Только что наступила осень 2015 года, и мы договорились о встрече в городе Алькаш (Alqosh), что в Северном Курдистане, с политическим руководителем одного из отрядов ополчения, созданного иракцами халдейско-ассирийского происхождения с целью противостояния боевикам ИГИЛ (террористическая организация запрещена в РФ — прим.ред.).


Политическая организация, опекающая эту группу ополченцев (Ассирийское демократическое движение или ЗАВВА), пригласила бывшего офицера христианина иракской армии Бенхама Аббуша (Behnam Abbush) с тем, чтобы он превратил горстку сельских жителей, не имевших никакой военной подготовки, в настоящих воинов. После долгих уговоров мы в итоге удалось добиться, чтобы именно он показал нам лагеря, где проходят подготовку ополченцы.


Во время нашей встречи стало очевидно, что сделать из этих ребят настоящих бойцов — дело непростое. В конце сентября 2015 году у ЗАВВЫ (Zowaa) не было ни оружия, ни денег, чтобы обучать и содержать этих ополченцев, число которых журнал Newsweek без малейшего зазрения совести завысил до четырех тысяч. Это известное издание утверждало в мае 2015 года со ссылкой на Catholic Herald, что 500 бойцов уже были дислоцированы в нескольких сирийских поселениях. Еще 500 проходили подготовку, а остальные три тысячи записались в призывных центрах и вскоре должны были влиться в эту христианскую армию под именем Nineveh Plain Protection Units (NPU).


Это уже было дело нешуточное. То, что иракские христиане создали военную организацию с целью противоборства исламским радикалам, вызвало такое замешательство на Западе, что об этом стали писать тысячи газет. Чтобы доказать достоверность утверждений и не имея других авторитетных источников, которые могли бы подтвердить их сведения, СМИ зачастую просто цитировали друг друга, как это в данном конкретном случае сделал Newsweek, сославшись на Catholic Herald.


Среди прочих известных изданий, Independent также указывал на «несколько тысяч» ассирийцев, влившихся в огромное христианское войско, чтобы защитить свои земли от радикальных исламистов. Другие желтые СМИ, в частности, Glenbeck, ссылались на BBC, говоря о 100 тысячах ополченцев. К репортажам обычно прилагались панорамные фотографии военнослужащих, выстроившихся в колонны и с эмблемой NPU на рукаве рядом с погонами.


Воздействие этой новости было таковым, что ее распространение в прессе немедленно подвигло тысячи добровольцев из западных стран на то, чтобы поехать в Ирак и встать на защиту христианства. По правде говоря, с таким призывом из Месопотамии никто не обращался, но своими домыслами СМИ распространили ложную идею нового крестового похода.


До того, как это произошло, только ИГИЛ и горстка закоренелых исламофобов из Европы и Северной Америки утверждали, что война с ИГИЛ на иракском направлении носила религиозный характер, забывая при этом по крайней мере о двух важных вопросах: большинство жертв были мусульманами, а эти якобы христианские ополченцы всегда воевали под флагами курдских и арабских сил.


Лавина пожертвований


В то же время, описания зверств и бесчинств, совершенных игиловцами после оккупации Мосула и Ниневийской равнины, вызвали в Испании и других западных странах большое количество финансовых пожертвований, зачастую направлявшихся военным и гражданским организациям сомнительной репутации, утверждавшим, что они защищают христиан в Месопотамии от исламистов.


Когда в начале осени 2015 года наша группа приехала в Алькаш в надежде заснять на месте эти сотни халдейско-ассирийских ополченцев, о которых написали Newsweek и Telegraph, сам генерал Бехнам вынужден был открыть нам удивительный факт: великого христианского войска из нескольких тысяч человек, о котором говорили заголовки Newsweek, Independent и других СМИ, к тому времени еще не существовало!


Как мог распространиться подобный вымысел и как могли принять его за чистую монету некоторые из вроде бы самых авторитетных СМИ в мире? По крайней мере, две испанские газеты — Público и El Confidencial — пролили определенный свет на произошедшее в серии репортажей, расследовавших темные обстоятельства создания вышеупомянутых отрядов ополчения.


