные власти оказываются не в состоянии рассчитаться по федеральным и государственным банковским займам. Министерство финансов признало, что за последние два года более десятка регионов прекратили погашение государственных займов, а четыре региона отказались выполнять свои обязательства по зарубежным кредитам. Усиление финансовой нагрузки спровоцировало негативную ответную реакцию со стороны ряда региональных руководителей. 27 декабря президент Татарстана Рустам Минниханов осудил планы Кремля увеличить выкачивание средств из регионального бюджета, назвав их «крайне опасными» и образцом «глупости». Он даже сравнил нынешнюю экономическую политику Москвы со сталинской программой раскулачивания, в рамках которой советская власть отнимала землю у частных собственников и передавала их колхозам, ставшим настоящей катастрофой. В процессе раскулачивания погибли миллионы человек. Отвечая на тираду Минниханова, которую показали по национальному телевидению, премьер-министр Дмитрий Медведев предупредил его, что «Татарстан должен знать свое место».


Москва ищет ответы


Если не считать выговоры Медведева, реакция Кремля на экономическую неразбериху и недовольство в регионах оказалась неоднозначной. Путин на декабрьской пресс-конференции назвал серьезной проблемой увеличение региональных долгов, однако возложил всю вину на регионы, которые нарушают правила федерального правительства о дефиците. Между тем, Министерство экономического развития предложило увеличить в этом году финансовую поддержку регионов на девять процентов (30 миллиардов долларов). Это огромное увеличение по сравнению с теми 300 тысячами долларов, которые заложены в текущий бюджет. Но Москва не скорректировала свой бюджет и вместо этого намерена навязать регионам более жесткую экономическую политику. Путин потребовал от министра финансов Антона Силуанова к 2019 году претворить в жизнь новый бюджетный кодекс, чтобы принудительно установить стандарты по соотношению регионального дефицита и долга. Те регионы, которые откажутся выполнять новые правила, будут подвергаться санкциям (правда, непонятно, каким). Этот план очень быстро нашел положительный отклик среди депутатов Государственной Думы.


В то же время Москва усиливает давление на региональных руководителей. Менее чем за два года по обвинению в коррупции были арестованы три губернатора. Один из них, бывший руководитель Кировской области, был связан с либеральной технократической элитой, которую Кремль в последние годы систематически подвергает травле. Но другой смещенный губернатор, руководивший Республикой Коми, был членом путинской партии «Единая Россия». Российские СМИ подробно освещали каждый из этих арестов, показывая разложенные на столах пачки денег, инкрустированные бриллиантами авторучки и изысканные подарки, которые руководители якобы презентовали девушкам по вызову. 23 января Путин нанес очередной удар по региональному руководству, подписав закон, требующий от всех губернаторов раскрывать информацию о своей собственности и доходах. Кроме того, хотя Кремль регулярно вмешивается в губернаторские выборы, в этом году он привел к власти в регионах рекордное количество представителей спецслужб. Путин также начал назначать судей областных и районных судов, чтобы ослабить власть губернаторов.


Довольно рассеянная реакция Кремля на возмущение в регионах отчасти объясняется той борьбой, которую российские спецслужбы ведут за надзор над региональной политикой. В 2016 году Федеральная служба безопасности (ФСБ) разработала новую систему оценки деятельности губернаторов, которая по крайней мере в принципе основана на показателях экономической стабильности регионов, на результатах выборов и на мере доверия Кремля к ним. Вскоре после этого Федеральная служба охраны (ФСО), которая слепо предана Путину и в последние годы враждует с ФСБ, создала собственную систему оценки деятельности губернаторов и стабильности регионов. Путин приказал своим личным войскам, которые называют Национальной гвардией, вместе с сотрудниками ФСО выйти на улицы и оценить степень удовлетворенности местного населения своим региональным руководством, в то время как ФСБ начала усиливать свое присутствие в различных регионах.


Финансовая нестабильность, ставшая настоящим бичом для российских регионов, в равной мере является результатом непростого экономического положения страны и борьбы за власть, которая расколола Кремль. Хотя у Москвы есть средства для упреждения и урегулирования финансовых кризисов в регионах, она не может решить, как это сделать наилучшим образом. А пока федеральное правительство не разрешит свои внутренние споры, помощи субъектам Российской Федерации от него будет немного.