Несмотря на кажущийся беспорядок в деятельности президента Дональда Трампа, первый месяц его работы примечателен тем, что он выполняет многие из своих предвыборных обещаний. Но то, о чем он говорил чаще всего (о валютных манипуляциях Китая), пока так и остается риторикой.


Новая администрация не желает американского лидерства в мировом регулировании, что доказывает ее выход из Транстихоокеанского партнерства. Трамп со своими ближайшими советниками считает, что двусторонние сделки — это лучший путь к реализации лозунга «Америка прежде всего». Так почему же они не гонятся за Китаем? Я полагаю, что они пока не решили, как посредством таких сделок переманить Китай на свою сторону.


Многие в США считают, что Китай получает несоразмерные преимущества от глобализации, и что из-за китайского импорта США потеряли миллионы рабочих мест. В научных кругах большинство экономистов полагают, что это неизбежные издержки глобализации, и что единственный для США выход в такой ситуации состоит в переводе населения с потерянных рабочих мест на новые — в сфере высокотехнологичных услуг и в наукоемких отраслях.


У Трампа и его советников более агрессивный взгляд на ситуацию. Они считают, что Пекин получает выгоды, манипулируя своей валютой, подавляя рост цен, субсидируя экспортеров и не обращая внимания на охрану окружающей среды. Поэтому его необходимо наказать.


Конечно, у США есть возможности для того, чтобы наказать Китай. Даже то, что Китай получил прозвище валютного манипулятора, ведет к потере репутации, которая ему далеко не безразлична. Есть и другие меры воздействия, скажем, введение карательных пошлин на китайский экспорт, или ограничение слияний и поглощений, особенно для государственных предприятий. По этой причине многие международные обозреватели считают, что торговая война между двумя странами неизбежна.


Но чего добьются Соединенные Штаты, наказав Китай? Карательные пошлины нанесут вред американским потребителям. Одно из главных преимуществ граждан США состоит в том, что производимые в любом уголке мира товары они могут покупать по самым низким ценам. Американцы покупают китайские товары из-за того, что они зачастую самые дешевые. Если они подорожают, американцы станут покупать продукцию из других стран, и вовсе необязательно, что это будет американская продукция. Такие меры ничем не помогут и американским рабочим.


Те рабочие места, за обладание которыми будет вестись борьба, вряд ли вернутся в Америку. Айфоны компании Apple стали причиной дефицита в несколько миллиардов долларов в торговле Америки с Китаем. Но представьте себе, что Apple переводит заводы по их производству в США. Много ли американцев захотят работать на сборочных линиях этой компании, на тех рабочих местах, которые останутся после дополнительной автоматизации? И наконец, американские компании ничего от этого не выгадают, а только проиграют.


Примерно 40% активного сальдо торгового баланса Китая в торговле с США создают американские компании, работающие в КНР. (Еще 20% создают другие работающие в Китае фирмы.) Если китайский экспорт подвергнется штрафным пошлинам, эти компании в итоге тоже будут наказаны. А если Китай примет ответные меры, пострадают компании с обеих сторон. То, что администрация Трампа пока не выработала стратегию действий в отношении Китая, отчасти объясняется именно такой неопределенностью. Разумный человек не станет вредить другим просто ради собственного удовольствия.


Трампу надо изыскать способы, чтобы заставить Китай уступить американским интересам. Ему нужно придумать такие сделки, которые будут взаимовыгодны. Вот некоторые из них. Во-первых, две страны могут провести переговоры об обменном курсе. Трамп обвиняет Китай в том, что он манипулирует юанем. Защищая курс своей валюты, КНР за полтора года потеряла около одного триллиона долларов валютных резервов. Две страны заинтересованы в предотвращении дальнейшей девальвации юаня, в создании возможностей для финансовой координации в таких вопросах, как замедление роста процентных ставок в США и ужесточение пограничного контроля за оттоком капитала из Китая. Во-вторых, надо возобновить переговоры о соглашении о двусторонних инвестициях. Проблемным местом является «отрицательный список» тех секторов, где Китай будет и дальше ограничивать иностранные инвестиции.


В китайской экономике сохраняется еще много неразумных норм и правил, включая те, что ограничивают зарубежные инвестиции в высокотехнологичные услуги. Короткий «отрицательный список» поможет американским компаниям, потому что одно из сильных мест США — высокотехнологичные услуги. Кроме того, договор о двусторонних инвестициях облегчит работу китайским компаниям в США и подтолкнет их к более существенным инвестиционным вложениям. В-третьих, две стороны должны подписать договор о свободной торговле. Сейчас эта идея может показаться Трампу непривлекательной, но такой договор откроет китайские двери для американского экспорта.


Американские двери для экспорта из Китая открыты уже давно: сначала в рамках режима наибольшего благоприятствования, а теперь и в рамках ВТО. Но Китай сохраняет высокие пошлины на импортные потребительские товары. Его население богатеет и получает больше возможностей покупать иностранные товары. Идет перебалансировка китайской экономики, растет внутреннее потребление. В стране обязательно сформируется крупный рынок потребительских товаров, и соглашение о свободной торговле с США американским компаниям будет выгоднее, чем китайским.


Если Трамп говорит правду, заявляя о своих способностях заключать сделки и договариваться, то такие шаги должны ему понравиться. А поскольку китайцы тоже весьма способные переговорщики, и прагматизм — неотъемлемая часть их культуры, торговые отношения между двумя странами могут стать намного лучше, чем сегодня.


Яо Ян — декан Национальной школы развития при Пекинском университете и директор Китайского центра экономических исследований (China Center for Economic Research).