Вопрос может быть сведен к следующему: христианские ополченцы на фото принадлежали к небольшому отряду, подготовленному по настоянию ЗАВВЫ в Курдистане.


Их подготовила одна американская компания, используя при этом легкое вооружение, которое они одолжили на время у отрядов пешмерга. После короткого периода обучения они вернули автоматы Калашникова и другое устаревшее оружие и разошлись по своим домам, поскольку у Ассирийского демократического движения не было достаточно средств, чтобы оплачивать им солдатское жалованье.


И вот снимки, сделанные за этот короткий период обучения, как раз и были переданы Newsweek и другим СМИ, чтобы убедить их в существовании христианского войска, которое в действительности находилось еще только в стадии становления.


Если кто-либо желал сделать новые фото христианского войска, то обращались к старым партийцам и выстраивали их перед зданиями, которыми ЗАВВА владеет в предместьях Алькаша. Этим, например, объясняется то, что в некоторых их репортажей об ополченцах, написанных в конце 2015 года, появляются фотографии тех же самых людей, одетых в затасканную форму, без оружия и стоящих слишком свободно, не по-военному.


Разумеется, была причина, по которой политический руководитель Ассирийского демократического движения Йоннадам Канна (Yonnadam Kanna), выступивший с идеей создания отрядов NPU, стал манипулировать информацией, предназначавшейся для мировой общественности, стремясь убедить ее в существовании христианской армии. Таким образом, он пытался добиться пожертвований в казну диаспоры, в частности, от Американской месопотамской организации (American Mesopotamian Organization). По прошествии нескольких месяцев отряды NPU в итоге были созданы благодаря деньгам, полученным при помощи лжи.


К началу наступления в Ираке эти отряды располагали несколькими сотнями бойцов, которые действительно приняли участие в освобождении христианских поселений, захваченных боевиками ИГИЛ. Как бы там ни было, их численность даже отдаленно не приближалась к тысяче человек. В любом случае, распространение подобных сведений поставило под сомнение профессионализм некоторых из наиболее известных мировых СМИ.


Никакого крестового похода никогда не было, и уж тем более не было войска, полностью состоявшего из христиан. И все же можно пересчитать по пальцам одной руки те СМИ, которые удосужились обрисовать те обстоятельства, при которых возникло ополчение. И уж тем более их побудительные мотивы, которые в гораздо большей степени были политическими, чем религиозными.


Отряды NPU шли в бой не под христианскими, а под своими националистическими лозунгами, которые западная пресса систематически замалчивала. Как утверждает галисиец Архес Артьяга (Arges Artiaga), один из испанских добровольцев, присоединившихся к отрядам, сражавшимся на севере Сирии, та же самая пресса, которая называла «христианами» иракских ополченцев халдейско-ассирийского происхождения, постоянно умалчивала о революции анархистского толка, носителями которой были курды Рожавы (Rojava), сражавшиеся против ИГИЛ.


То ли по незнанию, то ли по злому умыслу многие журналисты продолжали писать о курдских ополченцах из отрядов народной самообороны (YPG) как о «сирийских партнерах марксистов-террористов из Рабочей партии Курдистана». При этом полностью замалчивались успехи курдов в преодолении раскола и создании своей государственности.


Информационное освещение — хуже некуда


Все эти факты доказывают то, о чем некоторые СМИ, в частности Boston Globe, предупреждали уже несколько лет назад: «Никогда такое количество газет так плохо не освещало конфликт». Никогда такое количество СМИ с готовностью не воспроизводило тезисы, исходящие из вашингтонского «Министерства Правды», и различную полуправду, которую пытаются навязать противоборствующие стороны.


Недоумение Boston Globe вызывало даже не то, что в рамках конфликтов в Сирии и Ираке велась параллельная пропагандистская война, а доказанный факт того, что наиболее авторитетные мировые СМИ, включая испанские, воспроизводили ложь, распространявшуюся всеми участниками конфликта: от наиболее скромных, как вышеупомянутый христианский националист Йоннадам Канна, до самых могущественных, таких как Россия и США.


В этой новой обстановке повседневной журналистской работы, в которой уже не принимали участия опытные профессионалы, одинаковый вес имели какой-нибудь анонимный слушок, появившийся на интернет-форуме, и официальное заявление ООН, или какой-нибудь доклад, состряпанный одной из НПО, которые правительства придумали для обеспечения своих пропагандистских целей. Строго говоря, история с ополченцами является лишь наглядным свидетельством того, как в газетах осуществляется подмена действительности (именно на это указывал сотрудник Boston Globe Стивен Кинзер /Stephen Kinzer/) злокозненной ложью, сфабрикованными фактами, небрежным изложением, выдергиванием из контекста эпизодов одного из самых сложных конфликтов последнего века.


Следуя в фарватере официальных версий Вашингтона, часть западной прессы стала разделять — вполне в духе манихейства Белого дома — противостоящие стороны на «хороших» и «плохих», в зависимости от того, в какой степени они отвечали интересам администрации Обамы. Полностью повторяя американский подход, один из журналистов агентства EFE в заголовке употребил бессмысленное сочетание «умеренный джихадист», которое затем повторялось настолько часто, что вошло в обиход. Даже исламистов из так называемого Фронта ан-Нусра, сирийского крыла «Аль-Каиды» (обе организации запрещена в РФ — прим.ред.), в течение некоторого времени называли «умеренными».


Как же получилось так, что великие носители вселенской истины стали петь с чужого голоса? Почему они слепо повторяют вашингтонские объяснения причин сирийского конфликта? «То, как американские СМИ освещают войну в Сирии, станет одной из самых позорных страниц в истории прессы США», — говорил журналист Стивен Кинзер, комментируя репортажи из Алеппо. И тут же добавлял: «Находясь под жестким финансовым давлением, газеты и телевизионные каналы значительно сократили количество корреспондентов, освещающих конфликты на местах. Многие международные новости теперь поступают от журналистов, находящихся в Вашингтоне», а их основными источниками являются Белый дом, Госдепартамент, Пентагон и влиятельные исследовательские центры.


В подобных обстоятельствах, по его мнению, распространяемые ведущими СМИ сведения стали своего рода голограммой, проецируемой из мировых политических центров силы.


Нельзя не отметить, что это новое извращенное воплощение Большого Брата вызвало определенное сопротивление. Существует значительное число независимых журналистов и небольших СМИ, в том числе испанских, которые пытались как-то прояснить то, что там происходит, но их голоса терялись в водовороте интернета или подавлялись согласованным натиском крупнейших западных изданий, состоящих на службе у центров власти.


Одним из таких знающих свое дело компетентных журналистов, нередко выполняющий свою работу в сопряженных с риском условиях, является баск Карлос Сурутуса (Karlos Zurutuza), сотрудничающий с такими авторитетными СМИ как Al Jazeera и Inter Press Service (IPS) и хорошо знающий действительность сирийскую, ливийскую и иракскую действительность.


Закат профессиональной журналистики


По мнению Сурутусы, распространение лживой и фрагментарной информации является закономерным следствием структурных изменений, вызванных вторжением интернета в журналистику.


«СМИ все меньше используют штатных журналистов. Корпункты закрываются, а вместо них появляются фри-лансеры, зачастую довольно молодые и неопытные, готовы даже иногда работать без вознаграждения. Им достаточно лишь удовлетворить свое тщеславие, заявив, что они писали репортажи о конфликте. Невольно возникает вопрос, не окончится ли это тем, что профессиональных журналистов вытеснит 'поколение Facebook'», — говорит Сурутуса.


Баскский журналист считает, что первым следствием этого является ухудшение условий труда, а вторым — снижением качества журналистики. «Побывать в Ираке или Ливии, стать свидетелем какого-либо конфликта мало что дает, если журналист не обладает глубокими профессиональными знаниями по тому вопросу, который освещает». «Разумеется, те, кто обладают большим опытом, все меньше изъявляют готовность на тех условиях, которые нам предлагают. Независимые журналисты сейчас получают меньше, чем 10 лет тому назад. Зачем далеко ходит за примерами? Я сам попадал в неприятные ситуации. Я часто не могу продать свои материалы из-за низких расценок, а другие на них соглашаются. Но ведь если заказчик платит ерунду, то, как правило, ерунду взамен и получает».


Конфликты в Сирии и Ираке с небывалой наглядностью, как эра интернета и так называемая «бесплатная пресса» ликвидировали способность СМИ ставить под сомнение официальные истины. Этот процесс затронул даже видных представителей прессы. Также два года назад агентство Getty Press опубликовало фоторепортаж еще об одном известном формировании ассирийских ополченцев NPF, предложив некоторым из бойцов, включая командира ополченцев Сафаа Джамро (Safaa Jamro), сфотографироваться на фоне зданий города Телескоф (Teleskoff). Снимки должны были показать военное напряжение, которого в этой местности уже давным-давно не было, более двенадцати месяцев так не были отмечены сколько-нибудь серьезные перестрелки. Как пояснил нашей группе в ноябре 2015 года американский доброволец Джастин Гарфильд (Justin Garfield), ставший одним из героев вышеупомянутого репортажа, его отвез на фронт журналист Getty Press и предложил ему сфотографироваться на фоне мешков с песком для придания правдоподобности рассказу.


В конце прошлого года в казармах христианского ополчения NPF в городе Телескоф побывали более 350 журналистов.


В течение более чем года единственное серьезное задание ассирийских бойцов NPF, дислоцированных в Телескофе, заключалось в организации тура для западных журналистов, обуреваемых желанием вернуться в свои страны с впечатляющими военными снимками.


В рамках тура был организован парад еще одного отряда ополчения христиан-ассирийцев, известного под названием «Двех Навша» (Dwekh Nawsha). Входившие в него добровольцы даже не имели права участвовать в боевых действиях, они не обладали какими-либо военными полномочиями. До недавнего времени это было единственное военизированное формирование Курдистана, принимавшее в свои ряды иностранцев, что и приковало к нему внимание западных СМИ.


Действительно, даже при наступлении на Мосул осенью прошлого года практически все «авторитетные» мировые издания стремились изобразить своих соотечественников на передовой, сражающимися с ИГИЛ где-нибудь в иракском Курдистане.


Эти западнее добровольцы вызвали в своих странах такие симпатии, что немногие СМИ сумели воздержаться от похвальбы в их адрес. «Полдюжины героев, сражавшихся в Ираке против ИГИЛ, являются англосаксами», — утверждали заголовки Express в июне 2015 года, как будто речь шла о параолимпийских играх для солдат удачи.


Пресса постоянно давала понять, что все тяжесть борьбы ложилась на плечи горстки белых людей, которым доверили непростое дело подготовки неспособных курдов и арабов и спасения христианства на Среднем Востоке.


Национальные герои


Испания, разумеется, в этом вопросе тоже не отставала. После того, как журналисты обнаружили присутствие в Ираке нескольких испанцев, в радиопередачах и газетных публикациях запестрели хвалебные отзывы в адрес «национальных героев».


Очень немногие газеты проанализировали целесообразность иностранного присутствия, а еще меньше удосужились проверить, а действительно ли эти «герои» были на фронте и участвовали в реальных боевых действиях до конца прошлого года.


Те, кто примкнули к ополчению «Двех Навша», даже не имели официального разрешения приближаться к передовой, расположенной чуть более чем в трех километрах от своих казарм Бакуфа (Bakufa), хотя многие и хорохорились, утверждая обратное в аккаунтах социальных сетей.


В разгар всей этой суматохи некоторые испанские СМИ представили в качестве героя бывшего осужденного, связанного с группами фалангистов и нацистов, личность которого раскрыла газета Público. Точно также англоязычная пресса публиковала обширные истории об англичанине Джиме Атертоне (Jim Atherton), называя его образцом истинного альтруизма, не утруждая себя расследованием его причастности к группам скинхедов и исламофобских взглядов.


Другие европейские добровольцы, записавшиеся в «Двех Навша», в прошлом участвовали в разного рода радикальных группировках, но СМИ это мало интересовало, их главной задачей было рассказать о том, представители каких стран принимали участие в этом конфликте.


«В то время как большинство западных журналистов находились в тылу или направляли свои усилия на поиск соотечественников, события на фронте зачастую освещали курдские репортеры или немногие авторитетные журналисты», говорит нам одна известная ведущая телеканала, расположенного в Дахоке (Dahok).


«Если вы бросите взгляд на список журналистов, погибших или раненных на курдском фронте за последние два года, то увидите, что почти все, если не все, местные жители. Понятно, что нас также не очень удивляет, что многие из европейцев решили не подвергать себя риску. Мы знаем, что большинство фри-лансеров работает в гораздо более худших экономических условиях и значительно хуже оснащены, чем мы».


Эта журналистка туркменского происхождения не преувеличивает. Некоторые интернет-издания платили до 50 евро за репортаж, сообщил испанский журналист Антонио Памплиега (Antonio Pampliega) перед своим похищением. А некоторые фри-лансеры даже бесплатно отдавали свои статьи.


«Я воспользовалась своим пребыванием на юго-востоке Анатолии, в Газиантепе, благодаря проекту с участием добровольцев, чтобы подготовить ряд репортажей об интересных фактах, которые обнаружила, но мне так и не удалось найти СМИ, которое готово было бы заплатить мне за них», рассказывает на молодая журналистка из Малаги Олалия Негрете (Olalla Negrete).


«Да, действительно, экономический спад поставил нашу профессию в крайне затруднительное положение, а СМИ нагло воспользовались этой ситуацией, чтобы заполучить бесплатную рабочую силу. Но пусть они не забывают, что мы — будущее поколение журналистов, и нас лишили даже права профессионального роста».


Не трудно установить взаимосвязь между [плохим] качеством материалов, подготовленных в зонах боевых действий, и чуть ли не рабскими условиями работы журналистов.


На смену «достоверным источникам» пришли компиляции и вырезки из других статей. А те немногие фри-лансеры, которые все еще работают в местах событий, зачастую вынуждены делать упор на «остросюжетные истории», способные конкурировать в информационном месиве, состоящем из жестокостей и смешных картинок в твиттах.


Если читаешь, окажи поддержку


С учетом сложившихся обстоятельств, главный редактор еженедельника CTXT Мигель Мора (Miguel Mora) считает, что профессия журналиста в ее классическом понимании исчезает, в то время как рынок идет по пути превращения целого поколения репортеров в манипуляторов информации, обеспечивая таким образом распространение официальной лжи и вырванных из контекста сообщений для того, чтобы взбудоражить сознание читательской аудитории и увеличить количество лайков. Кому какое дело до причин, которые привели к созданию ополчения, когда есть фото бойца, ведущего огонь на передовой?


«Ухудшение условий работы — говорит Мора — началось десять лет тому назад, когда редакции газет решили заменить журналистов со стажем молодыми неопытными сотрудниками, которые, по сути дела, выполняли функции оформителей материалов.


По времени эта перемена совпала с экономическим спадом, порожденным жестоким капитализмом. В итоге этот спад затронул все сферы жизни. Дальше дело обернулось таким образом, что руководство получало баснословные зарплаты, в то время, как шли массовые увольнения и урезалась зарплата остальным сотрудникам.


Я сам работал на основании агентского договора, который работодатели расторгли в одностороннем порядке. Вся эта ситуация вызвала появление на рынке новых электронных СМИ, например CTXT, основанных самими журналистами». Чтобы сохранить профессиональный уровень журналистики, защитить СМИ и журналистов, все еще готовых противостоять крупным госструктурам, занимающимся манипулированием общественного мнения, необходима поддержка со стороны читателей этих новых газет, не желающих подчиняться диктату властей.


«Не следует забывать, что правая пресса запросто может осуществить скрытую рекламу индексов IBEX. Как говорит один мой друг, безработица затрагивает лишь журналистов левых взглядов, поскольку консерваторов щедро финансирует действующая власть», — добавляет он.

 

Как и главный редактор CTXT, журналист Карлос Сурутуса считает, что для того, чтобы голос народа был услышан, в сложившихся обстоятельствах наилучшим способом является помощь и поддержка тех СМИ, которые выступают в качестве трибуны народных масс. «Мы баски это хорошо знаем. В Стране Басков существует хорошо организованное общество, которое с самого начала осознало необходимость поддержки проектов типа Egin, а затем Gara в условиях постоянного ограничения свободы слова, к которой мы привыкли задолго до того, как испанцы оскандалились с Законом о цензуре», — подчеркнул журналист.